Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии - Ника Калиновская

Я хмыкнул, шагая следом. Алисандра держалась рядом, шаги девушки были лёгкими, но я чувствовал её напряжение через нашу связь.

— Готовься, принцесска, — подумал, бросив на неё взгляд. — Это не просто семейная встреча. Это шахматы, где пешки — мы, а ставка — мир.

Так мы и пробирались по тропе, что вилась меж скал, словно пьяная змея. Камни хрустели под сапогами, воздух пах смолой и чем-то диким и звериным.

У стоянки драконов нас встретила стража — четверо дюжих парней в чешуйчатых доспехах, с глазами, острыми, будто когти. Среди них я узнал Торна — личного охранника отца, громилу с шрамом через бровь, который всегда выглядел так, будто только что проглотил копьё и не заметил. Он стоял чуть в стороне, скрестив руки, и его взгляд цепко скользил по нам, особенно по Алисандре.

— Торн, старый ящер, всё ещё на посту, — подумал, поймав его кивок. Мы с ним не раз спорили о тактике, и он знал, что я не просто так таскаю неприятности за собой.

Остальные стражники шептались, не сводя глаз с нашей компании:

— Это принцесса Аргарии? — пробормотал один, кивая на Алисандру. — А котяра с Крисом? Это ж не фамильяр, а… целый генерал!

— Тише, — шикнул другой, но сам пялился на моего кота, который вышагивал, задрав хвост, словно флаг. — Может, это драконий шпион? Видал, как он на Марка зыркает? А девчонка… не из пугливых, раз с принцем таскается.

— С принцем, который опять влип, — хмыкнул третий, но осёкся, поймав мой взгляд. Я только ухмыльнулся, не удостоив их ответом. Шепчитесь, голуби. Скоро вам будет что обсудить.

Лагерь раскинулся в низине, укрытой скалами: палатки, костры, запах жарящегося мяса и низкое рычание тех, кто ещё не обернулся. Марк вёл нас к главному шатру — тёмная кожа, руны, светящиеся, как угли. Отец явно не мелочился.

Мы вошли, откинув тяжёлый полог. Внутри пахло дымом и старым железом. Отец, драконий император, восседал за столом, заваленным картами и артефактами. Его глаза, цвета расплавленного золота, впились в меня, словно кинжалы.

— Кристоф! — рявкнул он, вставая так резко, что стол дрогнул. — Ты где, к чёрту, шлялся? Пол-Ролании на ушах, а ты тут с… — он перевёл взгляд на Алисандру, брови поползли вверх, — с принцессой Аргарии и этим… зверинцем? Это что, твой новый способ войны развязать?

Стражники у входа, включая Торна, переглянулись. Мой кот, уже пристроившийся точить когти о ковёр, бросил на императора взгляд, полный кошачьего презрения. Хомяк в рюкзаке Алисандры пискнул, явно не в восторге от рёва.

— Отец, притормози с концертом, — сказал, скрестив руки и добавив в голос привычную порцию сарказма. — У меня новости, и, поверь, они тебе не понравятся.

Монарший взгляд сузился, но он махнул рукой, и стража с помощниками, включая Торна, который бросил на меня долгий взгляд, вывалилась из шатра. Полог упал, отрезая нас от мира. Остались мы втроём — я, отец, Алисандра. Ну, и двое пушистых критиков, если быть точным. Мой кот фыркнул, ткнувшись носом в мою ногу, а хомяк Алисандры притих, будто понял, что сейчас не время для бунта.

— Ну? — рявкнул отец, упирая кулаки в стол. — Что за новости, Кристоф? И почему я должен выслушивать их в компании… — он кивнул на Алисандру, — этой особы и её хомяка?

— Её хомяк, мой кот, — поправил я, не удержавшись от ухмылки. — И вот почему: мы связаны. — Я поднял запястье, где магическая нить, невидимая для обычных глаз, пульсировала тёплым светом. Алисандра, не говоря ни слова, сделала то же, и в полумраке шатра нить засветилась ярче, обвивая нас, как живая. — Это не фокус, отец, и не моя выходка. Это магия, и она крепче твоих приказов. Мы в одной лодке, и если ты хочешь вернуть меня без войны, придётся слушать нас обоих.

Отец замер, а его лицо потемнело. Он шагнул ближе, вглядываясь в нить, и я увидел, как в его глазах мелькает смесь ярости и… тревоги?

— Что ты натворил, Кристоф? — прошипел он, но голос стал тише, будто он понял, что это не просто мой очередной трюк. — И как это, во имя небес, связано с ней?

Алисандра выпрямилась, её взгляд был твёрд, хотя я чувствовал через нить, как бешено колотится её сердце. Мой кот, будто подбадривая, снова ткнулся в мою ногу, а хомяк пискнул, словно напоминая, что он тоже в игре.

— Это значит, — продолжил я, не убирая сарказма, но добавляя стали, — что я не могу просто взять и улететь. Нить не пустит. План такой: ты требуешь вернуть дикого малыша-драконёнка (у нас как ни странно имеется один такой), король Аргарии кивает, а я остаюсь там, под прикрытием, будто спасаю диких сородичей. Но если ты начнёшь орать и махать когтями, мы все окажемся в пасти войны. Так что, Ваше Величество, давай без твоих коронных вспышек. Думаю, нам придется договариваться.

Калеб Драгонийский молчал, барабаня пальцами по столу, заваленному картами и артефактами. Его золотые глаза буравили магическую нить, что светилась между мной и Алисандрой, будто он пытался распутать её одним взглядом. Тем временем хвостатый нахал развалился у моих ног, зевая с видом, будто вся эта драма — пустая трата его кошачьего внимания. Хомяк Алисандры, притихший в её кармане, издал слабый писк, словно жалуясь на духоту и наше затянувшееся молчание.

— Ну так что, отец? — не выдержал, скрестив руки и добавив в голос привычную порцию сарказма. — Будем и дальше пялиться на эту ниточку или решим, как не дать Ролании и Аргарии вцепиться друг другу в глотки? Эта связь, — я кивнул на нить, — не даст мне просто улететь домой, как ты рассчитывал. А забирать нас обоих — это билет в войну, где Аргария будет рвать за свою принцессу.

— И что ты предлагаешь? — Отец слишком хорошо меня знал, поэтому просто сделал шаг вперёд, заглядывая просто в глаза.

— У меня есть идея: потребуй у короля Аргарии вернуть маленького драконёнка. Скажи, что человеческие ловцы нарушают все мыслимые границы, воруя драконов и продавая их. И что среди украденных — малыш, совсем ещё кроха. Скажи, что он друг твоего сына и потребуй вернуть его. Это хотя бы даст