Первый надрез - Кэндис Райт

— Я тебя убью, — шипит она и бросается на меня. Кулак летит прямо в мой живот.

Инстинктивно прикрываю ребенка руками и резко отворачиваюсь, но удар так и не достигает цели. Услышав вопль Рэйзл, я оборачиваюсь. Элмо оттаскивает ее назад, крепко вцепившись в волосы.

— Скажи, что мне, блядь, это показалось, — рычит он.

— Она ударила меня! — вопит Рэйзл, пытаясь вырваться из его хватки.

Жду, что сейчас он набросится и скажет, что во всем виновата я. Но ничего подобного не происходит. Его взгляд скользит по мне, на мгновение задерживается на животе, а затем поднимается к моему лицу.

— Ты в порядке?

— Да… Эм… Спасибо.

Его взгляд переключается на Рэйзл, которая отчаянно пытается вырваться.

— Думаю, нам стоит найти Ганнибала. Наверняка ему интересно, почему тебя так долго нет.

Слова предназначены мне, но он не сводит глаз с Рэйзл.

— Отпусти. Ты делаешь мне больно.

— Поверь, на твоем месте я бы сейчас беспокоился совсем не об этом.

Рэйзл жалобно всхлипывает, когда Элмо подтаскивает ее ближе ко мне.

— Пойдем поищем Ганнибала, Лола. Думаю, Президенту будет очень интересно узнать, что произошло с его старушкой прямо в его собственном клубе.

Ох, черт.

Глава 23

Ганнибал

Окидываю взглядом зал, пытаясь понять, куда, блядь, подевалась Лола, и наконец замечаю, как она возвращается. Уже успеваю расслабиться, а потом вижу Элмо, который за волосы тащит Рэйзл следом. С грохотом ставлю бутылку пива на бильярдный стол и направляюсь к ним. Вокруг постепенно становится тише.

Подойдя к Лоле, притягиваю ее к себе, легко целуя в губы, и отстраняюсь.

— Ты в порядке?

— Всё хорошо, правда.

Прижав Лолу к себе, перевожу взгляд на Рэйзл. Элмо швыряет ее на пол прямо к моим ногам.

— Какого хуя здесь происходит? — спрашиваю и замечаю, как вокруг начинают собираться люди.

— Застал Рэйзл в тот момент, когда она собиралась ударить Лолу. И просто уточню: метила она совсем не в лицо.

Смысл его слов доходит не сразу. А потом меня накрывает ослепляющая ярость.

Где-то рядом смутно слышу голос Лолы, зовущей меня по имени. Игнорируя звуки, наклоняюсь, обхватываю пальцами горло Рэйзл и одним движением поднимаю ее над полом. По ее лицу текут слезы, пока она судорожно цепляется за мою руку, пытаясь освободиться.

— Кем ты себя, блядь, возомнила? — встряхиваю ее, когда ответа не следует.

— Она не может говорить, когда ты ее душишь, Ганнибал, — со вздохом замечает Лола.

Медленно поворачиваю голову в ее сторону. Она не выглядит испуганной, хотя остальные уже отступили под напором моей ярости.

— Меня вообще не интересует, что она скажет. Она пыталась навредить тебе. Пыталась навредить нашему сыну.

По залу прокатывается ропот, но я не обращаю внимания, продолжая смотреть Лоле в глаза. Уловив выражение моего лица, она торопливо вмешивается:

— Она просто делала то, что ей всегда позволяли делать. Я не оправдываю ее, говорю как есть. Ей годами сходило с рук всё, что она вытворяла по отношению ко мне. Теперь она знает, что такое больше не пройдет, и не станет повторять это снова.

— Херня. Сука просто начнет лучше это скрывать.

— Она уже синеет, Ганнибал.

— МНЕ ПОХУЙ! — рычу я.

Подняв руку, она касается ладонью моей щеки и заставляет опустить голову, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— А мне не всё равно. Ты нужен мне здесь, рядом со мной, а не в тюремной камере два на три метра.

На мгновение закрываю глаза, пытаясь взять себя в руки. Она нуждается во мне. Ничто другое не имеет значения.

Разжав пальцы, я отпускаю Рэйзл. Она падает на пол с пронзительным вскриком. Прижавшись лбом ко лбу Лолы, несколько секунд просто вдыхаю ее запах.

— Я хочу ее убить.

— Знаю. Но играть с едой невежливо.

Из меня вырывается удивленный смешок.

— Дерзкая задница.

Повернувшись к Элмо, который наблюдает за нами с нескрываемым любопытством, отдаю приказ.

— Лишите ее нашивки, сведите татуировку и вышвырните отсюда.

— Нет! Пожалуйста! Мне некуда идти! — кричит Рэйзл, когда Мэнни и Гантер подходят помочь Элмо.

Гантер смотрит на нее с откровенным отвращением.

— Надо было думать об этом до того, как полезла к старушке. Пора бы уже усвоить урок и знать свое место.

— Но она всегда была удобной мишенью! Хану и Дриллеру было плевать. Им это казалось смешным. Черт, чаще всего именно они меня на это и подбивали. Я всего лишь делала то, что от меня ждали.

Лола качает головой, глядя на нее.

— В клубе все только и говорят о братстве. Но между женщинами тоже должно существовать сестринство. А ты плевала на него каждый раз, когда выступала против меня. Можешь сколько угодно винить Дриллера и Хана, но мы обе знаем правду. Тебе доставляло удовольствие смотреть, как меня унижают и ломают. Но не переживай, Рэйзл, ты была не единственной, кто так думал. Просто оказалась единственной дурой, которой хватило ума делать это у всех на глазах.

Слова Лолы вызывают глухой ропот в толпе.

Оглянувшись, замечаю лица, вспыхнувшие от стыда.

— Разденьте ее.

Несколько секунд никто не двигается. Затем из толпы выходят Джолин и Джесс — две старушки клуба. Пока Гантер и Элмо удерживают Рэйзл, женщины начинают срывать с нее одежду.

Мэнни качает головой и подходит к нам. Его взгляд скользит от меня к Лоле.

— Эй, Лола, по-моему, тебе не помешает чего-нибудь выпить. Колу или что-то в этом роде?

На мгновение она выглядит удивленной тем, что он вообще к ней обратился. Когда ответа не следует, он расплывается в улыбке.

— Могу даже приготовить тебе какой-нибудь навороченный безалкогольный коктейль, если хочешь.

Это заметно оживляет ее.

— Звучит здорово.

— Отлично. Подходи к бару, когда закончишь здесь, я всё сделаю.

— Спасибо, Мэнни, — тихо отвечает она.

Перевожу взгляд с нее на остальных присутствующих. Все старательно игнорируют вопящую Рэйзл, которую куда-то уводят.

Пока остальные возвращаются к своим делам, словно ничего не произошло, к нам подходят Байт и Снупи — одни из старейших членов клуба.

— Терпеть не мог эту суку, — вместо приветствия заявляет Снупи.

— Значит, это не твою бледную задницу я видел на выходных, когда ты вколачивал ее в матрас? — лениво тянет Байт.

Лола фыркает от смеха и тут же прячет лицо у меня на плече.

— Я старый, Байт. В моем возрасте особо выбирать не приходится, а киска есть киска. О, а вот и Джерм. Этот ублюдок должен мне двадцать баксов, — он уже разворачивается, чтобы уйти, но через плечо бросает. — Увидимся, През. Лола.

— Пока, — тихо