Иллюзия падения - Лия Аструм

class="p1">– Еще одно слово, Ливи, – грубо перебивает ее Рио, – и ты все праздники проведешь дома. Никакого дельфинария, кино и игрушек. Будешь сидеть в своей комнате, пока не научишься слушаться старших. Ты поняла?

Глаза мелкой наполняются слезами. Она вскакивает со стула и гневно сжимает руки в кулачки.

– Ты плохая!

– А ты хорошая?

– Да!

– Разве хорошие девочки говорят плохие слова маме?

У Ливи дрожит подбородок, и я чуть сильнее сжимаю ногу Ариэль, предлагая поумерить пыл.

– Я тебя больше не люблю!

– Завтра полюбишь. Теперь иди спать.

Ливи шмыгает носом, из которого уже пузырями лезут сопли, и, гневно топнув ногой, вихрем уносится на второй этаж.

– Можно было чуть помягче, – укоризненно качает головой миссис Бейкер.

– Помягче нет толку. Этот урод ей все мозги проел. Их общение нужно пресечь.

Иногда мне кажется, что родитель в семье Бейкеров – совсем не Нора. Она никогда не вступает в дебаты, полностью принимая линию поведения Рио. То же самое происходит и сейчас. Миссис Бейкер не спорит, спокойно желает всем нам счастливого Рождества и, взлохматив волосы недовольному таким вниманием Нику, уходит вслед за кнопкой.

Включаю первый попавшийся фильм и перетаскиваю Ариэль к себе на колени. Брожу пальцами по ее бедру, взмываю рукой к талии и возвращаюсь обратно, не переставая восхищаться крутостью изгиба.

– Строгая мамочка? – тихо шепчу ей в ухо. – Мне нравится.

– Подумай хорошо, Лейквуд, – встревает Николас. – Сестрёнка хочет троих! Бедные дети!

Рио показывает брату язык, а я еще несколько секунд осмысливаю сказанное.

– Серьезно? Троих?

– Почему бы и нет, – обнимая меня за шею, шепчет Ариэль. – Испугался?

– Вот еще. Просто никогда об этом не думал.

Рио хитро щурится и вытягивает губы трубочкой. Целует, не касаясь. Невинный жест, от которого все органы скручивает чувством вины. То, что началось между нами с определенным умыслом, переросло в иное, не поддающееся контролю.

Спустя неделю после первого секса Бейкер потребовала объяснения моим странностям, а я не был готов к правде.

Я солгал.

Раскрыл диагноз, но умолчал о причине. Рассказал, что ОКР началось в далеком детстве, стершемся из памяти. Сказал, что не помню.

Но я помню. Помню каждую деталь события трехлетней давности.

И как бы я ни сожалел о своей лжи, есть вещи, которые очень сложно принять самому, и, тем более, поделиться с другими. На исправление ошибки мне нужно время. И если оно у нас будет, я вскрою гнойник. Даже если он до смерти отравит наши отношения.

– Он оттолкнулся левой! – разносится по гостиной возглас моего брата.

– Ты слепой что ли! – возмущается Николас и сует в физиономию Реми телефон с каким-то видео. – Где тут левая?! Это правая!

– Посмотри еще раз.

– Господи! – Ник возводит глаза к потолку. – Мне страшно. Как мы выиграем, если ты лево от права не отличаешь?

– Мы победим, не очкуй. Хочешь травки?

– Хочу. Скручу косяк, без смазки засуну тебе его в зад и подожгу. Будешь самым скоростным трейсером.

– Может, все-таки со смазкой, бро? Люблю запах персика.

– Ты мерзкий.

– Чувак, мерзко мечтать залезть мне в зад.

– Иди к черту!

– Сам иди!

– Пошли наверх, – шепчет Рио, вызывающе пробираясь пальцами мне под рубашку. Игриво ведет ноготком вдоль края ремня, шумно выдыхая мне в шею.

Воодушевленно поддерживаю ее идею и, нехотя выпустив ее из своих объятий, тщательно обыскиваю брата на наличие упомянутой травки. Ничего не обнаружив, получаю его скотскую ухмылку и, прихватив оставленную на десерт коробку, поднимаюсь на второй этаж.

Рио уже в комнате. Недвижимо стоит у окна и напряженно смотрит на дисплей своего телефона. Ставлю подарок на кровать и подхожу ближе. Лезть в личное пространство Ариэль не рискую. Захочет – расскажет. И понимаю, что все-таки хочет, потому что доверительно разворачивает гаджет экраном ко мне.

Семейная фотография Бейкеров. Только с дополнительным человеком прямо по центру. Высокий темноволосый мужчина одной рукой удерживает сидящую на его плече Ливи, а второй обнимает хохочущего Ника. По бокам к нему жмутся Ариэль и Нора, последняя выглядит особенно счастливо.

– Это было два года назад, – тихо комментирует Ариэль. – Наше последнее Рождество вместе. И знаешь, что самое противное? Он уже знал, что уйдет. К другой женщине, – Рио вздыхает и, заблокировав телефон, печально смотрит мне в глаза. – Богатой.

Одно слово мгновенно стыкует причину со следствием. Вот откуда все эти убеждения? Родной папаша бросил их ради местечка потеплее.

– Отец пытался открыть небольшую мастерскую по ремонту и реставрации мебели, – Рио нервно заламывает пальцы, впервые раскрывая мне трагедию их семьи. – Дело не выгорело. Остались долги. Сначала все было не настолько печально, потому что мама тоже работала, но, когда у нее обнаружились проблемы с сердцем, практически все легло на плечи отца. Он устроился в другую фирму. Там… он встретил ее… – Ариэль делает судорожный вдох. – Отец так легко ушел… Словно никогда нас не любил… словно мы чужие… Мама впала в глубокую депрессию. Я каждую ночь приходила к ней в комнату и слушала ее дыхание. До ужаса боялась, что ее сердце не выдержит предательства. Остановится.

Из последних сил терплю, чтобы не подойти и не заключить Рио в объятия. За полгода я хорошо изучил ее характер, и именно сейчас мою поддержку она расценит не иначе как жалость.

– Брат закрылся, стал агрессивным. А Ливи… Этот урод нашел в ней слабое звено. Звонил, рассказывал, как скучает. Врал, что мама не разрешает ему к нам приезжать, – отрешенно продолжает она, окунаясь в свое неприятное прошлое. – Я пошла в его новый дом сказать, чтобы отстал от Ливи. И знаешь, я никогда не забуду, как стояла возле их идеально подстриженной лужайки и смотрела на его игру с двумя похожими друга на друга девочками. Та холеная сука родила ему близняшек. Еще один, и они полностью заменят нас.

– Дети – не товар. Невозможно выкинуть старых и купить новых. Он с ними не потому, что они лучше. Он с ними потому, что там лучше ему самому, – тихо, но твердо говорю я, желая донести до нее простую вещь: их вины здесь нет.

Ариэль натягивает слабую улыбку.

– Мне до сих пор сложно поверить, что этот бездушный человек раньше читал мне сказки и обязательно