Кара для предателя. Наследник бога-дракона - Элис Карма

Предположение Вермунда оказывается верным: солдаты конунга настаивают на том, чтобы взойти на борт для обыска. Охранники ярла выстраиваются у борта.

— Назад, — рявкает старший из охранников. — На этом корабле нет тех, кого вы ищете.

В ответ один из солдат конунга пытается прорваться вперёд, и в тот же миг начинается драка. Металл ударяет о металл, кулаки и локти идут в ход там, где нет места для замаха топором. Мои воины присоединяются к схватке. Я перехватываю руку с коротким мечом и выворачиваю её. Чувствую, как под пальцами хрустит сустав. Солдат вскрикивает, но его крик тонет в общем шуме.

Кто-то из воинов Вермунда бьёт щитом в грудь противнику, и тот, потеряв равновесие, летит назад, исчезая за бортом. Холодная вода Меркатории не прощает ошибок. Весенний поток не оставит ему шансов выбраться в тяжёлых доспехах.

Ещё один солдат цепляется за перила, но его сапоги скользят по мокрым доскам. Я толкаю его плечом, вкладывая в движение всю злость и напряжение, накопившиеся за эти дни. Он срывается следом за товарищем. Вода смыкается над его головой, и на мгновение становится тише.

Последние из солдат отступают, осыпая нас проклятиями. Канаты обрубают, парус ловит ветер, и корабль отходит от берега. Я ощущаю, как под ногами оживает палуба. Судно набирает ход, унося нас прочь от столицы и от прямого столкновения с солдатами конунга.

Когда шум стихает, я перевожу дыхание и поворачиваюсь к ярлу Вермунду. Он стоит на корме, спокойный, словно всё произошедшее было лишь досадной задержкой.

— Ты мог выдать нас, — говорю я, подходя ближе. — И всё бы закончилось иначе.

Он смотрит на меня с прищуром, а затем его губы трогает хитрая улыбка.

— Ярлы не любят, когда им указывают, что делать, — отвечает он.

— Как бы там ни было, я благодарен вам за помощь, — говорю я и кланяюсь.

— Буду считать, что за вами должок, — кивнув, произносит ярл, а после уходит обратно в каюту.

Корабль уходит всё дальше от берега. Холодный весенний ветер бьёт в лицо. Я смотрю на серую линию города, постепенно растворяющуюся в тумане, и думаю о Роальде. Чутьё подсказывает мне, что не всё ещё кончено, и псы конунга отступили не милосердия ради.

Глава 46

Эмма

В замке ярла Йоргена мне отводят гостевые покои под охраной воинов, верных брату Витарра. Дверь закрывается с тяжёлым звуком, и я остаюсь одна в просторной комнате с высоким окном. Из него видна столица западного графства — Метальштад. Из всех мест, где мне довелось побывать за время моего вынужденного путешествия, этот город больше всего напоминает Хольмберг. Те же мощёные улицы, те же черепичные крыши, те же кузницы, откуда поднимается сизый дым.

С каждым днём за окном становится теплее. Снег полностью сходит, и город расцветает. Во время коротких прогулок по внутреннему саду я задерживаюсь у цветущих деревьев и вдыхаю тонкий аромат. Лепестки осыпаются на каменные дорожки, и вместе с ними будто осыпается тяжесть последних месяцев. Ребёнок в моём чреве всё чаще напоминает о себе настойчивыми толчками. От осознания, что скоро он появится на свет, сердце наполняется радостным волнением. И всё же порой мне становится грустно, что я не могу ни с кем поделиться своей радостью. Совсем не так я представляла себе брак и ожидание материнства. Я стараюсь крепиться, как королева. Но как женщина я чувствую себя очень одинокой.

Брат Витарра, Вегард, пользуясь властью заместителя, часто нарушает мой покой. Он не спрашивает дозволения находиться рядом и ведёт себя так, словно имеет право на моё общество.

— Вам не скучно в четырёх стенах, госпожа? — спрашивает он однажды, объявившись на пороге моих покоев. — Метальштад славится не только кузницами, но и праздниками. Я мог бы устроить для вас небольшое развлечение.

Я гляжу на него исподлобья.

— Моё положение не располагает к праздникам, — отвечаю, поглаживая заметный живот. — Предпочитаю довольствоваться видом из окна.

Он усмехается и подходит ближе.

— Вид из окна не согреет в долгие вечера. Вам нужен собеседник.

— Едва ли у нас с вами могут найтись общие темы для бесед, — произношу я, не меняя тона.

Наконец Вегард перестаёт игнорировать неприязнь в моих словах.

— Вы так холодны со мной, а ведь в этом замке многое зависит от меня.

— Я это понимаю, — отвечаю я, глядя ему в глаза. — И именно поэтому предпочитаю сохранять дистанцию.

Бросив на меня полный досады взгляд, он уходит прочь. Я же спешу запереть дверь изнутри. Откуда-то у меня появляется уверенность, что Вегард — той же горы камень, что и Роальд. А я зареклась иметь дело с теми, кто стремится приблизиться ко мне ради собственной выгоды.

Спустя несколько недель ярл Йорген наконец-то возвращается в Метальштад. Я вижу из окна, как он с отрядом воинов въезжает в город. Солнце блестит на шлемах, знамёна колышутся на ветру. В груди поднимается волнение. Я понимаю, что моя судьба решится вскоре. Ярл Йорген может поддержать меня, но может и предать, сочтя разменной монетой.

Я собираю в кулак всю свою решимость и прошу стражников передать ярлу мою просьбу об аудиенции. Ожидание ответа затягивается. В душе растёт беспокойство. Я спрашиваю себя, является ли молчание волей ярла или же до него просто не донесли весть обо мне.

К концу третьего дня моё терпение иссякает. Я покидаю свои покои и отправляюсь на поиски ярла.

— Госпожа, вам лучше вернуться к себе, — пытаются возражать стражники.

— Я пока что гостья здесь, а не пленница, — отвечаю невозмутимо. — Хотите сопроводить меня, воля ваша. Но вы не смеете вставать у меня на пути!

Стражники переглядываются, и один из них неуверенно кивает. Они проводят меня через весь замок к одному из залов. Заслышав голоса, я замираю у дверей. Понимаю, что один из них принадлежит Витарру.

— Ты рассказал отцу про нашу гостью? — спрашивает он.

— Я собирался сделать это позже, — отвечает другой голос, по-видимому, принадлежащий Вегарду. — Не время обременять его чужими заботами.

— Чужими заботами?! — восклицает Витарр возмущённо. — Речь идёт о судьбе всего Дваргуса.

Выдохнув, я переступаю порог. Оба брата оборачиваются.

— Вам не нужно спорить, — произношу я холодно. — Я сама скажу ярлу Йоргену всё, что необходимо.

— При всём уважении я не могу этого допустить! — отвечает Вегард угрожающим тоном.

— Допустить что? — спрашивает кто-то за моей спиной, и я вздрагиваю.

Ярл Йорген проходит в зал и, увидев меня, замирает. На его лице отражается