Наследница и Орк - Финли Фенн

— Ну, ты же должен быть Говорящим, не так ли? — огрызнулась Элла. — Так, может быть, пора начать говорить о сложных вещах, Наттфарр. Особенно с той, кто вроде как твой друг, и кто сделал тебе очень щедрое предложение будущей дружбы на этой неделе, очевидно, под совершенно ложным предлогом!

Тишина внезапно стала очень тяжёлой, возможно, даже болезненной, и Элла почти чувствовала, как глаза Натта закрываются, отгораживаясь от неё. И, может быть, ей следовало извиниться, взять какие-то слова назад, но нет, нет, он это заслужил. Разве нет?

— Наш Капитан желает встретиться с нами, — сказал он наконец, его голос был пустым и ровным. — Я попрошу его рассказать тебе эти истины. Это его история в той же мере, что и моя.

Он уже отстранился от Эллы, заставив её панику снова взметнуться высоко и широко — но нет, он просто вернулся к той комнате, за своей лампой. Видимо, в какой-то момент лампа погасла, но щелчок его когтей легко зажёг её снова, отбросив столь желанное сияние на каменные стены вокруг.

Но Натт не взглянул на неё, больше ничего не сказал. Просто повернулся и снова зашагал, оставив Эллу спешить за ним, догоняя ровно покачивающийся свет.

— Так почему, — заставила она себя произнести, — я должна верить хоть слову твоего Капитана, если ты сам ему не доверяешь?

Казалось, тишина сгустилась вокруг них ещё сильнее, большое тело Натта рядом с ней стало ещё более напряжённым.

— Я и не ожидаю, что ты поверишь чему-либо из сказанного Гримарром, — ответил он. — Но его пара — женщина, и настоящая леди среди людей, именно такая, какой ты так жаждешь стать. Возможно, ты прислушаешься к её словам, если уж на то пошло.

В этом наверняка крылось оскорбление, но Элла безнадёжно зацепилась за остальное. Настоящая леди? Здесь? Ставшая парой Капитану орков?

— Кто она? — потребовала ответа Элла. — Как её имя? Леди откуда?

— Она дочь покойного лорда Эджелла из Салвена, — последовал его ровный ответ. — И кузина лорда Отто. И она была замужем за лордом Норром до его смерти.

У Эллы отвисла челюсть, её глаза метнулись к стиснутому профилю Натта в свете лампы. Она, конечно, слышала о лорде и леди Норр — лорд Норр много лет правил провинцией Саккин, а также соседними провинциями Ярвуд и Салвен. И хотя Элла никогда не встречалась ни с лордом, ни с леди Норр, в последнее время о них определённо ходили скандальные слухи, особенно учитывая недавнюю и внезапную смерть лорда Норра.

Его жена приказала его убить, — гласили самые ужасные из этих слухов. Его жена даже не пришла на его похороны.

Но лорд Норр был на редкость мерзким человеком, которого не любили ни друзья, ни враги — так что его смерть стала большим облегчением для всех причастных, и все единодушно сходились во мнении, что его преемник Отто был куда лучшим лордом. Отто также сыграл ключевую роль в подписании того мирного договора с орками — и, в отличие от отца Альфреда, лорда Калтена, Отто продолжал публично защищать договор от его многочисленных хулителей, включая своих коллег-лордов.

И, возможно, — Элла бросила на Натта ещё один тревожный взгляд — ходили какие-то разговоры о леди Норр и орках, замешанных во всём этом. И, возможно, ей следовало бы на самом деле слушать, а не так отчаянно блокировать любые упоминания об орках, а последние сплетни, которые она могла вспомнить, предполагали, что леди Норр сбежала с деньгами лорда Норра и начала новую жизнь где-то в другом месте — либо так, либо она мертва.

— Леди Норр здесь? — произнесла Элла наконец, неверие сделало её голос тонким. — Стала парой вашему Капитану?!

— Ах, уже много месяцев, — сухо ответил Натт. — Она носит его сына. И она отказалась от имени леди Норр, так что не называй её так.

Благие боги. Это было невозможно, немыслимо, чтобы настоящая леди действительно отказалась от своего титула, своей жизни ради жизни с орком, вынашивая сына орка — но внезапно шок Эллы стал реальностью, потому что Натт ввёл её в другую комнату, с большим низким квадратным столом посередине и потрескивающим огнём в дальнем конце.

На полу вокруг стола сидели пять огромных орков — одним из них был тот самый Бальдр, которого они встретили в коридоре, — и там, на дальнем конце, женщина.

Женщина уже поднималась на ноги, немного неуверенно, держась для равновесия за плечо огромного орка рядом с ней — а всё потому, что её живот действительно был очень большим и круглым. И более того, он был частично обнажён, демонстрируя участок натянутой кожи, потому что короткая туника женщины лишь едва прикрывала её полную грудь, и она была одета в настоящие штаны, низко завязанные под огромной выпуклостью её талии.

Зрелище было таким внезапным, необъяснимо тревожным, что Элла, казалось, не могла ни пошевелиться, ни заговорить — но женщина уже уверенно шагала к ней, одаривая тёплой, восхищённой улыбкой. Заставив Эллу наконец рассмотреть её целиком: она была высокой и выглядела сильной, с волевыми, симметричными чертами лица, длинной тёмной косой и широкими плечами, — и Элла улыбнулась в ответ, даже когда её глаза бросили ещё один предательский взгляд вниз, на шокирующий наряд женщины.

— О, как чудесно, что среди нас появился ещё один человек! — говорила женщина, и когда она протянула руки, чтобы сжать ладони Эллы, они оказались тёплыми, сильными и удивительно обнадёживающими. — Я Джул, из клана Эш-Кай. Добро пожаловать в наш дом.

Её улыбка была поистине заразительной, заставляя тёмные глаза искриться, и Элла почувствовала, как немного расслабляется, даже когда её мозг отстранённо зафиксировал культурный акцент женщины, низкий, хорошо поставленный тембр её голоса. Именно к такой речи Элла давно стремилась, твёрдо искореняя любые остатки рабочего говора своего отца — и обнаружить её здесь, в Горе Орков, было всё ещё настолько ошеломляюще, что Элла едва могла говорить.

— Эм, здравствуйте, я… Элла Ридделл, — выдавила она. — Возможно, вы слышали о моём отце, Джоне Ридделле? Из Эшфорда, в провинции Саккин.

— О, да, — ответила леди Норр… Джул. — Мы встречались несколько раз, он был совершенно очаровательным человеком, и я помню, как он рассказывал о своей чудесной дочери и о том, как вам было весело вместе. Мне было так жаль услышать о его кончине. Вы, должно быть, были убиты горем.

Искреннее сочувствие в её глазах, казалось, ударило Эллу глубоко в грудь, и она заставила себя кивнуть, часто моргая.

— Да, — сказала она. — Была. Думаю, я до сих пор убита горем.

В глазах женщины снова