Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)

И все же Райнер не мог позволить себе и дальше прохлаждаться в мягкой, уютной постели жены. Его ждала встреча с лордом Норвиллом, десницей короля.

Сходив в умывальную, чтобы привести себя в порядок, он оделся и причесался гребнем Кеи, а она за это время даже не шелохнулась.

Уже у двери он не удержался. Костеря себя за слабость, Райнер снова приблизился к кровати, осторожно убрал с плеча Кеи тяжелые густые волосы и оставил долгий поцелуй на бархатистой коже, пахнущей жасмином и персиками.

– Хорошего дня, моя весенняя девочка, – прошептал он и ушел.

* * *

После встречи с Леонардом Норвиллом Райнер отправился в свои покои, хотя ему отчаянно не хотелось туда идти. Все его естество требовало сменить направление и проведать Кею, узнать, как она себя чувствует. Скорбит ли еще по матери или не может выкинуть из головы их ночь, которую обещала забыть? Он тоже обещал, но каждый миг их близости отпечатался в его памяти несмываемыми чернилами.

Пытаясь избавиться от этого наваждения, он заставил себя подумать о другом. О Роксане. Сегодня она должна дать ответ, от которого будет зависеть ее будущее. Нужно успеть до семейного обеда проведать ее, подбодрить и сказать, что он поддержит любое ее решение. Кроме замужества с треклятым Асвадом, разумеется.

С этими мыслями он дошел до своих покоев, где его ждал сюрприз. Весьма неприятный.

В гостиной на кресле сидела Алиса.

Райнер несколько раз моргнул, надеясь прогнать видение. Может, он еще не отошел от вишневого вина, и бывшая любовница ему просто померещилась? Иначе он никак не мог объяснить ее присутствие в своей комнате, поскольку сам устроил ее работать в особняк лорда Брайтона, одного из советников отца.

– Ваше Высочество!

При виде него Алиса резко поднялась с кресла и сделала несколько шагов в его сторону, но потом замерла. Поняла, что он не собирается подходить к ней и вместо этого направляется к письменному столу у окна.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, даже не пытаясь смягчить тон. – Кто пустил тебя в мои покои?

– Я пришла в замок под предлогом забрать остатки вещей из своей старой комнаты, а потом воспользовалась входом для прислуги, чтобы попасть в ваше крыло и поговорить.

Райнер скрипнул зубами от раздражения, но сдержал нарастающий гнев. Единый, если бы он только знал, какой приставучей окажется эта белокурая милашка, то обходил бы ее за версту.

– Мы уже поговорили и все разъяснили, разве не так? – спросил он, усаживаясь в кресло.

– Да, Ваше Высочество, я помню наш разговор. И, клянусь, я не хотела вас тревожить, но случилось кое-что непредвиденное. – Глаза Алисы лихорадочно блестели, она заламывала руки и кусала нижнюю губу, но упорно избегала встречаться с ним взглядом. Это выглядело странно и совсем не похоже на нее.

– Что случилось?

Она поджала губы так, что ее подбородок сморщился, словно прелое яблоко, а потом предательски задрожал. Из ясных голубых глаз хлынули слезы.

– Ваше Высочество, я беременна… От вас.

Он намного сильнее обрадовался бы набитому камнями мешку, упавшему на него с неба, чем новости служанки.

Алиса была беременна. От него.

Но как так получилось? После каждой близости она под его чутким присмотром пила специальную настойку, а кроме этого Райнер всегда был очень осторожен. Где же он так просчитался?

На языке вертелся вопрос, а точно ли это его ребенок, но он оставил его при себе. Это по-свински – спрашивать подобное у девушки. Лучше уж потом поручить своим шпионам разузнать, не было ли у Алисы других любовников кроме него.

– Ваше Высочество? – дрожащим голосом позвала она, и Райнер вдруг осознал, что все это время глупо таращился на нее.

Ему стоило немалых усилий сдержаться и не выплеснуть гнев на Алису. Он целиком и полностью берет ответственность за случившееся. Нечего сваливать вину на ту, кому теперь и без того придется несладко. Да, он позаботится о том, чтобы Алиса и ребенок ни в чем не нуждались, но не сможет стать полноценным членом их семьи. Он обрек еще не родившееся дитя жить с клеймом бастарда, и неизвестно, как эту новость воспримет его законная супруга.

Кея…

Райнер так хотел, чтобы прошлая ночь стала первым шагом на пути к чему-то новому, но снова все испортил. Теперь нужно было найти правильные слова, чтобы рассказать обо всем. Он не хотел, чтобы о беременности его бывшей любовницы Кея узнала из сплетен.

– Ваше Высочество? – повторила Алиса, уже не сдерживая всхлипываний.

Райнер мысленно отругал себя и, поднявшись с кресла, приблизился к ней.

– Не плачь, – мягко попросил он, а потом достал из кармана носовой платок и вложил ей в руку.

– П-простите меня, пожалуйста. Не знаю, как так вышло. Повитуха сказала, что избавляться от ребенка рискованно, но если вы прикажете…

– Не смей! – грозно выпалил он. – Это в первую очередь опасно для тебя самой.

Алиса расплакалась еще сильнее и уткнулась лицом ему в грудь, вцепившись пальцами в лацканы камзола. Ее плечи тряслись от безутешных рыданий, и Райнер, не зная, как еще утешить, осторожно обнял ее и принялся гладить по волосам, хотя не испытывал к Алисе ни толики любви или страсти – лишь сочувствие и непомерное чувство вины. Ему и самому хотелось выть от собственной оплошности.

Он снова совершил ошибку. Снова доказал, что не ровня отцу. Если он не смог удержать хозяйство в штанах и обрюхатил незамужнюю девушку, чем наверняка испортил ей жизнь, то куда ему до справедливого мудрого правления целым королевством?

– Не плачь, Алиса, – тихо шептал он, бездумно перебирая ее белокурые локоны. – Я вас не оставлю. Буду помогать и заботиться о ребенке.

– С-с-пасибо, Райнер…

Она была так разбита, что он не стал делать ей замечание за проявленную фамильярность.

– Какая трогательная картина. Сейчас расплачусь, – раздался знакомый голос, полный едкого сарказма.

На пороге его комнаты стояла Кея.

Алиса резко отпрянула от него и зажала рот носовым платком, чтобы сдержать плач. Или же тошноту.

Райнера точно окатили ледяной водой. Ком размером с куриное яйцо встал в горле, не давая вымолвить ни слова, пока он ошарашенно смотрел на Кею. Та плывущей походкой прошла в комнату и опустилась на диван напротив них. Она выглядела так, будто пришла сюда сразу после пробуждения. В простом халате на запахе и с распущенными, немного взлохмаченными волосами без единого украшения, которые так любила вплетать в длинные пряди. Ни белил, румян и сурьмы.