Эхо флейты из Гаммельна - Наталья Николаевна Александрова

Дверь в квартиру была крепкая, Альберт недавно менял, но тут она затряслась.

— Женщина, не хулиганьте! — воззвал Бурдюк. — Ничего у нас не протекает, все сухо, мы с утра даже в ванную не заходили…

— Да? А чего ж тогда дверь не открываешь? Я сама проверю! Все, техник уже идет!

Тут Даша услышала какие-то подозрительные звуки из гостиной и догадалась, что все крики под дверью были задуманы для того, чтобы отвлечь этого идиота.

В гостиной что-то упало, и Бурдюк завертел головой. Даша хотела огреть его сзади чем-нибудь тяжелым, но, как назло, ничего не было под рукой подходящего. В прихожей даже зонтика не завалялось, стояли только огромные грязные ботинки Бурдюка, которые мерзко воняли немытыми ногами.

Бурдюк тяжело развернулся всем корпусом и бросился в гостиную, топоча, как бешеный носорог. Даша едва успела с визгом скрыться от него в туалете.

Разогнавшись, Бурдюк влетел в гостиную, и сила инерции понесла его дальше. Но тут что-то дернуло его за ноги, и Бурдюк с размаху плюхнулся на пол.

Звук был такой оглушительный, как будто на пол упал мешок со ста килограммами картошки. Даша метнулась было в гостиную, но остановилась на полпути и бросилась к входной двери.

За дверью стояла та самая девица… как ее… кажется, Александра. Она оттолкнула Дашу и бросилась вперед, в гостиную.

Там на полу валялся Бурдюк, который с разбегу налетел на натянутую над полом веревку, и была еще одна девица, одетая как ниндзя из фильма, она как раз примеривалась, чтобы двинуть его по голове стулом.

— Молодец! — сказала Саша девице. — Только стул мало что даст такому слону, сломается только…

С этими словами она прыснула Бурдюку в лицо из баллончика. Тот охнул и затих на полу.

— Очухается быстро, — сказала Александра. — Для такой туши баллончика надолго не хватит. Надо его связать.

Они втроем долго старались, связывая Бурдюка той же веревкой.

— Ноги к рукам привязывай!

— Да попробуй его согни! — пыхтела Дашка.

— Все, уходим отсюда! Собирай документы, и пошли! — скомандовала Александра.

— Да мне надеть нечего, эти гады всю одежду изрезали! Ладно, у Альки возьму!

Она появилась через пять минут в джинсах, подхваченных ремнем, куртка тоже была на три размера больше.

— Хорошо хоть, обувь не тронули, кроссовки свои!

Входную дверь Дашка оставила открытой, потому что, когда Бурдюк очнется и начнет стучать в пол, соседка Тамара Михайловна обязательно вызовет полицию, она давно грозилась.

Когда мы приехали в мою квартиру, там никого не было. Я побоялась звонить Альберту, мало ли, он в засаде сидит, просто отстучала сообщение, что мы с Дашкой дома. В ответ он тоже написал, что все идет по плану, этих взяли всех четверых, с ними разбираются, а он на переговорах по поводу флешки.

— Ну вот, — сказала я Дашке, — располагайся пока здесь.

— А можно мне в ванную? А то эти уроды все задвижки выломали, толком не помыться. И… мне бы одежду хоть какую, а то Алькины штаны падают…

«Валяйте, — подумала я, — мойтесь в моей ванной, спите в моей постели, ешьте мою еду, пользуйтесь моей одеждой! Живите в моей квартире все впятером и считайте это нормальным!»

Тут я осознала, что и сама считаю такое не то чтобы нормальным, но… Ничего такого, просто у них у всех временные трудности, а как я могу не помочь близким людям?

Вот именно эти трое — Алиса, Альберт, Андрей… Получается, что мы все четверо давно и очень крепко связаны, так что нам нужно держаться вместе.

Что-то мне подсказывало, что именно это нас в свое время спасло. И сейчас тоже спасет.

Дашка обрадованно поскакала в ванную, прихватив мой халат. Алиска полезла в холодильник, потому что после трудов праведных у нее всегда зверский аппетит. В холодильнике она не нашла ничего интересного и решила заказать пиццу.

А я увидела, что к подъезду подъехала машина Антона. Вот и сам он вышел, а потом… потом он вытащил из машины Маркуса! Вот именно вытащил, потому что пес висел у него на руках, как ребенок, который заснул в дороге.

Невольно я подумала, до чего же Антон сильный, раз может удержать здорового добермана. Но мысль эта настигла меня уже на лестнице, потому что я неслась вниз, чтобы перехватить их у лифта.

Успела даже немного раньше, пока Антон безуспешно пытался открыть дверь подъезда. Глаза Маркуса были закрыты, он не подавал признаков жизни.

— Что с ним? — Я сама не ожидала прозвучавших в голосе слез.

— Подрался с двумя бультерьерами, — пропыхтел Антон. — Здорово его покусали. Зашивали под наркозом.

Задняя лапа была забинтована. При звуке моего голоса пес открыл глаза и попытался пошевелить обрубком хвоста.

Мы приехали на лифте на их этаж, я помогла Антону открыть дверь, он положил пса на диван и перевел дух.

— Да не бойся ты и не реви, это он от наркоза такой, очухается часа через два.

— Бедный Маркус! — Я поцеловала пса в морду, он закрыл глаза и вздохнул спокойно — мол, все хорошо, я дома, а ты уж пригляди тут за Антоном.

Вот честное слово, он так подумал, а я поняла!

— Иди уж… — сказал Антон и погладил меня по плечу, — у тебя гости…

И как всегда, ничего не спросил — кто такие эти люди, откуда они взялись и почему поселились в моей квартире.

Не помню, говорила уже или нет, что ценю Антона именно за то, что он никогда не задает вопросов. Раньше мне было это очень удобно, а теперь…

— Я вечером зайду, когда он проснется… — Уходя, я поцеловала Антона в щеку и побежала вниз, сама себе удивляясь.

Что это на меня нашло? Наверно, из-за Маркуса разволновалась.

Алиса заказала четыре огромные пиццы, которые как раз привезли к приходу парней. Оба были очень довольны.

Тех двоих, что преследовали Альберта, взяли на себя люди из отдела безопасности банка, и Рустам буквально в считаные минуты сдал своего нанимателя. Двух близнецов сдали в полицию, да не просто так, а по знакомству. Приехал шустрый майор и очень обрадовался, увидев эту парочку. «Мы, — говорит, — за этими братцами-дегенератцами давно следим. Работают они на одного такого… с позволения сказать, бизнесмена Калачева, а на него материал любопытный имеется».

Так что Андрей теперь спокоен, Калачеву теперь не до него, у него большие неприятности будут.

И еще позвонила Дашке соседка Тамара Михайловна и отрапортовала, что она услышала шум и