Когда ночь крадет солнце - Диана Фэйр

Двери за спиной захлопнулись. Неотвратимо громко. Зловеще. Стенысомкнулись следом, окропив все вокруг алым светом. Словно оживший кошмар, в котором гибло все, что было вокруг, но с одной только разницей — жизни здесь не было. Ни до, ни после — ни когда-либо вообще.

Догадка пронзила слишком резко — собор оказался не зданием.

Он былпастью.

Одиночество настигло неожиданно. Малышка Лилия и вовсе не рискнула войти. Ксандр исчез так внезапно, что я даже не успела осознать: только что он был здесь — и вот его уже нет. Лишь ощущение чужого присутствия — холодного, насмешливого — скользило по коже, все сильнее

— Сюда, — раздался голос хранителя духов. Он не шёл рядом, но его гнилостное дыхание нещадно преследовало с каждым шагом все увереннее — он был везде: в тенях, в скрипе камня, в шепоте, который то нарастал, то затихал. — Ты ведь хочешь знать, зачем тебя привели?

Я не ответила. Просто пошла вперед, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Боль помогала не потерять себя в этом лабиринте из резных колонн и арок, где каждая тень казалась живой. Приглушенная, тупая, едва ощутимая — знакомая настолько, что становилось легче. Больнее. Опустошеннее, будто на любое чувство расходовались последние силы.

— Готова, маленькая птичка? — шепот на ухо, дрожь по спине. — Не бойся, это будетвесело.

Из-за массивной арки впереди донеслись голоса. Сердце забилось быстрее, ощутив присутствие чего-то близкого. Важного. Знакомого даже не голосом — присутствием, существованием, голодом. Я сжала пальцы на горле так сильно, как могла, чтобы заглушить тихий всхлип — несмотря на мою резкость, он был здесь.

Голос — низкий, раскатистый, с металлическими нотками — я узнала мгновенно. Дарион. Злой, холодный, безжалостный. Сама не заметила, как улыбнулась — он был рядом. Даже если готов был убить нечто темное, обитающее в зале. Даже если — меня. Второй — насмешливый, тягучий, словно мёд, смешанный с ядом. Наверняка местный властитель.

Я замерла, прижалась к стене, чувствуя, как холод проникает сквозь тонкую ткань платья, и старалась даже не дышать. Совсем немного подождать, всего лишь дождаться, пока разговор затихнет, а затем… Он будет рядом. Я обязательно оттолкну его, а он — не позволит этого. Неумело любяще, грубовато — так, как никогда не признается, но постарается показать.

— Ты дал слово, князь, — голос существа звучал надменно лениво, с едва уловимой издевкой. — Сердце феникса взамен на силу и жизнь. Ты забрал силы предшественника, ты унаследовал его власть, ты выжил. — Восторг в голосе говорящего все больше пугал. Он радовался тому, что рушился мир тех, кто его изгнал, но… Делал это слишком яростно. — Ты получил свое, проклятый. Взамен всего лишь на птицу.

— Ты не говорил, что это будетона, — в голосе Дариона звенела сталь. Та самая, которой так боялись окружающие. — Никто не предупредил, что это…

— Наш ледяной король влюбился? Ах, какая жалость! — тьма постепенно окутала зал. Смехом, яростью. Чем-то приторно предательским и знакомым. — Но чувства — скверная штука, не находишь? Они искажают договорённости, делают их хрупкими.

Я осторожно выглянула из-за колонны, решив воспользоваться тем, что дух затих, и больше не смогла отвести взгляда. В центре зала, залитого призрачным светом — его темный силуэт. Горящий каким-то незнакомым огнём взгляд, прямая спина. Вокруг — туман, нечто эфемерное, почти неосязаемое — тень с глазами-опалами, мерцающими в полумраке.

— Ты изменишь условие. Не феникс, не птица. Все, что принадлежит мне. Все, что не она, — Дарион шагнул вперед, загораживая собой пространство, где, казалось, могла бы стоять я. Сердце предательски сжалось от невысказанных слов. Если бы я успела…

Но я не успевала никогда. Потому что не хотела. Потому что предпочитала уходить от правды. Необходимой, но всегда такойнеудобной.

— Видимо, забыл, незваный гость? Она сама отдала тебе то, что нужно, — существо загрохотало громовыми раскатами — нечто, похожее на смех и одновременно треск рассыпающегося стекла. — Признавайся, где спрятал. Куда потратил. Почему не пришел сразу. Или…

Дарион не ответил. Только плечи напряглись, а пальцы сжались в кулаки. Я хотела шагнуть вперёд, но ноги словно приросли к полу. Он был так близко, что все внутри уже не просто тянуло — кричало, чтобы я оказалась рядом. Чтобы больше не плутала одна в этом потерянном мире.

Чтобы если и умирать, действительно умирать, то хотя бы с ним.

— Ты обещал, — продолжил туман, и в его голосе зазвучала угроза. Он заклубился, обретая человеческие очертания с громким шипением. — Ты клялся. Теперь отдай то, что принадлежит мне.

Не человек. Не призрак. Что-то большее. Высокое, стройное, красивое — слишком красивое, чтобы быть настоящим. Гладкое лицо, без возраста, с глазами, в которых мерцали опалы, будто в них заключены тысячи сожженных миров.

— Можешь забрать обратно, — Дарион резко развернулся, и его взгляд скользнул по арке, за которой я пряталась. — Все…

Всего секунда. Короткое мгновение, за которое я поняла, что действительно скучала и ждала этой встречи. Жалела, что в последний момент испугалась самой себя. В его глазах вспыхнуло что-то тёплое, почти умоляющее — «Не выходи». Обещание, безмолвное, но уверенное — «Ты не умрешь». И невысказанное — «Даже если не будет меня».

— Все, кроме нее.

Сердце замерло не от страха, а от тоски — такой острой, что казалось, будто в груди кусок раскаленного угля, готовый превратиться в пепел. Если уже не превратился после всего произошедшего. Чертов проклятый улыбнулся — поняла, не увидела. А я, дура, стояла здесь, прячась, как будто это могло что-то изменить.

Все равно с рассветом все началось бы снова. До боли знакомые лица, места. Все та же безысходность, обрекающая каждый раз заново проживать злосчастные летние дни.

Я хотела послушаться, затихнуть, попытаться уйти, но не смогла. Просто на мгновение прикрыла глаза, позволяя знакомому огню скользнуть по коже легким утешением. Бесполезным, призрачным, но слишком нужным, чтобы сделать шаг вперед. Ничего ведь не закончится сейчас? А если закончится — будет покой.

— О, какая прелесть! — голос тьмы вдруг стал мягким, почти ласковым, будто хищник, который нашел долгожданную жертву. — Наконец, подоспели наши милые зрители. Смотри, проклятый, какая прекрасная госпожа!

Тишину прорезал радостный смех. Существо потянулось ко мне, долговязым силуэтом останавливаясь рядом, кланяясь нарочно галантно и предлагая раскрытую ладонь.

— Маленькая огненная девочка. Ты ведь слышалавсё, да? — огорченный вздох заставил настороженно замереть на месте. — Старик привел тебя идеально вовремя, верно? Бедная, бедная птичка… Но ты ведь с подарком, верно?

Вложить ладонь в его оказалось несложно, даже не дрогнули пальцы, которые тут же крепко сжало