Измена. Лишняя жена дракона - Лиссбет Котцова

Кетеван исчезла.

И младенец-сосуд вместе с ней.

— Где она? — выдохнула я.

Мариам побледнела.

— Внизу.

— Где внизу?

Девочка посмотрела под ноги.

— Под столицей.

Источник Арагвели вдруг ударил вниз, а не вверх. Белое пламя провалилось в чашу, словно его втянула невидимая пасть. Каменный пол в центре зала треснул.

Гиорги резко засмеялся.

Леван ударил его о колонну.

— Что она сделала?

Гиорги, окровавленный, всё ещё улыбался.

— То, что должна была. Если ты отказался признать наследника у источника рода, она отнесёт его туда, где признание не спрашивает твоего согласия.

Тариэл выругался.

— Первый источник.

Леван побледнел.

— Он под столицей?

— Под всеми вашими тронами, — сказал Гиорги. — Под всеми вашими законами. Под всем, что вы называли властью.

Метка на моей руке вспыхнула такой болью, что я вскрикнула.

Лука упал на колени.

— Там… холодно… — прошептал он.

Младенец-сосуд где-то под землёй не плакал.

Но я слышала его.

Не голос.

Пустоту.

Кетеван бежала к древнему источнику, держа на руках ребёнка, внутри которого была часть души Луки, часть украденной крови Тамары и, возможно, осколки сотен детей из Утонувшего монастыря.

Леван бросился к трещине в полу.

Тариэл уже был рядом.

— Не лезь вслепую.

— Она убьёт его.

— Или источник убьёт всех нас, если войдём неправильно.

Я шагнула между ними.

— Тогда войдём правильно.

Оба повернулись ко мне.

Я подняла руку.

Метка Матери гнезда горела.

Вторая метка — украденного наследника — раскрывалась серебряными линиями всё шире, будто под кожей распускалось гнездо из боли, крови и имён.

За моей спиной дети встали вместе.

Темур.

Мариам.

Лука.

Дух Тамары коснулся моего плеча.

Шавцихе глухо ответила издалека.

И под нашими ногами древний источник драконьей земли впервые за сотни лет произнёс одно слово.

Не голосом.

Толчком.

Зовом.

«Мать».

Пол раскололся окончательно.

Вниз открылась лестница, которой не было ни на одной карте.

Каменные ступени уходили под столицу, в темноту, где уже исчезала Кетеван с младенцем на руках.

Глава 27 Сердце драконьей земли

Глава 27 Сердце драконьей земли

Лестница под столицу дышала холодом.

Она уходила вниз из расколотого пола зала признания — туда, где не было ни света, ни законов Совета, ни привычных родовых печатей. Каменные ступени были узкими, влажными, старыми настолько, что рядом с ними дворец Арагвели казался новой игрушкой ребёнка.

Внизу шевелилась тьма.

Не пустая.

Живая.

Я стояла у края пролома, чувствуя, как метка Матери гнезда жжёт запястье. Вторая метка — украденного наследника — пульсировала тонкими серебряными линиями, будто под кожей кто-то пытался расплести узел.

Лука держал меня за руку.

Его пальцы были ледяными.

— Там… — прошептал он. — Там холодно.

— Я знаю.

— Там я.

Эти два слова заставили Левана побледнеть.

Он стоял рядом, уже не князь, не хозяин источника, не глава рода. Человек, у которого только что вырвали из рук власть, ложь и удобное прошлое. Но сейчас он смотрел не на потерянный трон.

На мальчика.

На Луку.

На ребёнка, которого не услышал, не нашёл, не спас.

— Я пойду первым, — сказал Леван.

Тариэл сразу усмехнулся:

— Ты сегодня уже потерял источник. Не торопись потерять голову.

— Месхи.

— Арагвели.

— Хватит, — сказала я.

Оба замолчали.

Иногда мне казалось, что эти двое будут спорить даже перед открытой пастью смерти. Возможно, именно это и удерживало нас от окончательного ужаса: мир ещё не рухнул, пока мужчины успевают раздражать друг друга.

Я посмотрела вниз.

Лестница ждала.

За спиной оставался зал, полный испуганного Совета, мёртвого лекаря, связанного Гиорги, плачущих духов, Кетеван, исчезнувшей с младенцем, и пустого ложа, на котором ещё темнела кровь родов.

— Дети остаются здесь, — сказал Леван.

— Нет, — ответил Темур.

Я даже не успела открыть рот.

Он стоял рядом с Мариам и Лукой, бледный, с синим огнём в пальцах. Его голос дрожал, но взгляд был взрослым настолько, что у меня кольнуло в груди.

— Вы всегда так делаете, — сказал он. — Оставляете детей наверху, а внизу решаете, что с нами будет.

— Темур, там опасно.

— Здесь тоже опасно. Всегда было.

Мариам кивнула.

— Если Лука останется наверху, его душа всё равно пойдёт вниз. Я вижу нитку. Она уже тянется.

Лука сильнее сжал мою руку.

Тариэл тихо выругался.

— Прекрасно. Спускаемся в сердце древней земли с тремя детьми, бывшим князем, раненым изгнанником и женщиной, которая разговаривает с домами. Что может пойти не так?

— Почти всё, — сказала я.

— Обнадёживает.

Я опустилась перед детьми на колени.

— Слушайте меня. Там внизу никто не геройствует. Темур — ты держишь огонь только вокруг нас, не дальше. Мариам — если мёртвые начнут говорить все сразу, выбираешь мой голос. Лука…

Мальчик смотрел на меня.

Серебристые глаза были слишком большими для его лица.

— Лука, если станет больно, ты не молчишь. Сразу говоришь мне. Понял?

Он кивнул.

Потом вдруг обнял меня за шею.

Крепко.

Тихо.

И я поняла, что ещё чуть-чуть — и не смогу отпустить.

Тариэл отвернулся первым.

Леван закрыл глаза.

Темур пробормотал:

— Мелкий, ты её задушишь.

Лука отпустил.

Мы пошли вниз.

Ступени не кончались.

Над головой быстро исчезли голоса зала. Остался только звук шагов, дыхание детей и далёкий гул источника. Он был ниже любого звука. Скорее не слышался — чувствовался костями.

Чем глубже мы спускались, тем теплее становился воздух.

Сначала он был холодным, подземным, сырым.

Потом — влажным.

Потом — горячим, как дыхание зверя.

На стенах проступали древние знаки. Не родовые гербы. Что-то старше. Драконьи силуэты, обвивающие чаши воды. Женские ладони. Детские следы. Крылья, раскрытые над гнёздами.

— Это не источник Арагвели, — сказал Тариэл тихо.

Леван провёл рукой по камню.

— Нет.

— Тогда почему ваш дворец построен над ним?

Леван не ответил сразу.

— Потому что тот, кто владеет верхним камнем, всегда считает, что владеет и тем, что под ним.

Я усмехнулась без радости.

— Очень по-драконьи.

Он не стал спорить.

И это тоже было новым.

Лестница вывела нас в огромную пещеру.

Я остановилась.

Даже Тариэл замолчал.

Под столицей было сердце.

Не метафора.

Настоящее.

В центре пещеры лежал первый драконий источник — не чаша, не фонтан, не озеро. Огромная круглая впадина, наполненная живым светом. Вода в ней была чёрной у краёв и золотой в середине,