Ветер с Северного моря - Анна Морион

Но миссис Валент ничего не сказала – она продолжала с интересом смотреть в окно и будто не заметила вопроса дочери.

– Матушка, почему я не получила приглашения на ее свадьбу? Я ее старшая сестра! Родная сестра! – недовольно повысила голос Хелен, начиная раздражаться безразличностью матери к ее справедливым вопросам.

– Моя дорогая, ты сердишься на нее за это, но ты ведь сама понимаешь: твое появление на этой свадьбе, и уж тем более появление твоего мужа, было бы неудобным для нее, – все же ответила миссис Валент, обернувшись к дочери. На ее лице была написана обеспокоенность.

– Неудобна… – повторила Хелен и издала горький смешок. – Для кого?

– Для твоей сестры. Она так влюблена в своего дорогого супруга, что желала оградить его от всего, что могло бы принести его сердцу разочарование.

– Принести разочарование? Моим присутствием на свадьбе? – уточнила Хелен, не веря своим собственным ушам.

– Твой муж. – Миссис Валент пристально смотрела в лицо дочери. – И твой новый статус. Ты больше не аристократка, Хелен, и, пусть ты моя дочь и ее сестра – ты должна держаться подальше от нашей дорогой Луизы. Ты ведь не желаешь бросить на нее тень? Ты ведь не желаешь, чтобы виконт Монгтгомери злился на нее за родство с семьей буржуа? Ваши пути давно разошлись, и уже не сойдутся никогда. Луиза… – Миссис Валент тяжело вздохнула, но твердо продолжила: – Луиза не желает больше встречать тебя или слышать о тебе. Но я твоя мать, и навсегда ею останусь. И я уже сказала тебе: это не твоя вина, Хелен…

Но договорить ей не удалось: в дверь кареты деликатно постучали, и голос кучера тихо объявил: «Приехали, мадам!».

– Покажи мне город, моя дорогая. – Миссис Валент вдруг улыбнулась и погладила плечо Хелен.

Хелен машинально улыбнулась ей в ответ… Но ее глаза были полны непонимания и горячих слез: ее мать только что воткнула в ее сердце кинжал, но сейчас улыбается – так сладко и нежно, словно упиваясь… Словно наслаждаясь… Или даже не догадываясь о том, что причинила дочери такую ужасную боль. Почему она улыбается? Неужели она не видит, что Хелен вот-вот разрыдается, как маленькая, полная сердитой обиды девочка? Неужели не понимает, что только что дала дочери пощечину, от которой у той разбилось сердце?

Но мисс Валент все же увидела, в каких расстроенных чувствах оставили Хелен ее слова, и нежно потрепала ее щеку.

– Ты ведь умная девочка. Ты ведь понимаешь, что так и должно быть, – тихо сказала миссис Валент.

– Да… Я понимаю… – выдавила из горла Хелен.

Три слова.

Всего лишь три слова.

Лживые и полные обиды.

Ведь она не понимала…

Но ее мать была права, и это Хелен принимала: она уже не Валент. Она Нордстранд. Жена буржуа. Пусть красивого, пусть богатого, но буржуа.

Хелен вдруг вспомнила о той сцене, в саду, осенью. Кружение листвы, ледяной ветер – и мистер Блаквэлл просит ее руки. В тот миг она была вне себя от злости: как этот торговец посмел понадеяться, что она станет его супругой? Нахал! Мерзавец!

«Он был буржуа, а я – Валент, и я ненавидела его за то, что он подумал будто я соглашусь снизойти до него,» – подумала Хелен, и в ее душе разлилась такая горечь, что ей показалось – еще секунда, и ее стошнит. От боли. От разочарования. От жалости к себе.

– Вот и прекрасно. Пойдем же! – Миссис Валент открыла карету и подала руку кучеру.

Хелен медленно, словно в тумане, последовала за ней.

– Хелен! – вдруг послышался позади нее знакомый женский голос.

Машинально обернувшись, миссис Нордстранд увидела мисс Энн Хопс, идущую к ней с одной из своих младших сестер.

– Энн! – вырвался из груди Хелен радостный вздох: в этот момент она как никогда нуждалась в добром слове и дружественной улыбке. Как вовремя она здесь!

– Твои подруги? – тихо сказала миссис Валент, улыбаясь идущим к ним сестрам Хопс.

– Да… Энн и ее младшая сестра Айрин, – бросила ей Хелен. Она нарочно быстро замигала, чтобы прогнать слезы, и растянула губы в улыбке, пряча за ней свои истинные чувства: слова матери и ненависть Луизы впились в ее существо, и она не могла избавиться от этих заноз… Ни сейчас и никогда. Но Энн не должна видеть ее расстроенной. Никто не должен.

– Мисс Энн и Айрин… – Миссис Валент с интересом смотрела на девушек, оценив их богатые наряды, гордую осадку и миловидные лица.

– Хопс, – подсказала ей Хелен.

– Хопс… Я не знаю ни одной местной знатной семьи с таким именем, – задумчиво сказала миссис Валент.

– Они буржуа, – тихо, словно испуганно доложила Хелен, взглянув в лицо матери.

Тепло и дружелюбие, еще миг сияющие в глазах миссис Валент, исчезли.

– Буржуа… А я уже посмела надеяться, что ты нашла подруг благородной крови, – громко прошептала миссис Валент и вновь фальшиво улыбнулась: сестры Хопс наконец-то подошли и вежливо принесли миссис Нордстранд и ее спутнице свои приветствия и поделились с ними своей радостью этой неожиданной встрече.

Глава 25

После поездки в город миссис Валент разговаривала с дочерью лишь короткими фразами и не смотрела на нее: всему виной была мисс Энн Хопс, поинтересовавшаяся будущим балом в Мидскуг-Манор. «Бал? Хелен не говорила мне о том, что устраивает бал,» – с улыбкой сказала тогда миссис Валент. «Я… Это должно было бы стать для вас сюрпризом, матушка,» – нашлась Хелен, вдруг с ужасом вспомнив об этом давно запланированном событии… Бал, который она устраивала для местных буржуа, и на который не была приглашена ни одна благородная семья. «Бал в мою честь? Ах, не стоило!» – миссис Валент наигранно всплеснула руками… И тогда Хелен вынуждена была признаться в своей вине.

– Значит, ты все же решила надеть на себя буржуазное платье, моя дорогая, – с ироничной улыбкой сказала миссис Валент, когда сестры Хопс покинули их.

– Вы сами сказали мне, что я не Валент, а Нордстранд, и что относить себя к поместной аристократии уже не имею права. А теперь вы удивляетесь тому, что я приняла это как должное? – беспомощно, тихо спросила Хелен.

– Я