Приручая Серафину - Джиджи Стикс

Мои глаза сужаются. Может, стоило все-таки выдернуть ее из того круга девчонок и сказать, с кем она только что веселилась, но она так светилась. Не смог испортить ей вечер.

— Я проверил каждую комнату в особняке, вычистил всех гостей. Какие-то кузены или бастарды могли остаться, но все, кто что-то значил, мертвы. Почему ты спрашиваешь?

Она выдыхает.

— Я только что видела Самсона.

Руки стискивают руль до хруста.

— Капелло?

Ответа нет. Боковым зрением вижу: она сидит, наклонившись вперед, волосы скрывают лицо.

— Ты уверена?

— Я видела эту рожу почти каждый день последние пять лет, — голос хриплый. — И, поверь, я отличаю Грегора от Самсона.

Блядь.

Она дала ответ и разом развязала узел загадочного «сочувствующего Капелло», который нанял меня убрать одинокого стрелка. Теперь понятно, кого так рьяно прикрывал Джозеф Ди Марко.

Самсон Капелло.

Как, мать твою, он вообще выжил?

В висках стучит, будто чайник закипает. Я щурюсь на дорогу и прокручиваю в голове каждый свой шаг в тот день.

— Второй сын Капелло, которого я прикончил, спал лицом в подушку. Я выстрелил ему в затылок.

— Ты переворачивал тело?

— Не стал рисковать после проблем с первым.

Челюсть сводит.

— В упор никто не выживает.

— А если той ночью он остался у невесты…

Договаривать не нужно, мы оба уже дошли до той же мысли. Самсон уехал к дочке Ди Марко или еще куда-то, а кто-то из гостей занял его комнату. Все это время он затаился и через адвоката отца заказал единственного выжившего убийцу своей семьи.

— Он тебя видел? — выдавливаю сквозь зубы.

— Прямо в лицо.

Желудок стягивает узлом.

— Узнал?

— Не знаю, — тихо говорит она. — Я обернулась, но он уже шел по улице дальше.

Протягиваю руку через сиденье, сжимаю ее плечо.

— Разберемся. Я тебя защищу.

Она едва заметно кивает, и я не виню ее за то, что не верит. Я же клялся, что все, кто держал ее в клетке, мертвы. А теперь один из них не только жив, но и знает, что она свободна и процветает.

Я не припомню, чтобы когда-нибудь уходил с работы, оставив столько живых ниточек. Самсон Капелло и все ресурсы, что стоят за его спиной, будут очень непростой задачей.

Несколько часов спустя я все еще сижу у ее кровати, медленно перебираю шелковистые пряди. Так я убеждаю ее, и себя, что она в безопасности. Как только дыхание становится ровным и глубоким, тихо выхожу и иду в соседнюю квартиру к Мико. Он обычно не спит до рассвета.

Мико открывает с ухмылкой.

— Готов порубиться?

Провожу ладонью по волосам.

— Нет времени.

Улыбка спадает.

— Что стряслось?

— Самсон Капелло жив.

— Ты шутишь.

— Серафина видела его, когда мы выходили из клуба.

Мико качает головой.

— Но ты же завалил обоих близнецов.

Я коротко пересказываю теорию с подменой тела. Он матерится.

— В морг никто не приходил, кроме Джозефа Ди Марко и его дочери, — говорит он. — Если бы там был один из близнецов, я бы увидел на записях камер.

— Значит, он затаился. Чтобы убийца семьи не знал, что он выжил.

— Что будешь делать?

Мико идет через комнату и падает за один из мониторов.

Я опускаюсь в игровое кресло рядом и выдыхаю.

— Закончу начатое.

— А Серафина?

— Мы пройдемся по телохранителям Капелло. Хоть один из них выведет нас на Самсона.

— Могу взломать камеры клуба, — предлагает Мико.

— Он только прошел мимо входа, но вдруг что-то попало в кадр.

Достаю телефон. Пора ставить в известность братьев Монтесано. Уничтожение Капелло было не только ради спасения Романа от электрического стула. Они еще хотели вернуть империю, которую Фредерик Капелло отобрал у их отца.

— Есть что-нибудь по Габриэлю? — спрашиваю я.

Мико отрывается от экрана.

— Ты уверен, что мне стоит продолжать искать брата? Если Самсон жив и заказал твою голову…

— Габриэль — единственный рычаг давления на Серафину, — перебиваю я. — Неизвестно, что она сделает, если Самсон поставит ее перед выбором: жизнь брата или мое перерезанное горло.

Мико передергивает плечами.

— Ладно. Продолжу копать.

Бенито отвечает первым: длинная очередь матов, за ней список привычных мест Самсона. Сомневаюсь, что последний легитимный Капелло снова вылезет на люди после того, как его узнали.

Роман не отвечает. Чезаре тоже. Догадываюсь, что Роман сейчас занят тем, чтобы очаровать Эмберли Кей и вытрясти из нее наследство. А Чезаре… качаю головой. Скажем так, Розалинда точно не будет жаловаться.

— Я проверил все больницы в радиусе ста миль от Нью-Олдерни, — говорит Мико, возвращая меня в реальность. — Ни одного Капелло, Капелли или любой другой вариации фамилии Капе с пересадкой печени.

— Значит, еще одно фальшивое имя?

— Так я и подумал. Перебрал все пересадки от живого донора, отфильтровал по полу, возрасту и этносу.

— И?

— Тридцать четыре.

— Есть способ понять, кто из них делал повторную пересадку?

Он качает головой.

— Нет. Но если он использовал другое имя…

— И другую дату рождения.

Тру подбородок.

— Продолжай. Как найдешь данные по пересадке Капелло, сразу выйдем на донора.

Хочу предложить еще что-то, но телефон звонит. Рита. Голос колючий.

— Клиент только что перезвонил. Дал описание мужчины, которого считает стрелком.

Блядь.

— Знаешь, что он сказал? — продолжает она, не дожидаясь ответа. — Что мужчину в последний раз видели, когда тот усаживал его сестру в черный BMW, и даже номер продиктовал. Хочет знать, почему он продвигается быстрее, чем профессионалы.

Я выдыхаю так долго, что кажется, легкие опустеют навсегда.

— Мы не детективное агентство, и если он с самого начала знал, кто убийца, какого хрена не сказал это сразу?

— А ты думаешь, я ему этого не сказала? — фыркает Рита. — Он уже думает передать данные другой конторе.

Я проглатываю мат.

— Передай, что до конца рабочего дня мы пришлем данные владельца машины. Если установим стрелка, к завтрашнему вечеру он будет мертв.

— Ладно, — ее голос смягчается. — Еще несколько запросов пришло, но все младшие заняты.

— Отказывай. Я занят этим загадочным стрелком.

— Антон никогда не отказывал, даже когда фирма была по уши занята.

— Антон