Меж двух королей - Линдси Штрауб

ударило током: они говорили о ней. Она — их королева. Та самая девчонка, которую всю жизнь презирали, гнобили, сторонились. Но стоило появиться общему врагу — Эвелин — и жители вдруг записали её в «своих». Как быстро меняется ветер.

И в этот момент она увидела Габриэля. Он стоял у мёда — как всегда — но румянца на щеках не было. Он выглядел бледным. Усталым.

Он махнул ей скупым, почти скорбным движением.

— Габриэль, — сказала она сразу. — Что случилось?

— Почему ты думаешь, что что-то случилось?

— Потому что полная луна, а ты не пьёшь.

Слабая улыбка тронула его уголки губ.

— Может, я на пути к здоровому образу жизни.

Тэмми фыркнула.

Улыбка исчезла.

— Я не могу пить сегодня, Тэмми.

— Почему?

Он не ответил. Только посмотрел поверх её головы, на толпу. Тэмми проследила за его взглядом. Группы людей стояли кучками, шептались, переглядывались. Холод медленно поднимался по позвоночнику.

— Сегодня что-то будет, — сказала она. Не спрашивая — утверждая.

Габриэль не ответил. Сжатая челюсть говорила сама за себя. Видимо, за то время, что они не виделись, многое изменилось. Может быть, Габриэль теперь и правда возглавлял революцию… Он организовал прошлый протест. Почему бы и нет — этот тоже? Он становился кем-то, кого Тэмми почти не знала.

Когда-то они были неразлучны — хотя он был старше на год — но теперь между ними лежала пропасть.

— Габриэль, — повторила она, мягко, но настойчиво. — Скажи мне, что происходит.

— Тэмми… — он тяжело выдохнул и положил ладонь ей на плечо. — Тебе надо уйти.

— Почему?

— Потому что ты… — он оборвал себя.

Тэмми поняла раньше, чем он договорил.

— Я кто, Габриэль? — прошептала она.

Они смотрели друг на друга — двое лучших друзей, чьи жизни разошлись так далеко, что уже не соприкасались.

— Ты теперь — одна из них.

Тэмми будто погрузили в ледяную воду.

Одна из них. Из врагов. И он был прав. Здесь было два врага: василиски — и королевская семья. Тэмми была связана с обоими. Она вспомнила разговор с Лео — как он спросил, знает ли она, кто стоит за протестами. Конечно, для Габриэля это выглядело как смертельный риск: стоять рядом с человеком, который общается с королём. Кто спит со змеем. Кто живёт под одной крышей с правителями. Но Тэмми не представляла свою жизнь без Габриэля. Он был её единственным другом. Последним безопасным местом. Когда с Каспеном всё разваливалось — он был рядом. Когда она ссорилась с Лео — он был рядом.

Он был всегда.

— Я с тобой, — прошептала она. — Всегда буду.

Он только покачал головой.

— Я пытаюсь защитить тебя, Тэмми.

— И я тебя защищаю. Но ты должен сказать мне, что задумал.

— Я не могу. Не пока ты… спишь со змеёй.

Тэмми передёрнуло от того, как он это сказал — словно это брань. Но, конечно, он сказал бы именно так. Он не знал василисков, как знала она. Он видел только их жестокость. Их хитрость. Их силу. Он не знал, что они ничем не отличаются от людей.

Что они такие же, как люди.

— Габриэль… — прошептала она. — Когда ты перестал мне доверять?

Он тяжело выдохнул. Все слова, которые она сказала ему тогда, в «Всаднике», пронеслись в её голове: что она гибрид, что она сильна, что василиски живут под горой… Безопасно ли это теперь в его руках? И безопасна ли она сама?

— Тэмми… — сказал он тихо. — Я пытаюсь тебя защитить.

То же самое, что он сказал раньше. И во второй раз это ранило ещё больнее.

Ветер перебирал его золотистые кудри.

Тэмми протянула руку, откидывая прядь со лба.

— Я не могу потерять тебя, Габриэль…

Он накрыл её руку своей, прижимая ладонь к своей щеке.

— Ты никогда меня не потеряешь, родная. Но тебе нужно уйти.

Тэмми уже открыла рот, чтобы возразить — но в этот момент над площадью раздался крик.

Габриэль резко вскинул голову.

— Нет, — выдохнула Тэмми, вцепившись в его куртку. — Габриэль, что бы ты ни задумал — не—

Но он уже бежал. Тэмми бросилась за ним, но это было бесполезно — он всегда был быстрее. И сейчас исчезал в толпе как тень.

Когда она добежала до площади, церковь уже стояла в огне.

Стражники сбегали по ступеням, бросаясь в толпу. Палки взмывали вверх, кулаки летели во все стороны. Тэмми застыла, не в силах сделать ни шагу. Она видела это — но не верила. Она потеряла Габриэля из виду. Он у церкви? Подбрасывает брёвна в огонь? Или в толпе, под ударами, в опасности быть растоптанным?

Крики пронзали ночь.

Густой, едкий дым поднимался вверх, обжигал горло, наполнял лёгкие, заставляя глаза слезиться. Нужно найти Габриэля.

Тэмми проталкивалась вперёд, уклоняясь от размахивающих рук. В воздухе стоял вой отчаяния — то ли по церкви, то ли по раненым. Пепел падал на площадь тонким снегом, покрывая всё серым: и камни мостовой, и бумажные луны. Стражники избивали людей — её соседей, тех, кого она знала всю жизнь — били до крови. Дышать становилось всё труднее. Это было неправильно. До боли неправильно.

Она потянулась умом к Каспену — но связь была закрыта. Паника взметнулась в груди. Не отдавая себе отчёта, она позвала другого.

Он ответил мгновенно:

Темперанс? Что случилось?

Мне нужен Каспен. Где он?

Присутствие Аполлона стало плотнее, ощутимее:

Он на охоте. Ты ранена?

Нет. Не… совсем.

Где ты?

В деревне. Но я—

И тут она увидела его: мёд цвета лесного ореха.

Габриэль.

Тэмми резко оборвала связь с Аполлоном и бросилась вперёд.

Он был в крови.

— Ты ранен! — вскрикнула она, протягиваясь к нему.

Габриэль обхватил её, подхватил на руки и потащил прочь от толпы. Позади ревел пожар — пламя жрало церковь, пожирая всё на пути.

— Я в порядке, — выдохнул он, таща её дальше. — Но нам нужно уходить.

— Габриэль, что ты….

Её слова утонули в грохоте — самом громком, что Тэмми слышала в жизни. Габриэль мгновенно повалил её на землю, накрыв своим телом. Камни под ними дрогнули. Обломки посыпались сверху, барабаня по земле. Не нужно было смотреть, чтобы понять: церкви больше нет. Взрыв уничтожил всё, что оставалось. И мир уже никогда не станет прежним.

Так же внезапно, как он прижал её к земле, Габриэль поднял её обратно на ноги. Он мчался, уводя её сквозь узкие улочки, пока они не достигли окраины деревни. Отсюда крики были тише. Но пламя было видно ещё ярче — огромный столб чёрного дыма поднимался к небу.

— Как