Падение вверх - Татьяна Владимировна Кадуцкая

Был только один плюс в этом пекле: Хилом Айяв сказал не приходить на практику и пообещал написать характеристику, основываясь на отработанном ведьмой сроке. Девушка не переживала за отметку. Знала, что «неуда» не будет, а с остальным она разберётся в школе.

Сосед тоже исчез. Несколько недель в его доме не горел свет и не появлялись гости. Дамаскинская нет-нет да и поглядывала через окно на двор Атталя, надеясь увидеть хозяина. Острые впечатления после их последней встречи сгладились, девушка успокоилась и теперь с чистой совестью бездельничала. То читала книги, то валялась на кровати в своей комнате, не думая ни о чём серьёзном.

Наверное, поэтому ночной кошмар стал полной неожиданностью. Нет, это не значило, что Лилее раньше не снились плохие сны. Снились, но чтобы настолько реалистичные!

Она снова вернулась в тот день. Снова не могла пошевелиться… И чужое дыхание давило на барабанные перепонки, а запах мужского одеколона забивал ноздри. Девушка заскулила, не понимая, что спит.

« — О да! — ненавистный голос дрожал от удовольствия. — Моя девочка… Иди сюда!..»

И ведьма снова рвалась из собственного тела, отворачивалась, билась, чуть не выпрыгивая из шкуры!

— А-а-а!..

Она закрыла рот ладошкой, уткнулась в подушку и заплакала, жалея ту себя — доверчивую, открытую, честную.

Когда слёзы иссякли, девушка лежала, уставившись в потолок. Сна не было. Два года прошло. Она приняла случившееся, переступила, как учили целители. Только нельзя окончательно отпустить прошлое, пока по земле ходит эта тварь, радуется жизни, обманывая людей своей фальшивой милой мордашкой!.. Перед глазами мелькнул образ Фрола Полянского. Лилея зажмурилась и резко села. Надев домашнее платье, она вышла в сад.

Давно минула полночь, но Дамаскинская не боялась: в середине страдника, когда наступало Двулуние, на улице было довольно светло для ночи. Ведьма медленно шла по росной траве, думая о своём. Вынашивала планы мести, но для её кровожадных идей требовались надёжные помощники и деньги. Впутывать Цезерину Лилея не собиралась, а посвящать в тайну остальных друзей не хотела, да и не доверяла им настолько. Присев на скамейку, она запрокинула голову, разглядывая особенно красивое в это время небо.

— Не спится?

Девушка вздрогнула, различив в сумраке мужскую фигуру. Жюст Атталь стоял у высоких кустов на границе двух участков, в чёрных брюках и рубашке он почти сливался с ними. Выдав своё присутствие, ведьмак прикурил и направился к соседке.

— В такое время не спят только злодеи и люди с неспокойной душой. Я-то понятно кто, а ты чего? — он присел рядом.

Лилея не собиралась отвечать на этот вопрос и перевела тему.

— То есть вы в открытую признаёте себя злодеем?

Атталь хмыкнул:

— Значит, не скажешь.

Ведьма скрестила руки на груди.

— Что за глупая привычка требовать откровений от незнакомых людей?

— А как по-другому стать ближе? — мужчина выгнул бровь. — Только рассказать какой-нибудь секретик, желательно похабный.

— Опять дурачка из себя корчите?.. Не надо.

— Договорились, — кивнул сосед, — если ты перестанешь прыгать с «вы» на «ты».

— Как вам будет угодно!

— Вот вредина! — он засмеялся.

Лилея тоже улыбнулась. Ей бы вернуться в дом, но там была комната с кошмарами, страхами и жаждой мести.

— Зачем нам сближаться?

— А разве не понятно? Ты красивая девушка, и мне приятно твоё общество.

— Люди не понимают, что заводя близкие знакомства, приручают другого человека, приучают его к себе, — Дамаскинская посмотрела на мужчину. — Вам это надо?

Атталь затянулся и медленно выпустил несколько колечек дыма, по всей видимости, обдумывая, что ответить соседке.

— Заводя знакомство, никогда не знаешь, к чему оно приведёт. И опять же любые отношения, в том числе и серьёзные, начинаются с флирта, игры.

Лилея фыркнула:

— Знаете, я в детстве очень любила куклы. Родители часто покупали мне их. У меня был даже кукольный дом, где жила целая семья: он, она…

— И?

— Я наигралась. Больше не хочу.

Жюст засмеялся.

— Ты вроде отталкиваешь, а в итоге манишь ещё больше.

Он облокотился на деревянную спинку, подперев голову рукой, и тем самым стал ещё ближе к девушке, но она не почувствовала какого-то умысла в его действии. Мужчина просто курил, думая о своём. Стрекотали сверчки в кустах, где-то фыркали лошади, и сладко пахли ночные фиалки.

Атталь вздрогнул, когда девушка рядом тихо запела, а узнав слова и мотив, улыбнулся и стал подпевать. Мужской голос красиво дополнял женский, добавляя ему глубины и тёплой бархатистости. И слушала ночь историю о неразделённой любви и верном парне, ждущем свою любимую в тени вишнёвого сада.

Когда песня закончилась, Лилея благодарно коснулась руки ведьмака.

— Спасибо!

Он пару секунд смотрел на свою ладонь, потом опомнился и крикнул вслед:

— Пойдёшь завтра со мной на свидание?

— А вы пригласите как положено, — ведьма лукаво глянула на соседа. — Может, и пойду.

Господин Атталь и в самом деле на следующий день явился с цветами и, чинно попив чаю, пригласил девушку на прогулку.

Лилея шла с опаской. Она уже встречалась с парнями и представляла, как всё происходит. Когда разговариваешь на безобидные темы, а одновременно с этим идёт вторая, невидимая беседа взглядами, якобы случайными касаниями, намёками, комплиментами. Ведьма и хотела этого, и боялась. Вокруг было так много влюблённых пар, что невольно и она попала под действие романтических флюидов. А Жюст Атталь притягивал её женскую сущность и в то же время по-человечески располагал, несмотря на слухи о связи с преступным миром. Возможно, ведьме нравилась его истинно мужская надёжность, ответственность за свои слова и действия.

Их первая прогулка вышла короткой и необременительной. Ведьмаки прогулялись по городскому парку, посидели в открытом кафе с видом на реку. Мужчина не давил и не торопил. Будучи знакомыми не один день, Лилея понимала, что он сдерживается, бережёт её. Это было приятно, но не более. В целом общение с Атталем не всколыхнуло ничего в её душе.

Зато вторая встреча понравилась Дамаскинской намного больше. Как-то раз Жюст пригласил соседок к себе в гости. Был хороший тёплый день, жара начала спадать, и к тому же поднялся ветерок, гоняя по небу частые облака. Ведьмаки устроились под деревом, постелив на траву плотное покрывало, только старушку усадили в плетеное кресло, где она быстро задремала. На открытом воздухе разыгрался аппетит. Жюст и Лилея ели вареное мясо, творожный сыр со свежим хлебом и овощами