Мой Рим - Верона Виера

Ловлю взгляд Карины, в котором читается то, о чем я подумала: Никитос, конечно, придурок, но я не думала, что настолько! Извиняться таким способом при живой новой возлюбленной – настоящее самоубийство.

Карина недовольно дует щеки и переваливается через перила, чтобы оглядеть масштаб его вины. И что мне со всем этим делать, куда девать столько цветов?

– Что пишет-то ухажер? – мама указывает на торчащие визитки.

– Он – мой ухажер! Просто извиняется. – Карина сверлит меня завистью.

– А может, это от Ромки, ты не подумала? Или вообще – это все для тебя…

И правда, может, это Никитос решил не извиниться, а поблагодарить ее за… за что-нибудь. Даже не хочу фантазировать, за что.

Вытаскиваю первую визитку и читаю вслух:

– Sei bella come queste rose[38].

Оборачиваюсь на маму и перевожу взгляд на Карину, которая в удивлении открывает рот, и единственное, что она может сказать: «Охренеть!» И сразу отхватывает от мамы по губам.

Вытягиваю следующую:

– Sei arioso come queste peonie![39]

Санта Клеопатра!

И так до первого этажа. Сравнения меня с цветами.

Фабио?!

Если честно, я теряю дар речи от его импровизации, и мне становится слегка не по себе. Откуда он узнал, где я живу? Я понимаю, век технологий, но между нами тысячи километров, несколько часов и разные языки. Как?

Надо камеру заклеить изолентой, на всякий случай. Вдруг он знает не только где я, но и с кем.

А если Ромка увидит этот дендрарий?

– Куда это все девать, мам? – еще раз растерянно гляжу на лестницу.

– Домой! – воодушевленно восклицает та. – Пусть ваш отец вдохновляется тем, как надо удивлять.

* * *

На то, чтобы занести все цветы в квартиру, у нас с Кариной уходит больше получаса. Теперь мы живем в доме цветочных фей.

С одной стороны, меня сразил поступок Фабио, но с другой – ароматы цветов, смешавшись, дурманят хуже сирени. Поэтому большую часть из них решаем отвезти на выходных к ба на дачу. А остальные – отнесу в школу. Себе оставлю только пионы.

Фабио подарил не просто букеты, а цветы с правом на долгую жизнь. Ба будет счастлива.

Счастлива ли я?

Да.

Наверное.

* * *

Ромка пишет, когда я уже ложусь спать. Присылает грустный смайлик. Он думал отвезти меня домой, а я снова сбежала. Я решаю не расстраивать его и не рассказываю про Фабио. А то вдруг купит билет и пристрелит итальянскую чайку из своего бутафорского пистолета?

Хихикаю, представив эту дуэль.

Мы просто желаем друг другу спокойной ночи, а сама я думаю о Фабио. Мне не дает покоя, как он смог все это провернуть, находясь на другом конце земного шара?

Поэтому открываю приложение и пишу сперва просто «спасибо!».

Он делает вид, что не понимает, за что.

Верона: За мужской поступок.

Фабио: В Италия – цветы не поступок! В Италия i fiori это complimenti[40]. В Италия мужчина говорит каждый день это. ❤ Я сказать тебе complimenti на те дни, quando non posso parlarti[41].

Боже, какой он романтик!

Читаю и улыбаюсь, как сумасшедшая.

Верона: Grazie, apprezzo molto la tua attenzione, Fabio![42] ❤

Уместно ли отправлять ему сердечки, когда мое сердце стремится к другому? Я так мечтала о таком, как Фабио, а сейчас, когда мечта у меня под носом, я борюсь с желанием бежать от нее, не оглядываясь.

Глава 18

На вопрос о том, как Фабио меня нашел, он объяснил это какой-то теорией рукопожатия. Когда через знакомых знакомых находишь того, кто тебе нужен. Рукопожатий было всего два. Русский студент и хакер из Франции определили мое местоположение в момент последней переписки. Русский помог сделать заказ и оформить доставку.

Фабио поклялся, что кроме местоположения больше обо мне ничего не знает. Я сделала вид, что поверила, но с тех пор во время разговора с ним отключаю в телефоне свою локацию.

Мне одного маньяка хватает.

Кстати, о маньяках.

У Карины с Никитой вроде все серьезно. Прощения он так и не попросил. Вернее, попросил через Карину, а я просто закрыла глаза.

Главное, он больше меня не преследует, и это плюс.

Из минусов – Карина с ним изменилась: часто приходит под утро и с признаками алкогольного отравления – их я ни с чем не спутаю.

Она стала рассеянной, растерянной и нервной – невозможно спокойно разговаривать. И хотя ей уже скоро двадцать, мама ввела новый закон: пока она живет у нас дома, Карина обязана соблюдать «Правила пребывания на территории родительской квартиры». А именно: приходить не позднее двенадцати ночи и в адекватном состоянии, общаться со всеми уважительно.

Странно.

Раньше мама мечтала, чтобы наша фамилия Зайцевых породнилась с семьей Борисовых, то есть с семьей Никиты. А сейчас, когда ее мечта на практике из ожидания вот-вот станет реальностью, у мамы – паника. Возможно, ей не нравятся побочные эффекты от этого союза либо она просто не хочет расставаться с Кариной, сепарироваться.

Наши с Ромкой отношения пока не перешли на новый уровень. За три недели встреч дальше поцелуев мы не стремимся.

По крайней мере, я.

Зато мы обросли маленькими ритуалами: кофе по дороге в школу, совместно приготовленный обед после уроков с просмотром какой-нибудь комедии и прогулки в центре по воскресеньям.

Почти пенсионеры.

Держимся за руки, держимся из последних сил.

Все просто: у него – спортзал и работа, у меня – учеба, учеба и учеба!

Ромка свозил меня в Институт культуры, и я записалась на подготовительные курсы. Там же он встретил бывшего одногруппника, который оказался нашим земляком, но в Москве у него что-то не пошло, и он вернулся. Теперь преподает актерское мастерство.

Пока мне о глупостях думать некогда. Ромка делал несколько попыток эффектного соблазнения, но я – кремень.

И потом вернулась его мама, и всю свою нерастраченную энергию он направил на нее. Рак у тети Любы не нашли, но список лекарств увеличился на несколько позиций. Ромка оказался сторонником альтернативной медицины, поэтому, посовещавшись с сестрой, они решили отправить свою маму на лечебный курорт в Минводы. А чтобы не было скучно, она может себе позволить взять одну свою подругу.

Сестра Ромки – богатая и красивая! Она замужем за