Отвергнутая на Земле избранная в космосе - Таруна Поддубная

Слова ударили. Я это увидела сразу. У Раэля потемнел взгляд. Капитан напрягся так, что будто окаменел. Даже в лице Уриха, обычно таком сухом и нечитаемом, что-то едва заметно изменилось.

— Не говори так, будто нам все равно, — тихо, очень тихо сказал капитан, и от этого спокойствия мне стало тяжелее, чем от крика. — Если бы мне было все равно, я бы уже ушел отсюда.

— Тогда давайте перестанем искать оправдания, — ответила я, чувствуя, как внутри все дрожит не от страха, а от злости и боли. — Потому что, если мы сейчас ничего не сделаем, мне потом будет плевать, кто был прав технически.

С потолка послышался протяжный, обреченный стон Уриха. Не человеческий почти. Но очень красноречивый.

— Есть спасательные корабли, — произнес он наконец таким тоном, будто сам уже ненавидит себя за то, что сейчас скажет. — На них может получиться подлететь к станции. Они меньше, маневреннее и легче проходят через поле осколков. На каждом есть медицинская капсула на случай тяжелых ранений. Если отправить два, то в принципе можно забрать со станции около тридцати пассажиров и потом перевести их на наш корабль.

Раэль медленно поднял голову.

— И с какого момента ты решил, что можешь так самоуправствовать? — спросил он, и в его голосе зазвенела та опасная вежливость, которая у мужчин бывает перед тем, как они начинают орать. — Когда прибудет лорд Валериан, он нас по голове не погладит. По крайней мере сначала.

Не выдержав, я вскинулась в кресле и резко повернулась к нему.

— Пусть поругается. Пусть поорет. Пусть хоть полкорабля своим взглядом заморозит, если умеет. Но если при этом будут спасены чужие жизни, то это точно стоит того, чтобы выслушать ор вампира.

После моих слов Раэль посмотрел на меня с таким выразительным, мрачным и почти обреченным взглядом, что стало совершенно ясно: в его представлении лорд Валериан ограничиваться одним только ором не станет, и мне бы, наверное, стоило испугаться сильнее, но почему-то именно теперь, когда решение начало оформляться, назад меня уже не тянуло. И откуда во мне только взялась смелость и желание кого-то спасать никогда я не была такой смелой. Видимо когда тебя скидывают со сколы и ты тонешь что то меняет в тебе.

— Я лечу с вами, — сказала я сразу, пока они не начали спорить о другом. — И можете даже не пытаться меня переубедить. Специальный костюм у меня есть, а моя пока еще не до конца понятная помощь, между прочим, может понадобиться.

— Нет, — отрезал Раэль мгновенно.

— Нет, — почти одновременно с ним сказал Урих сверху.

— Нет, — добавил капитан, и вот это уже было почти смешно, если бы не ситуация.

— Очень содержательно, — процедила я. — А теперь можно по существу?

— По существу, — Раэль шагнул ко мне ближе, и от того, как опасно спокойно он это сделал, я сразу поняла, что он уже на пределе. — Ты женщина. Ты не подготовлена к таким ситуациям. Ты не десантник, не спасатель и даже не член команды. Там осколки, огонь, разгерметизация и, возможно, новые взрывы.

— А еще там живые существа, которым нужна помощь, — парировала я, не отводя глаз. — И если уж на то пошло, именно я каким-то образом уже дважды оказывалась в тех местах, где происходило что-то невозможное. Так что не надо сейчас делать вид, будто от меня точно не будет никакой пользы.

— Ольга, — голос Уриха снова прозвучал сверху, на этот раз уже без механической сухости, а с очень явной попыткой достучаться до меня разумом. — Ты не понимаешь, что такое спасательная операция в зоне нестабильных обломков.

— А вы не понимаете, что я не останусь здесь сидеть и ждать, пока вы вернетесь либо не вернетесь, если там может быть Ксила, — ответила я быстрее, чем успела себя остановить.

Тишина после этих слов была короткой, но тяжелой. Потому что имя Ксилы ударило куда точнее любых доводов.

Раэль первым отвел взгляд. Потом шумно выдохнул. Потом посмотрел на капитана. Тот выругался себе под нос. Урих наверху снова издал такой звук, будто вся эта операция уже заранее кажется ему личным оскорблением.

— Ты упрямая, — наконец сказал Раэль устало.

— Нет, — ответила я, чувствуя, как во мне под этой усталостью вдруг проступает странное, почти спокойное упрямство. — Я просто не хочу потом жить с мыслью, что могла попробовать и не попробовала помочь спасти чью-то жизнь.

— Это нечестный аргумент, — пробормотал капитан.

— Зато рабочий, — сухо отозвался Урих.

Я поняла, что они сдаются, еще до того, как Раэль сквозь зубы произнес:

— Хорошо. Но ты все время будешь рядом. Ни на шаг в сторону. Ни одного лишнего движения без команды. И если я скажу бежать, ты не споришь, не геройствуешь и не пытаешься меня переубедить.

— Договорились, — выдохнула я так быстро, что он даже поморщился.

— Я еще не договорил, — мрачно напомнил он.

— А я уже согласилась.

— Это и пугает.

С потолка послышалось:

— О, чудесно. Просто чудесно. Мы все окончательно сошли с ума.

Именно в этот момент, когда мужчины, скрипя зубами, уже почти смирились с моим присутствием в спасательной вылазке, из-за спины Раэля раздался голос капитана, в котором было столько мрачного жизненного опыта, что я невольно даже выпрямилась.

— А вот после этого лорд с вами, как думаете, что сделает?

Урих ответил первым.

Не задумываясь.

— Убьет.

Раэль, не меняя выражения лица, продолжил за ним так спокойно, будто перечислял варианты ужина:

— Или сожрет вместе с формой.

И вот тут, сама от себя не ожидая, я вдруг услышала собственный голос уже не дрожащий, не злой, а почти бодрый, как у человека, который слишком устал бояться и потому временно начал наглеть.

— Это если он об этом узнает? - Несколько секунд они просто смотрели на меня.

Потом Урих сверху обреченно простонал что-то на своем языке. Потом капитан все-таки хмыкнул. А Раэль закрыл глаза так, будто именно в эту секунду окончательно понял, что связался с женщиной, которая однажды доконает его быстрее всех космических катастроф сразу.

Глава 52

Решив, что раз уж мы все-таки договорились, то сейчас просто сорвемся с