Развод - Фрида МакФадден

Знает ли Джереми о ребёнке? Если знает, это меняет всё. Он точно захочет жениться на ней, если узнает. Я до сих пор помню, как он был полон решимости связать нас узами брака, когда узнал о Тедди.

Затем меня осеняет: у меня есть доступ к их текстовым сообщениям.

Мои руки дрожат, пока я пролистываю сообщения назад. Она тоже удалила много из них, а те, что остались, довольно безобидны. В основном планы о том, чтобы встретиться. Ещё несколько признаний в любви, но я не могу не заметить, что Джереми всегда говорит это первым. И, конечно, они несколько раз говорят обо мне. И не очень лестно.

Хотя, полагаю, это справедливо.

Но я не вижу ничего о тесте на беременность. Ничего, что хотя бы намекало бы на это. Что заставляет меня думать, что он не знает.

Пока я пролистываю, на экране появляется сообщение от Джереми:

Могу я набрать по FaceTime Тедди примерно через час?

О боже, он не может оставить это? Я ценю, что он хочет быть рядом, когда Тедди ложится спать. Я всегда думала, что это мило, когда он звонил во время своих редких командировок, чтобы пожелать Тедди спокойной ночи. Это также было полезно, потому что Тедди часто отказывается засыпать, не попрощавшись с отцом. Но обязательно ли ему делать это сейчас?

Но затем я понимаю, что это может быть возможностью выяснить, что он на самом деле знает. Поэтому я начинаю печатать ответ:

Да, конечно. И, возможно, сегодня вечером мы могли бы поговорить о том, как справиться с этой ситуацией.

На экране появляются пузыри, указывающие на то, что он печатает, и я задерживаю дыхание. Он знает?

С какой ситуацией?

Он не знает. Это был очень явный намёк, и он его не понял. Он не знает о положительном тесте на беременность. Вероятно, он даже не знает, что она думала о том, чтобы сделать его.

Я не хочу, чтобы он заподозрил неладное, поэтому я начинаю писать текст, чтобы отступить, но затем на экране появляется ещё одно сообщение от него.

Ты имеешь в виду с Наоми? Потому что я не думаю, что нам нужно беспокоиться об этом. Хардвик говорит, что её уничтожат в суде после того, что она устроила на вечеринке. Все видели это. Даже её ботаник — адвокат не сможет её спасти.

Я скрежещу зубами. Ладно, это было довольно жестоко с его стороны. И я ведь ничего не сделала на той вечеринке. Это он вызвал полицию из — за пустяка. Кроме того, они сильно недооценивают моего «ботаника — адвоката». Прежде чем я успеваю остановиться, я печатаю в ответ:

На самом деле, возможно, нам стоит пересмотреть это. Я не знаю, стоит ли отбирать Тедди у его матери.

О чём ты говоришь???? Наоми не в своём уме! Я не хочу оставлять его с ней ни на две минуты, не говоря уже об опеке.

Возможно, мы несправедливы к ней.

Я был женат на ней пять лет! Поверь мне, я знаю, какая она.

Как он мог так говорить? Ещё несколько месяцев назад мы были счастливы вместе! Как будто ему промыли мозги.

Я не понимаю, Ронни. Почему ты это говоришь? Прошлой ночью ты сказала, что я недостаточно агрессивен, а теперь ты говоришь мне, что мы к ней несправедливы?

Я знала это. Я знала, что Вероника стоит за этой битвой за опеку. Это она подстрекает его, потому что не хочет, чтобы он платил мне алименты. Это была она всё это время. И я подозреваю, что когда Джереми наконец получит опеку, Тедди отправят в школу — интернат, чтобы убрать его с дороги.

Становится всё более очевидным, что с Вероникой не так — то просто договориться. Если она беременна, она не уйдёт просто с чеком. Ставки повысились.

Ты должна избавиться от неё.

Я не могу выключить голос матери в своей голове. Но я не собираюсь убивать Веронику. Что бы я ни делала в своей жизни, я должна провести черту здесь. Никаких убийств. Это неправильно.

Но я должна что — то сделать. Я не могу позволить Веронике украсть мою семью. Я просто не знаю, что сделать, чтобы остановить её.

Раньше я была на правильном пути. Джереми привлекает Вероника, потому что она молода и красива. Я ничего не могу сделать с молодостью, но с другой частью…

Я закрываю глаза и представляю, что было бы, если бы я взяла лезвие ножниц к фарфоровому лицу Вероники. Если бы я проводила им по её коже снова и снова. По её безупречным щекам. По её розовым губкам бантиком.

Даже по её красивым глазам.

К тому времени, как я закончу, Джереми не захочет иметь с ней ничего общего. Да, возможно, он даст ей немного денег, потому что ему будет её жаль или потому что он почувствует, что должен обеспечивать ребёнка. Но он больше не захочет с ней спать. Никто не захочет.

Она станет такой же уродливой снаружи, как и внутри.

Да, это отлично сработает.

Я снова беру ножницы и направляюсь к двери подвала.

Глава 44

Когда я спускаюсь обратно вниз, Вероника продвинулась дальше, чем я думала.

Ей удалось усесться и она переползла через весь подвал. Она ещё не добралась до лестницы, но я могу представить, что это был бы её следующий шаг, если бы я не застала её.

— Вероника, — говорю я предупреждающим голосом. — Что это ты, по — твоему, делаешь?