Красота внутри - Даша Семенкова

«Должно быть, я схожу с ума от одиночества», — подумала она, чувствуя, как кровь приливает к щекам, и немедленно наступила ангелу на ногу.

— Ну что же ты? — спросил он, фокусируя взгляд на ее лице. — Танцуй!

И она позволила ему вести, сперва немного резко, скованно, но с каждым шагом все плавнее, уверенней, легче. Такому невозможно научиться за минуту — ангел двигался как опытный танцор, ловко и по-кошачьи пластично.

— Внимание, — сказал он чуть слышно и посмотрел куда-то над ее плечом. — Сейчас сюда придут. Три. Два. Один.

Музыка смолкла. Он отпустил ее руку. Из коридора послышался приглушенный звук шагов.

— Не уходи, — произнесла Вероника одними губами. Она собиралась немедленно выставить за дверь любого, кто сейчас в нее войдет.

— Может, и его научишь? — улыбнулся ангел. — Будет, чем заняться долгими зимними вечерами. Если хочешь, я помогу.

— У нас есть танцевальный класс? Этот дом полон сюрпризов! — сказал Альберт, изумленно озираясь.

«Если бы ты им побольше интересовался, узнал бы много нового», — мысленно ответила Вероника, стараясь скрыть досаду.

— Я помню, как мы с тобой впервые танцевали, — продолжал он, обходя комнату вдоль стены. — Ты так смущалась и так забавно путалась. Хочешь, попробуем снова? Я тебя научу.

«Значит, неуклюжего бегемота Доминику ты помнишь, а как был моим партнером на балу — нет? Там я ни разу не сбилась», — разозлилась она.

— Нет уж. Это я тебя научу. Смотри и запоминай, если сможешь.

Она обернулась к ангелу — тот стоял, прислонившись спиной к станку. Зеркало его не отражало — он вновь исчез для всего мира, кроме Вероники. Кивнув, он подошел к ней и встал напротив.

— Смотри сквозь меня и не разговаривай, если не хочешь, чтобы он узнал о твоих галлюцинациях, — сказал ангел, беря ее за руку. Перевернул ладонь. — Ты исполняешь мужскую партию.

Заиграла музыка, которую слышала только она, и невидимый партнер начал танец. Это было так странно, что казалось сном: ее отражение в зеркале обнимало пустоту, но в то же время он был рядом, видимый, осязаемый и абсолютно реальный.

Танцевать за мужчину Веронике довелось впервые, сначала она путалась, движения выходили скованными и неуверенными, и ангелу едва ни на каждом шаге приходилось ее поправлять.

— Не надо вести, позволь мне, — сказал он, делая резкий разворот, а потом откинулся назад, вынуждая Веронику склониться в попытке его поймать.

Под пальцами напряглись мышцы, но тяжести она не почувствовала — гибкий и сильный, ангел легко удерживал глубокий наклон, едва не опускаясь в мост. Рассмеявшись, он с такой же легкостью поднялся, слишком быстро, и они оказались совсем близко, практически впечатались друг в друга.

Он тут же отстранился, возвращаясь в основную позицию, но все тело Вероники будто вспыхнуло огнем изнутри. Ее накрыло острое ощущение дежавю. Все это уже было: "Por una cabeza", неуверенность, партнер, рядом с которым она теряла рассудок, неожиданная близость...

— Чем так приятно пахнет? — чуть слышно произнесла Вероника ту же фразу, что говорила тогда.

— Том Форд, — глядя на нее отстраненно, ангел ответил именно то, что она ожидала услышать. — Кожа.

«Ну конечно, — подумала она с ужасом. — Он знает обо мне все. Даже то, о чем сама почти не помню. Но зачем он это делает?»

— Не представляю, где ты этому научилась, но, черт возьми, я хочу попробовать! — воскликнул Альберт.

Ангел встретился с ней глазами и вдруг начал таять. Только что ладони ощущали тепло и упругую твердость его тела, но один лишь миг — и оно превратилось в туман, призрачный, невесомый.

И прямо сквозь полупрозрачную фигуру шагнул Альберт, чтобы взять Веронику за руку. Это было так жутко, что она едва не вскрикнула.

— Ты позволишь, моя кошечка? — спросил он и перевернул ее ладонь. — Теперь я танцую мужскую партию.

Он начал неумело, но уверенно, не позволяя перехватить инициативу. Наслаждаясь движением, собственной ловкостью и пикантной близостью партнерши — видимо, он вообразил себе танец намного более страстным, чем она показывала.

Вероника подчинялась, словно оцепенев, позволяя кружить себя по залу, не обращая внимания на ошибки. Воспоминания о прошлой жизни, которой больше нет, заглушили чувства, заполнив горечью образовавшуюся пустоту.

Все прошло, растворилось, исчезло, словно и не было. Так же, как ангел — призрак, видимый ей одной. Как она сама. Не осталось ничего, кроме памяти, отголосков музыки и этого танго.

— Как я мог столько времени не видеть, какая ты на самом деле? — прошептал Альберт.

Его небесно-синие глаза смотрели с неподдельным интересом — впервые с момента их знакомства, но теперь Веронике было все равно. Шаг. Поворот. Наклон — их дыхание смешалось, и Альберт поцеловал ее. Сперва осторожно, боясь снова напугать, но, не почувствовав сопротивления, все смелее.

Вероника не испытала ни удовольствия, ни отвращения — просто позволяла ему делать это. Будто неловкую, но необходимую процедуру, которую нужно перетерпеть.

«Это все не со мной, — отстраненно думала она, чувствуя, как под пальцами Альберта ослабевает пояс, обвивавший талию. — Это происходит с Доминикой. Должно происходить, и раз я заняла ее место, то не имею права мешать».

Конечно, Альберт оказался умелым любовником, чутким и нежным. Оцепенение партнерши он принял за стеснительность и был очень внимателен, не принуждал и не торопил ее. На его красивое, холеное тело было приятно смотреть и касаться, но не более того.

Она равнодушно думала, запер ли он дверь, и лучше бы все быстрее закончилось, пока их не застали слуги, или, хуже того — Бекки, решившая полюбопытствовать, куда так надолго пропала сестра.

Веронику даже не волновало, когда после он рассматривал ее обнаженной, видел все изъяны фигуры, все еще далекой от совершенства, и, обнимая, трогал мягкие полные бока. Прислушиваясь к себе, она с тоской понимала, что не ощущает стыда или сожаления: напротив, некое облегчение от того, что выполнила должное, и теперь ее на некоторое время оставят в покое.

– Все хорошо, дорогая? — спросил он, склоняясь над Вероникой и зарываясь пальцами в ее волосы.

Она кивнула, думая, что, когда он наконец уйдет и позволит одеться, все будет в полном порядке. Альберт ласково улыбнулся и поцеловал краешек ее губ.

— В следующий раз будет лучше, обещаю.

— Давай со следующим разом подождем? — предложила она. — Вдруг уже с этого получилось... ну, ты понимаешь, о чем я.

Улыбка застыла на его лице, но в следующую секунду Альберт совладал с собой. Ответив, что все будет так, как