Академия Межзвёздного Флота: Как обмануть хищника - Ана Тихая

​— Под вашим руководством, сэр, — сдержанно ответила я, хотя внутри всё трепетало.

​— На Земле всё будет по-другому, — Рексар чуть наклонил голову, и его голос опустился до низких, бархатистых нот. — Там не будет правил Станции. Там будут земные генералы, настороженные новобранцы и постоянный риск. И рядом не всегда буду я, чтобы отдавать вам приказы спать.

​— Я справлюсь, Рексар, — тихо произнесла я, впервые называя его по имени прямо здесь, в зале Совета, без свидетелей.

​В его глазах вспыхнула тёмная, затягивающая волна. Он медленно поднял руку, и его пальцы — горячие, шершавые — на долю секунды мимолетно касаются моего подбородка, заставляя кожу вспыхнуть от нежного и одновременно опасного электричества.

​— Я знаю, что справишься, — шепнул он. — А теперь иди. Транспортник не будет ждать.

​Уже через три часа я стояла у иллюминатора десантного транспортника «Харон», наблюдая, как Станция медленно превращается в крошечную светящуюся точку. Мы взяли курс на Землю.

19.

Посадка «Харона» на Землю прошла в штатном режиме, но родная атмосфера и тяжелая гравитация ощущались каждым мускулом. Для меня, Фостера и Беккета это было возвращением домой, пусть и в совершенно новом статусе, а вот инопланетная часть нашей команды разглядывала пейзаж за иллюминатором с искренним любопытством.

​Когда гигантская аппарель корабля со скрежетом опустилась, перед нами открылся вид на масштабную стройку. Всю территорию бывшей военной базы — заброшенного объекта, который земные власти выделили после долгих и тяжелых переговоров Дрейка — заполнили строительные платформы и проекционные визоры.

​Рексар рассказывал нам еще на Станции: правительство Земли до последнего сопротивлялось появлению гуманоидов и Межзвездного Флота. Земляне панически боялись экспансии. Переломным моментом в переговорах стали условия, которые сумел выбить Дрейк: расширенная медицинская квота для семей будущих кадетов, доступ к биорегенерации, программы переселения в технологичные жилые сектора и прямое межгалактическое финансирование. Земные чиновники не смогли устоять перед такими аргументами. Закрыв дипломатическую часть, Дрейк передал юридическую рутину административному корпусу Флота, а сам выбил под нас эту базу.

​Рексар спустился по аппарели первым. Ступив на земную землю, он развернулся к нам, оценивающим взглядом окидывая строй. На фоне пыльного земного пейзажа его высокая фигура в строгой форме выглядела как воплощение военной силы Альянса.

​— «Альфа-1», ко мне, — раздался его знакомый, чеканный голос.

​Мы спустились след в след за ним.

​— Докладываю, сэр, — я шагнула вперед, приветствуя его по уставу. — Отряд «Альфа-1» прибыл на Землю в полном составе и готов к выполнению задач.

​— Вижу, лейтенант, — его золотисто-карий взгляд на секунду задержался на моем лице, выбивая из уставного ритма. — База готова на шестьдесят процентов. До прихода первого набора курсантов у нас четырнадцать дней. Наш жилой офицерский блок уже полностью функционирует, так что сейчас заходим и размещаемся.

​— Ничего себе масштабы... — тихо проговорил Лиан, щурясь от яркого земного солнца и разглядывая гигантские конструкции.

​Строительство шло в бешеном темпе. Поскольку Земля считалась технологически отсталой планетой, все материалы доставлены с ключевых миров Альянса — от сверхпрочных металлокерамических композитов до гравитационных стабилизаторов. Руководили процессом тарки — мощные, дисциплинированные гуманоиды, идеальные в вопросах тяжелой инженерии. Сотни автоматизированных дронов и тяжелых роботов под их контролем возводили каркасы будущих корпусов.

​Полноценная Академия с ее огромными полигонами и голографическими симуляторами должна была открыться только через две недели. Ведь будущим землянам-курсантам предстояло учиться в стенах комплекса: выйти в открытый космос они смогут еще не скоро, поэтому все симуляции реального боя и аномалий организовывали прямо здесь.

​— Дрейк, а как вы собираетесь решать вопрос с языковым барьером? — поинтересовался Джаред, разглядывая группу земных техников, которые держались от тарков-строителей на боязливом расстоянии. — Они же не знают межгалактического языка.

​— Для земных кадетов заготовлены инъекции «Внешнего лингво-адаптера. Стандарт 1», — ответил Рексар, пока мы шагали в сторону офицерского корпуса. — Введут каждому при зачислении. Я земные языки знаю. А вот вам, — он посмотрел на инопланетную часть отряда, — придется подтянуть местную речь за эти две недели. Чтобы вы понимали, на каком наречии ваши будущие подопечные будут скулить на полосе препятствий. Марлоу, Фостер и Беккет вам с этим помогут.

​Лиан хмыкнул, а я сдержанно улыбнулась.

​Мы прошли мимо огромного полупрозрачного купола — будущего ангара. За бронированным стеклом уже просматривались первые корабли единого стандарта Межзвездного Флота: три класса по две единицы каждого — легкие разведчики, десантные штурмовики и тяжелые командные челноки. Этого хватало, чтобы наглядно показать землянам, с чем им предстоит иметь дело.

​Офицерский блок встречал нас привычным прохладным воздухом и синеватой подсветкой.

​— Каюты распределены, — Рексар остановился у развилки коридора и развернулся ко мне. — Марлоу, ваша — на третьем уровне, в конце сектора.

​Наши взгляды снова пересеклись, и в тишине технологичного коридора опять вспыхнуло то самое невидимое, натянутое как струна напряжение.

​— Вечером жду отчет по распределению нагрузок для земных кадетов, — тихо додавил он, сделав полшага в мою сторону. — И проследите, чтобы инопланетная часть группы хотя бы базово усвоила земную лексику, Майя.

​— Справлюсь, сэр, — тихо выдохнула я, чувствуя, как под его пристальным взором снова дает сбой «холодный режим».

​— Проверим, — едва заметно улыбнулся он краем губ и развернулся к выходу.

​Я распаковала вещи в своей каюте за считаные минуты — курсантская привычка ещё со времён земного кадетского корпуса, отточенная до автоматизма. Оставшуюся часть дня мы с Фостером и Беккетом провели, буквально вбивая в головы Лиана, Джареда и Дариуса базовые земные фразы и составляя предварительную сетку занятий.

​К девяти вечера отчет по учебной нагрузке был полностью сформирован.

​Коридоры офицерского блока тонули в приглушенном ночном свете. Я подошла к каюте старшего инструктора, выровняла дыхание, на секунду привычно попыталась выстроить внутренний эмоциональный блок и активировала дверной зуммер.

​— Войдите, Марлоу, — отозвался Рексар из-за легкого гула переборки.

​Дверь отошла в сторону. Рексар сидел за рабочим столом без кителя, в одной черной форменной майке, подчеркивающей разворот его широких плеч. Перед ним висели несколько полупрозрачных проекционных экранов с чертежами базы и списками личного состава.

​— Ваш отчет, сэр, — я шагнула внутрь и протянула ему тонкий информационный планшет. — Мы сгруппировали нормативы с учетом адаптации землян к нагрузкам Флота.

​Рексар взял планшет, на мгновение задев своими пальцами мои. По коже привычно пробежала острая искра, заставив сердце ускорить ритм вопреки всем установкам. Он пробежал глазами по графикам и едва заметно кивнул:

​— Грамотно. Нагрузка возрастает постепенно, без риска сорвать сердечно-сосудистую систему в первые двое