Елочная ферма «Аромат зимы» - Лори Гилмор

Хейзел развернула бумагу. Беннет затаил дыхание. Он мало общался с друзьями сестры, но Джинни упоминала, что этой девушке нравятся растения.

Она с улыбкой вынула небольшой цветочный горшок в виде человечка на качелях.

– Какая прелесть!

– Джинни сказала, что тебе их уже некуда ставить, но этот можно повесить на окно, – пожал плечами Беннет. – Мне показалось, тебе понравится.

– Он замечательный! Спасибо! – просияла Хейзел.

– Молодец, – прошептала ему Кира.

Беннету хотелось растаять от ее похвалы, прильнуть к ее мягкому телу, но пришло время открывать его подарок. Упаковка больше бы подошла ко дню рождения. Мужчина приподнял бровь, но никто из присутствующих себя не выдал. Разорвав бумагу, он увидел гавайскую рубашку.

– О… ого.

Беннет развернул ее… и увидел среди нелепых аляповатых цветов мордочки его собак. Он расхохотался.

– Тут что, все носят одежду с картинками своих питомцев? – спросила Кира.

– Только крутые ребята, – ухмыльнулся Ноа и тем самым выдал себя.

– Ну спасибо, Ноа, – ответил Беннет.

– Ох, черт, как ты догадался?

Беннет снова рассмеялся.

– Рубашка классная. Спасибо, старик.

Ноа просиял.

– Всегда пожалуйста! Так, где там мой подарочек?

Джинни протянула ему пакет с узором из рыбок.

– Классный пакет! – Ноа показал его всем остальным, а затем запустил руку внутрь.

Он вынул четыре бруска мыла и разложил их перед собой на ковре.

– «Бурбон из деревянной бочки», «Сосновая смола», «Альпийский шалфей», «Лавровишневая вода», – зачитал Ноа названия на бирках. – Вау, теперь я буду пахнуть как настоящий мужик! Кто же выбрал для меня такой полезный подарок?

Он осмотрел комнату, хотя остался всего один возможный даритель.

Энни швырнула в Ноа подушкой.

– Я. Хватит уже рыбой вонять.

Ноа со смехом бросил подушку обратно ей.

– Спасибо, Энни! Очень продуманно!

Она подмигнула ему.

– Наш первый Тайный Санта прошел на ура! – с улыбкой сказала Джинни. – И может, в следующем году участников будет больше.

Она взглянула на Киру, но обращаться к ней прямо не стала, чтобы не давить.

– Да, было очень весело! Спасибо тебе за организацию, – ответила Хейзел. – Но, пожалуй, нам пора.

– Но я так уютно устроился! – запротестовал Ноа.

Открыв подарок, он уже успел снова улечься у камина. Однако Хейзел поднялась с дивана, подошла к нему, взяла за руки и потянула.

– В кровати уютнее. Пойдем.

Энни, зевая, тоже встала.

– Думаю, и мне надо домой.

– Но сейчас тебе нельзя за руль! Тебя кто-нибудь подвезет? – заволновалась Джинни.

– Я уже вызвала такси, – успокоила ее Энни и заключила в объятия.

– Я пил только днем, – сказал Беннет и помог Кире подняться.

Она выглядела сонной и недовольной. Беннет с радостью бы отнес ее в машину, но не при Джинни и ее друзьях. Поэтому он отвел девушку к двери за руку.

Все натянули куртки, шарфы, шапки, в сотый раз пожелали друг другу счастливого Рождества, а затем вывалились на крыльцо. Морозный ночной воздух неприятно отрезвлял.

– Пока, Беннет! Пока, Кира! – крикнула Хейзел, пока они шли к арендованной машине.

– Спокойной ночи! – махнула через плечо Энни.

– И тебе! – ответила тем же Кира.

В салоне было страшно холодно, и Беннет пожалел, что не завел машину заранее. Кира так сильно втянула голову в плечи, что почти скрылась за воротником куртки.

– Скоро нагреется, – пробормотал мужчина и выкрутил ручки обогревателя чуть ли не до упора.

– Хорошо, – слабо отозвалась Кира.

– Тебе понравился праздник? – спросил Беннет, выезжая с парковки.

Они покатились по дороге. Фермерский дом подмигивал им вслед милыми гирляндами. На Беннета накатила меланхолия, которая приходит с концом всего хорошего: праздников, поездок, отношений.

Кира смотрела в окно. Ее лицо виднелось в отражении.

– Пожалуй, это лучшее Рождество в моей жизни.

– Тогда почему у тебя такой грустный голос?

Кира провела по лицу ладонью, всхлипнула, и Беннет был готов обрушить ради нее весь мир. Она тихонько рассмеялась и покачала головой.

– Знаешь, я очень стараюсь быть хорошим человеком. Я изо всех сил пытаюсь не просить тебя остаться, честное слово, Беннет. Но, черт возьми, как же это сложно!

– Кира…

– Нет-нет-нет. Молчи. Мы договорились, дали друг другу обещание. Вот и все, ладно? Я не буду эгоисткой, не попрошу тебя перевернуть всю жизнь ради меня.

– Но что, если я сам этого хочу?

Кира резко развернулась к нему:

– Нет, не хочешь.

– Откуда тебе знать, чего я хочу, а чего – нет? – Грусть превращалась в гнев.

– Ты не можешь желать остаться здесь! Тебе просто кажется. Ты просто хочешь… помогать мне, или вроде того. Я словно маленький олененок на обочине, и тебя так и тянет остановиться и подобрать меня, спасти. Но, Беннет, так нельзя! Нельзя. Мне придется самой учиться быть взрослой косулей. Не возвращайся к старым привычкам.

– Кира, ты сама не понимаешь, что говоришь.

Она гневно рыкнула, и Беннет решил остановиться на обочине – при таком серьезном разговоре смотреть нужно на Киру, а не на шоссе. Затормозив, он повернулся к ней… и увидел, что по щекам у нее текут слезы. Черт возьми.

– Я не считаю тебя бедным олененком, – сказал он, и Кира всхлипнула. – Ты сильная, умная, прекрасная девушка.

Она покачала головой:

– Пожалуйста… прошу, не говори такого.

– Кира, чего ты боишься?

А чего боялся он сам? Зачем вообще согласился на короткие несерьезные отношения? Ведь он прекрасно прижился в Дрим-Харборе. Беннету нравился и сам городок, и его жители. Оставшись здесь, он сможет часто видеться с семьей и Кирой. Пусть с Николь все кончилось плохо, но это не значило, что и в этот раз все выйдет Беннету боком. А если и выйдет – ну и что? Это не повод хотя бы не попытаться.

– Так не бывает, – отрезала Кира. – Люди не влюбляются за месяц. Это не настоящие чувства.

– Для меня очень даже настоящие.

Влюбленность… Он влюбился в Киру. Осознание будто камнем ударило по груди.

Девушка вытерла глаза.

– Это неправда. Мне просто было одиноко, Беннет, ужасно одиноко. А потом появился ты, и я обрадовалась хоть какой-то компании. Вот и все. Ничего больше.

«Обрадовалась хоть какой-то компании…» Кира пыталась убедить Беннета, что он был нужен ей, только чтобы согревать ее ночами. Но по ее глазам было видно, что она лгала, в ее словах не было ни капли правды. Несмотря на это, она продолжала отталкивать его.

– А теперь тебе пора домой, к своей настоящей жизни. Ты пойдешь своей дорогой, а я – своей.

Домой? Ха! Как теперь можно называть домом место, где нет ее?

– Ты правда этого хочешь? – спросил Беннет.

Кира кивнула, скрестила руки на груди. Еще мгновение посмотрела ему