Иномирная колючка его высочества - Юлия Зимина

Ривиан шагнул еще раз. И еще.

— Что ты делаешь, позволь спросить? — ледяным тоном осведомилась я, чувствуя, как пульс ускоряет ритм.

— Между нами всё улажено, так ведь? — его улыбка стала еще шире, а в глазах заплясали откровенные бесята. Он остановился в полуметре от моего кресла, нависая надо мной. — Все условия оговорены.

— И-и-и? — точно таким же, обманчиво ласковым тоном протянула я.

— И-и-и... малыш сам по себе не появится, — выдал этот наглец, наклоняясь ко мне.

— Что?! — я опешила, чувствуя, как краска стремительно заливает щеки. — Прямо сейчас?! Средь... бела дня?!

— А чего тянуть? — Ривиан сделал выпад, намереваясь перехватить меня за талию, но адреналин сработал быстрее.

Я соскочила с кресла с ловкостью горной козы и одним прыжком оказалась за его массивной спинкой, выставляя перед собой руки, как щит.

— А ну стоять! — рявкнула я.

Ривиан оперся ладонями о спинку кресла, и искренне, раскатисто рассмеялся.

— Кошечка моя, ну куда же ты бежишь? — промурчал он, глядя с нескрываемым обожанием и насмешкой.

— Прекрати так меня называть! — зашипела я, чувствуя себя полной идиоткой, прячущейся за мебелью от неизбежного и в то же время… ожидаемого.

— А что не так? — Ривиан склонил голову набок, его глаза лукаво блеснули. — Ты кошечка, я — кот. По-моему, мы — идеальная пара! И котенок у нас родится тоже идеальный! Вот увидишь!

46. Истинные намерения

Ривиан

Я смотрел на нее, упрямо прячущуюся за массивной спинкой кресла, и чувствовал, как внутри, вытесняя многовековые устои и вбитые с детства дворцовые правила, расцветает кристально ясная уверенность.

Ради Кирии я действительно был готов отказаться от лицемерного гарема, от политических браков, от самой концепции делить ложе с кем-то еще. Потому что среди самых красивых, самых покорных и изысканных аристократок Империи не нашлось бы ни одной такой. Невероятной, колючей, дерзкой. Разжигающей под моей кожей такое неконтролируемое пламя, от которого плавился рассудок.

Кирия была для меня особенной. Я неотрывно изучал ее разрумянившееся от возмущения лицо, сверкающие сапфировые глаза, и понимал, что не отпущу. Попросту не смогу. И пусть в ее венах течет Тьма, для меня, наследника Света, эта девушка стала самым ярким, самым необходимым лучом. Никогда бы не подумал, что женщина сможет проникнуть в мое закрытое, забронированное цинизмом сердце. Причем проникнуть настолько глубоко, вырвав с корнем все мои прежние убеждения.

— А ну стоять! — снова воинственно скомандовала дикарка, выставляя перед собой ладони.

В моей крови бурлил дикий, пьянящий азарт. Инстинкты хищника, почуявшего, что добыча готова играть, взвыли от восторга.

— Как скажешь, моя колючка, — обманчиво-покорно промурлыкал я, делая обманный выпад влево.

Кирия ахнула, дернулась вправо, намереваясь обогнуть кресло и рвануть к дверям. Но я был быстрее. Гораздо быстрее.

Смеясь, она попыталась ускользнуть, платье взметнулось, очерчивая идеальные коленки. Я перехватил ее на середине гостиной. Изящная фигурка дернулась в моих руках, Кирия звонко, совершенно искренне хихикнула, пытаясь вывернуться, и мы, потеряв равновесие, кубарем полетели вниз.

Густой ворс ковра мягко принял наш вес. Я успел сгруппироваться так, чтобы смягчить ее падение, и в следующее мгновение Кирия оказалась подо мной.

Мы замерли в откровенно двусмысленной позе. Мое колено властно, но аккуратно вклинилось между ее бедер, прижимая к полу. Грудь к груди. Я чувствовал, как бешено, словно у пойманной птицы, колотится ее сердце, отдаваясь ритмом в моей собственной грудной клетке. Наши лица были так непростительно близко, что я ощущал ее дыхание на своих губах.

Кирия снова попыталась дернуться, но я тут же перехватил тонкие запястья, мягко, но непреклонно прижимая их к ковру по обе стороны от ее головы, лишая малейшей возможности вырваться или призвать магию.

— Пусти... — прерывисто, сбито выдохнула Кирия. В расширившихся глазах плескалась смесь возмущения и чего-то еще. Чего-то темного, тягучего, откликающегося на мою близость.

От нее исходил одуряющий аромат ночных цветов и разгоряченной женской кожи. Я чувствовал обжигающее тепло тела сквозь ткань камзола. Голова шла кругом. Хваленая выдержка наследного принца трещала по швам, рассыпаясь в пыль под этим сапфировым взглядом.

— Не хочу отпускать, — хрипло отозвался я.

Игривая, насмешливая улыбка исчезла с моих губ, уступая место серьезности.

— Ривиан... — нервно замерзала Кирия подо мной. От этого непроизвольного, трущегося движения низ моего живота свело сладкой, болезненной судорогой.

— Хочу целовать тебя, — мой голос стал еще ниже, превратившись в вибрирующий полушепот. Я смотрел на ее приоткрытые, манящие губы, с трудом сдерживая порыв просто впитаться в них. — Хочу прикасаться к тебе... — я склонился ближе, обжигая дыханием ее щеку, — под платьем.

Я бы никогда не посмел сделать этого без ее разрешения. Взять силой — удел слабаков и трусов. Мне нужен был ее ответ, ее желание, ее страсть.

Кирия задышала чаще. Манящая грудь, обтянутая темным шелком, соблазнительно вздымалась, дразняще прижимаясь к моей. Я балансировал на острие ножа. Мой внутренний зверь рычал, требуя попробовать ее на вкус.

Не выдержав этой сладкой пытки, я медленно, давая ей долю секунды, чтобы отстраниться, подался к ее губам.

— Ты же знаешь, что Императрица хотела меня отравить? — вдруг резко, на одном дыхании выдохнула она прямо мне в губы.

Я замер.

Пространство вокруг словно схлопнулось. Страсть, кипящая в венах, столкнулась с ледяным, отрезвляющим рассудком. Секунду мой воспаленный от желания мозг пытался обработать смысл сказанных ею слов. А когда обработал — туман желания исчез без следа. Я мгновенно подобрался, превращаясь из жаждущего мужчины в собранного защитника.

— Ты же слышал, что я говорила, когда... — начала она, внимательно следя за моей реакцией.

— Когда пришел к тебе в образе кота? — закончил я за нее.

Стиснув челюсти, я нехотя разжал пальцы, выпуская ее запястья. Медленно, подавляя в себе желание зарычать от разочарования и злости на ситуацию, поднялся на ноги. Протянул руку и рывком, но бережно, помог ей подняться с ковра.

Мне не хотелось сейчас разговаривать. Хотелось подхватить мою колючку на руки и отнести на широкую кровать, но я не мог просто взять и проигнорировать такую серьезную тему. Только не с ней. Не после того, как едва не потерял ее. Я дал обещание защищать эту дикарку, оберегать и в любой ситуации занимать ее сторону. Именно так и будет. Всегда. И пусть Кирия со мной