Незаметная мисс Валент - Анна Морион

Но Хелен не желала ни пунша, ни шампанского, ни закусок – она всей душой боролась с желанием выбежать на улицу, в объятия ледяной зимы, чтобы та лишила ее возможности чувствовать и мыслить. «Вивиан! Вивиан, помоги мне! Помоги!» – в отчаянии кричала про себя девушка, ступая вперед, но не видя перед собой никого и ничего.

– Ах, вот и она! Мисс Валент! – громкий, требовательный женский голос словно ударил Хелен по щеке и привел ее в чувство.

Не понимая, где она находится, и кто звал ее, Хелен поспешно заморгала и робко оглянулась вокруг: она была в библиотеке.

«Как я оказалась здесь? Боже, как же мне дурно!» – с изумлением подумала Хелен. Она стояла недалеко от дверей, у одной из высоких, заполненных книгами полок.

– Мисс Валент! Подите же сюда! Я желаю познакомить вас с моим дорогим другом!

Хелен машинально взглянула вправо и обнаружила, что была не одна: рядом с пылающим камином стояла пожилая графиня Вайнрид, а рядом с ней стоял самый прекрасный мужчина, которого Хелен когда-либо видела за всю свою жизнь. И его темные, бездонные глаза блестели. Но не насмешкой и не удивлением – в его прямом взгляде на мисс Валент читалось восхищение.

Глава 28

– Мисс Валент, позвольте представить вам моего гостя. В его венах, как и в ваших, мисс, течет теплая, итальянская кровь, – деловитым тоном сказала графиня Вайнрид, протянув к Хелен ладонь, будто принуждая ее подойти ближе.

Эта неожиданная встреча с эксцентричной пожилой графиней, живущей богатой, но одинокой жизнью матери замужней дочери и женатого сына, уехавших в Лондон, застала Хелен врасплох. Эта женщина появлялась в обществе крайне редко. Она никогда не устраивала приемы в своем большом, красивом поместье, а на приглашения других отвечала вежливым, но твердым отказом. Ходили слухи, что графиня считала местных джентри недостойными ее присутствия, но эти слухи были развеяны ее личным доктором, который уверил их в том, что графиня обладает крайне хрупким здоровьем, и что это именно он посоветовал ей не растрачивать те крохи сил, которые остались в ее слабом теле, на визиты и балы. И вот – эта леди была здесь, на балу леди Карди – представительницы самого богатого семейства этой окрестности (после графини Вайнрид, разумеется).

Однако мысли Хелен занимал не интерес к тому, как графиня все же решилась посетить бал: ее мысли всецело принадлежали мужчине, который смотрел ей прямо в глаза и улыбался. Мужчина, в чьих венах, как сказала графиня, текла итальянская кровь. Он был непохож на английских джентльменов, к чьей внешности так привыкла Хелен. Этот красавец обладал смуглой, золотисто-оливковой кожей, словно он впитал в себя солнце Италии. Черты его лица были выразительными, с чуть резким подбородком и ясными скулами. В его улыбке был намек на дерзость, а во взгляде – тепло и игра света. И восхищение, направленное в сторону мисс Валент. Волосы гостя графини были густыми, черными, вьющимися и небрежно уложенными. Глаза – томные, темно-карие, словно топили Хелен в своей глубине. Его наряд был элегантен, но несколько более смелым, чем у сдержанных английских джентльменов: яркий синий камзол с золотой вышивкой, алый жилет, синие бриджи, бежевый высокий галстук. Яркое мерцание свечей широкого подсвечника, который держал этот таинственный итальянец, освещал его лицо, а пламя камина за его спиной выгодно подчеркивало его мужественную, высокую фигуру.

– Ах, простите, я… Я не ожидала застать здесь кого-либо! – после недолгой паузы, во время которой она с интересом и восторгом рассматривала внешность итальянского гостя графини Вайнрид, поспешила сказать Хелен. Она надеялась, что не выглядела слишком расстроенной после короткой беседы с мисс Хайтхил… «Ах, нет, эта девушка, конечно, теперь носит фамилию своего мужа!» – не к месту, подумала Хелен, а затем вслух добавила: – До меня дошла новость, что леди Карди получила новое издание книги моего любимого автора, и я решила проверить, так ли это.

– Вы, должно быть, очень рады чтению? – вдруг сказал на это прекрасный итальянец, все так же не спуская с Хелен взгляда. Его голос был низким, но теплым, а итальянский акцент – просто прелестен.

При звуках этого голоса, Хелен отчетливо почувствовала, как быстро забилось ее сердце, и как трудно ей вдруг стало дышать. Но он обратился к ней, и она должна была ответить. Сейчас же… Хоть что-то!

– Ах, мистер Конти, вы так милы в своих маленьких ошибках! – с умилением сказала графиня Вайнрид, положив свою морщинистую ладонь на локоть итальянца. – По-английски правильно будет звучать: «Вы, должно быть, очень любите читать.»

– Простите мне мою ошибку, дорогие дамы. Английский язык сложен для итальянца, но это прекрасный язык, и я искренне восхищен им, а также богатым, непревзойденным литературным наследием вашей нации, – слегка кивнув, спокойно ответил ей мистер Конти.

Хелен была рада тому, что графиня дала ей время поразмыслить о том, что она может сказать этому красавцу и о том, как она могла успокоить свое сердце… Она не понимала, что с ней происходило: откуда этот жар, разлившийся по ее телу и заставивший ее щеки пылать? Отчего ее пальцы пронзают миллионы маленьких иголок, заставляя их дрожать?

Его взгляд.

Его улыбка.

Его персона.

Его голос… О, этот голос! Он словно окутывал, проникал в самые глубокие уголки ее скрытной души, наполнял собой эту библиотеку и мысли Хелен…

«Да что это со мной?» – в панике подумала Хелен, вцепившись пальцами в подол своего платья, чтобы унять в них дрожь. Этих чувств она никогда, до этого момента, не испытывала, и они страшили ее. Хелен вдруг с ужасом поняла, что не отрывает от таинственного красавца взгляда, и поспешила обратить свое внимание на графиню Вайнрид.

– Леди Вайнрид! Как приятно снова вас увидеть! – приветливо сказала Хелен, медленно подходя к графине и ее гостю. Она боялась, что ее голос будет дрожать, поэтому нарочно вкладывала в него фальшивую теплоту и подделанную заинтересованность.

– Ах, моя дорогая мисс, я решилась на подобное сумасшествие лишь для того, чтобы представить местному обществу этого блестящего итальянского джентльмена, которого мне посчастливилось заполучить в гости в эту глушь.

– Я высоко ценю глушь и тишину, моя леди. Эти двое – мои лучшие друзья в написании моей книги, – с улыбкой обратился мистер Конти к графине.

– И я рада этому. Настоящий итальянец… Флорентиец! Мой гость! Это высокая честь, о