Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

– Проснулась? – обронил Мик, снова поворачиваясь в сторону дороги. Его будничный тон звучал непринужденно, словно мы отправились в путешествие.

Если до этого собственное горло казалось сухим и потрескавшимся, как высохшая почва, и неспособным воспроизвести ни звука, то теперь, казалось, я и вовсе лишилась способности говорить.

Страх обреченности был перекрыт неожиданным ошеломлением.

– Ми… Мик? – Горло нещадно саднило.

Парень молчал, продолжая глядеть на дорогу.

Суставы скрипнули, и я попыталась сесть чуть ровнее. На мне не было ни веревки, ни чего-то еще – только его кожаная куртка.

– Куда… Куда мы едем? – просипела я.

– К тебе домой, – легко отозвался бывший коллега.

– Чего?.. – Головная боль и помутнение постепенно проходили, зато грудь начинало сдавливать все сильнее. – Ты хочешь меня там… убить?

Мик резко обернулся, и я вздрогнула.

– Бекс, ты чего… – Парень осуждающе посмотрел на меня, а потом снова повернулся к дороге. Но я все же успела заметить, как на его лице пролегла тень. – Зачем мне тебя обижать?

«Обижать».

Какое по-детски безобидное слово. Обижать.

«Ты уже меня обидел, – подумала я. – Очень сильно обидел. И с шинами, и с глазком, и с переулком… И в магазине».

Переулок… Кольцо.

– Мик, – жалобно позвала я. Сил хватало только на это. – Это кольцо…

– М? – Парень глянул на меня, а затем на украшение. – Что?

– Оно твое?

– Ага.

– Но как… Тебя же зовут…

И тут меня наконец осенило. Я никогда – никогда! – не слышала настоящего имени своего коллеги. Только лишь простую и короткую кличку.

Мик.

– Я понял, – отозвался парень, а затем, потянувшись к солнцезащитному козырьку, открыл его и вытащил какую-то карточку. – Глянь-ка.

Он протянул мне свое водительское удостоверение.

Вглядываясь в текст, я прочитала имя, фамилию и отчество.

– Так вот как тебя зовут, – выдохнула я, слабой рукой возвращая ему удостоверение.

Обычное простое имя. Ничего примечательного, кроме инициалов – К.С.А. Отсюда и «К.С.».

– Ага, – кивнул Мик. – Вот так. Я ведь говорил, что не особо люблю свое имя. Мик звучит кратко и, на мой слух, довольно приятно.

В голове вместо мозгов будто плескалась манная каша. Поерзав на сиденье, чтобы нож перестал колупаться в маленькой ранке на пояснице, я привалилась лбом к пассажирскому окну. Стекло приятно холодило кожу. Снаружи пестрела листва кучерявых деревьев, безжалостно терзаемая ветром. Подняв глаза к небу, я увидела, что оно превратилось в угрожающую толщу темно-синего мрамора, которая вот-вот рухнет на землю.

Прямо над машиной, летящей в змеящемся древесном туннеле, зарокотал гром, словно предупредительный рык огромного хищника.

– Бекс, ты только делай, что я скажу, ладно? – В голосе Мика слышалось беспокойство. – И все будет хорошо, только…

– Все будет хорошо, – повторила я, вспомнив, как он сказал мне то же самое на ночевке у него дома.

«Ведь получается, тогда я находилась в логове того, кто все это время…»

От ужаса осознания и боли от предательства того, кого я считала другом, защипало в глазах.

Не отлипая от стекла, я спросила:

– Все… будет хорошо?

В отражении было видно, как руки Мика сжали руль. Костяшки побелели еще сильнее.

– Да. Должно быть.

Во дворе пятиэтажки не было ни души – все уже спрятались от многообещающей бури. Небо рассекло молнией, и громогласный вой небес, начавшийся тихим стоном, сотряс все вокруг. Пара машин заверещала сигнализацией.

Хендай остановился. Мик повернулся ко мне и серьезно произнес:

– Бекс, давай только без глупостей. Не бегать, не орать – ничего такого, лады? И все будет в порядке.

«Прямо как мамка в батутном центре», – отстранено подумала я.

– А если я тебя не послушаю? – спросила я, стряхивая с себя его кожаную куртку. – То что тогда?

И тут же напоролась на взгляд парня.

– Ребекка, – произнес Мик, и по рукам пробежал табун мурашек – настолько проникновенен был его голос. – Давай не будем портить друг другу жизнь? Пожалуйста.

«Поздно», – подумала я, но все же слабо кивнула.

– Я выйду первым, а потом выпущу тебя, – сказал парень тоном, не терпящим возражений, а после разблокировал двери и вышел наружу. На пронизывающем ветру его одежда сразу же задрожала.

«Думал, выскочу на ходу?..» – Щелчок блокировки все еще эхом отдавался в голове.

Но на такие свершения я была сейчас не способна. И тело, и голову будто набили ватой, поэтому какие-либо экстремальные идеи едва ли пробились бы сквозь ее толщу.

Дверь с моей стороны отворилась.

– Выходи.

Улица с охотой приняла в свои недружелюбные объятия – ветер принялся терзать волосы, а холодные капли – жалить кожу. Моя верхняя одежда куда-то делась, оттого пришлось обхватить себя руками в попытке согреться.

– И куда мы пойдем? – сглотнув, я глянула на дом. – В мою квартиру?

– Нет. На крышу.

Спросить, зачем нам туда, духу не хватило.

– Лучше возьми мою куртку, – сказал Мик. – А то замерзнешь и простынешь.

Я застыла в нерешительности. Сначала напал, а теперь проявляет заботу. Внутри вспенилась первая волна гнева. Захотелось пристально глянуть парню в глаза и процедить, что свою куртку он может засунуть себе куда подальше, но пришлось прикусить язык. Мне хватало ума понять, что не следует выводить на эмоции человека, который, по сути, только что похитил тебя.

Дождь подступал все сильнее, и порывы ветра с готовностью облизывали намокающую кожу. Все тело передернуло.

Заметив, что я не в ладах с собой, Мик сам заглянул в машину и, вытащив куртку, накинул ее на меня, словно средневековый рыцарь, окутывающий даму своим плащом.

– Вот, – неловко подытожил он. – Так-то лучше.

Заступив мне за спину и положив руку на плечо, не сильно, но требовательно, он подтолкнул меня вперед, и ноги сами начали ступать в сторону подъезда.

Приближаясь к двери, я бросила полный надежды взгляд на окно Павла, но его там не оказалось: только черная кошка с большими желто-зелеными глазами, наблюдающая за нами.

Подойдя к домофону, я осознала, что у меня нет с собой никаких вещей. Рюкзачок лежал в моей машине (ключи от которой, слава богу, все еще покоились в заднем кармане джинсов). А вот мобильник точно отсутствовал. Либо он выпал при борьбе в магазине, либо… либо не знаю, куда дел его Мик.

Но это не стало помехой для того, чтобы попасть внутрь дома. Длинными пальцами крепкой руки парень набрал комбинацию, и дверь с пиликаньем открылась.

«А я и забыла, что так можно, – всплыла сторонняя мысль. – Когда работала дизайнером в своем городке и ездила на замеры, то часто пользовалась персональными кодами домофонов, которые давали клиенты…»

По этажам мы