Мертвый принц - Лизетт Маршалл

и я бы поставила свои ножи на то, что большинство этих мужчин приехали сюда исключительно ради праздника. В конце концов, кого волнует примитивность, если вокруг будут сговорчивые девушки? Огнерождённые женщины находились под защитой отцов и братьев, под властью сложной системы чести, превращающей их в собственность, которую нельзя порочить; для придворного, ищущего простого удовольствия, такой подход был куда менее обременительным.

И эти женщины…

Я позволила себе понаблюдать за ними мгновение. Большинство моложе меня, в своих лучших платьях выходного дня, смеющиеся и воркующие на коленях у незнакомцев. Ларк бы сейчас усмехнулся, стоя рядом со мной. Дешёвые предательницы, все до одной…

Но было ли это и вправду дешевым?

Целая ночь тепла, выпивки и столько еды, сколько можно съесть. Значительную часть своей жизни я не могла вообразить большей роскоши.

Блять. Ларк…

Это накрыло меня без предупреждения, сокрушительное отсутствие его в эту проклятую ночь. Четыре года празднования Первых Плодов вместе. Четыре года тайных побегов из казарм, откладывания возвращения домой ради этих украденных радостных мгновений; четыре года тайных тостов в придорожных трактирах и сельских городках. И вот я стою здесь, мрачно одна и дальше от безопасности, чем когда-либо в жизни, окружённая именно той компанией, от которой он с такой нежностью меня бы защитил.

Конечно, я не собираюсь подсаживаться к их столу, ведьмочка. Для тебя же лучше, если мы будем держаться подальше от чужих взглядов…

И затем, разрезая ноющую пелену меланхолии с такой силой, что сердце моё запнулось от удара…

Ему обязательно было говорить, что это сделано ради тебя?

Дурлейн.

Чётко и ясно, словно он стоял прямо у меня за спиной.

О, ублюдок. Проклятый, изъеденный хворью, пропахший мочой ублюдок — пробраться в те немногие счастливые воспоминания, что этот мир мне подарил… почему именно эти два невинных слова? Ларк приносил жертвы ради меня, и что с того? Это делало его лучшим человеком, а не каким-то подлым…

Чья-то рука скользнула вокруг моей талии.

Меня обдало зловонным, пропитанным вином дыханием.

И тянущийся, заплетающийся голос, с придворным акцентом, густым, как грязь, протянул:

— Слишком застенчива, чтобы присоединиться к веселью, милая?

Глава 15

Как всякая хорошая добыча, я попыталась бежать.

Незнакомец рядом со мной оказался быстрее, чем полагается быть пьяному, и сильнее тоже. В тот первый миг шока мне удалось лишь вывернуться из его руки — движение, продиктованное одним только паническим инстинктом; затем его ладонь сомкнулась вокруг моего запястья, притягивая меня к себе, и меня швырнуло назад о балюстраду высотой до бедра. Дерево застонало от удара. Я оцепенела, а нападавший рассмеялся, нависая надо мной. Ещё один порыв перегарного дыхания ударил мне прямо в лицо.

— И впрямь застенчивая, да?

Блять.

Блять.

Я снова попыталась вывернуться. Его рука не отпускала. Тяжесть его тела в шелковом одеянии словно клетка, прижимающая меня к деревянным перилам; я наступила ему на пальцы ног и обнаружила, что его ботинки слишком прочные. Он снова рассмеялся, сжимая кулак вокруг моей косы, и на этот раз в его веселье чувствовалась нотка, которая заглушила все мысли о сопротивлении — что-то опасно близкое к предупреждению.

Балюстрада доходила мне лишь до бёдер.

Один толчок и я полечу вниз головой к мраморным плитам внизу… и этот смешок говорил, что он не потеряет из-за этого ни минуты сна.

Пульс дрожал отвратительной тряской, дыхание рвалось в ушах рваным ритмом. У меня были ножи, на расстоянии одного движения под туникой, но если ты дашь отпор …

— Пожалуйста, — прошептала я, обмякая.

Рука, сжимавшая мою косу, потянула вниз, заставляя меня поднять взгляд. Массивная шея и плечи. Тёмно-каштановые волосы с золотыми прядями. Ад, смилуйся надо мной — Валерн, проклятый Ледяной Язык, шпион или дипломат, смотря кого спросить, и, хуже всего, человек, который непременно доложит Аранку о любых необычных событиях во время своих путешествий.

Я больше не слышала смеха и визга снизу.

Я едва ощущала кончики собственных пальцев.

Мой разум словно отступал от каждой точки, где его мускулистое тело прижималось к моему, от кожи, к которой касалось его дыхание с каждым винным выдохом. Как полководец, жертвующий захваченной землёй, можешь забрать её, раз она больше не моя …

— Пожалуйста, — снова выдохнула я, и не почувствовала, как шевелятся мои губы. Забыть о ножах. Забыть о сопротивлении. — Мой лорд, мне нужно подать ужин лорду Гиврону. Если позволите..

— Гиврон? — его рот изогнулся в ухмылке, глаза оценивали меня, как корову на торге. — О, сначала ты обслужишь меня, милая.

Нет, нет, нет…

— Опять застенчивая? — его свободная рука обвилась вокруг моего подбородка, оттаскивая меня от балюстрады и пустоты за ней. — Найдём место потише, да?

Без ножей, повторила я себе, когда он развернул меня вместе с собой, отчаянно подавляя насилие, подёргивавшееся в моих пальцах. Без рун. Девушка, которая не дерётся, не стоит того, чтобы о ней докладывать Аранку, и ничто, что он может сделать, не будет хуже мести Аранка.

Я должна быть скучной. Разве Дурлейн не говорил так?

— Мой лорд, — попыталась я, — если лорд Гиврон услышит…

Жгучая боль вспыхнула на нежной коже моего горла. Валерн грубо впечатал меня в деревянную обшивку, и в тот же миг он больше не улыбался, даже той кошачьей ухмылкой, что была мгновение назад.

— Не вынуждай меня испортить это милое личико, милая. — Он резко отпустил мои волосы, всё ещё удерживая моё лицо другой рукой. На кончиках его свободных пальцев вспыхнули маленькие язычки пламени, их очертания размывались, когда он позволял им танцевать в нескольких дюймах от моих глаз. — Никто ничего не услышит. Или ты думаешь, Гиврон оставит тебя, если ты вернёшься, похожая на расплавленную свечу?

Я больше не дышала.

Моё тело подо мной было онемевшим, мёртвым, беспомощным и лишённым силы. Бежать бессмысленно. Пламя будет быстрее. Он огнерождённый маг, чёрт побери, а я всего лишь военная добыча, жалкая, ничтожная…

Сегодня я сражалась с огнерождённым магом.

Мысль возникла из ниоткуда, ударом под дых.

Я победила огнерождённого мага сегодня … но нет, о чём я думаю? Если я нападу на Валерна, он успеет разнести слухи, прежде чем я успею отойти от него на десять шагов. Если только я не убью его … но убить любимца Аранка ещё худшая идея. Вороны достигнут горы Эстиэн ещё до конца ночи — беловолосая девушка с слишком большим количеством ножей при себе, скажут они, и птицы слетятся …

Ты поступила мудро, не вступив в бой, ведьмочка.

Ларк.

Неужели я не смогу вытерпеть это