Лихие приключения вдовы со стажем - Елена Аркадьева

— С этим разберемся, — тяжело вздохнув, заверил меня Лартон. — Но ты, Катрин…

— Я знаю, — перебила я Джефри. — Рисковала собой, действовала безрассудно, могли убить — я все знаю, не стоит повторяться. Скажи это моему инстинкту самосохранения, похоже, он взял сегодня выходной.

Следователь улыбнулся — это было так неожиданно и так мило…

— Ох, и наплачется с тобой Ричард, — будто невзначай обронил он.

— Чего? — удивленно уставилась я на Джефри, но тот поспешил перевести разговор на другую тему:

— Поехали, я отвезу тебя домой. Пришло время отдыхать.

Когда мы остановились у ворот особняка, Лартон соскочил с козел, подал мне руку, помогая выйти из пролётки.

— Катрин, ты сегодня сделала то, что не смогла сделать полиция за последние два года. Джудит Сандерсон окажется за решеткой — хотя бы на время разбирательства. Спасибо тебе.

Я улыбнулась, чувствуя, как отступает усталость и приходит чувство выполненного долга.

— Всегда пожалуйста, господин следователь!

— Но в следующий раз, когда тебе захочется кого-нибудь арестовать, обещай, что не забудешь взять меня с собой.

— Клянусь! — заверила я его и… чмокнула в небритую щеку.

Глава 68

По привычке войдя в особняк с черного хода, я заметила, что в гостиной кто-то есть.

«Неужели Рик?» — удивилась я и поспешила проверить свою догадку.

Герцогиня Лэмбери сидела в кресле у камина, хотя там давно догорели дрова и остались лишь остывающие угли. Она была сегодня особенно трогательна, взглянув на меня печальным взглядом своих синих глаз.

— У тебя было ночное свидание с Джефри Лартоном, Катрин? — удивила своим вопросом Марианна.

— Нет, миледи, — я подошла к ней, взяла её холодные руки в свои и легонько сжала. — Сегодня арестовали Джудит Сандерсон, которая призналась мне в своих преступлениях. И поверьте на слово, там их накопилось слишком много для одного человека.

Герцогиня негромко всхлипнула, видно вспомнив о своем покойном муже, в жизни которого эта женщина также сыграла роковую роль.

— Боже мой, даже не верится, что её удалось остановить. Значит, всё закончилось? — с надеждой спросила меня эта уставшая женщина.

Я кивнула в знак согласия, но внутри меня как будто что-то оборвалось.

Всё закончилось. И моя миссия в этой реальности подошла к концу.

Я посмотрела на Марианну, на её бледное, печальное лицо — и поняла, что должна сказать ей правду. Сейчас или никогда: она заслуживает это знать, прежде чем я исчезну.

— Миледи, — я села в кресло напротив и завела трудный разговор. — Я должна вам кое-что рассказать. Это может прозвучать, как безумие, но прошу вас выслушать меня до конца, прежде чем вы решите, что я сошла с ума.

Она насторожилась, но кивнула головой.

— Я не та Катрин, которую все знали как дочку Дугласа Милтона и хозяйку этого дома, — тихо сказала я. — Я из другого мира, другой реальности. Моя душа временно оказалась в теле этой девочки, чтобы разобраться с теми проблемами, которые на неё свалились. Но теперь, когда всё закончилось, окружающая обстановка нормализовалась, мне предстоит вернуться обратно, а настоящая Катрин скоро вновь займет своё место.

Герцогиня побледнела ещё сильнее.

— Такого не может быть! — прошептала она. — Скажи мне, что ты шутишь!

— Увы, это правда! — я посмотрела ей прямо в глаза. — Но есть странные обстоятельства, которые насторожили меня в этой реальности.

Я на секунду задумалась, как лучше будет ей это преподнести, но ничего гениального на ум не приходило.

— Там, в моем мире, я была точной копией Элеоноры, и когда здесь увидела её портрет, то подумала, что сама судьба привела меня в эту реальность.

Марианна ахнула, прижав ладонь к губам, но я продолжала:

— Помните брошь удачи первой хозяйки этого особняка?

Герцогиня напряженно кивнула вновь.

— В моем мире мне точно такую же брошку в день свадьбы подарил первый муж, известный коллекционер редкостей и очень порядочный человек. Так вот, на одной из ягодок камешек имеет странный «дефект», который преломляет лучи света по-особенному. Поэтому, когда вся кисточка горит ярким красным светом, эта ягодка пылает необычным розовым оттенком.

— Всё верно, есть такая особенность у этой вещицы, — нервно сглотнула герцогиня.

— Так что, миледи, придётся признать мою правоту, какой бы нелепой фантазией она сейчас ни казалась. И, что более важно: когда Катрин вернётся, она может быть растеряна, так как не будет помнить того, что произошло здесь со мной. И Рик… — тут я запнулась, с трудом подбирая слова, — он может не понять, почему она изменилась. Пожалуйста, присмотрите за ними, хотя бы первое время.

Герцогиня смотрела на меня широко раскрытыми глазами, полными слёз. Она не знала, что говорить, что делать, верить или нет моим бредням, но в глубине души, — я чувствовала этот её настрой — она принимала правду о моей временной миссии в этой реальности.

Медленно поднявшись с кресла, я направилась к лестнице.

— Куда ты? — спросила меня Марианна дрогнувшим голосом.

— В спальню, — ответила я, не оборачиваясь. — Сегодня ночью я уйду, а Катрин вернётся.

Каждый шаг до моей комнаты приближал меня к расставанию с этим миром. Оказавшись в спальне, я закрыла дверь, подошла к окну и долго смотрела на ночное небо, усеянное звездами.

«Где-то там, за этими звездами, ждет меня новая жизнь, — грустно подумала я, — и, возможно, там тоже есть кто-то, кто ждёт меня настоящую».

Я легла на кровать, не раздеваясь, и закрыла глаза.

Сегодня ночью всё должно было закончиться.

Глава 69

Я очнулась от яркого солнечного света, бьющего прямо в лицо.

Странно. Раньше свет, что струился в Небесной канцелярии, был белым и холодным, каким-то неживым. Откуда здесь солнце?

Осторожно открыв глаза, я приподнялась на локте, внимательно осматривая окружающее меня пространство.

Всё та же спальня. Всё тот же особняк. Всё та же я — в этом теле, в этом времени, в этой реальности.

Сердце пропустило удар: я здесь, я всё ещё здесь!

Почему? Разве я не должна была вернуться, когда всё закончится? Моя миссия выполнена. Злодеи схвачены, их преступления практически доказаны, почему я всё ещё в теле Катрин де Ланжерон?

Я решительно села на кровати, но в этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался разгневанный Рик. Глаза его горели бешенством. Волосы растрёпаны, сюртук расстегнут — он явно не спал всю ночь и, судя по всему, только что вернулся с дороги.

— Ни на минуту нельзя отлучиться из города! — загремел он, с порога впечатывая кулак об косяк. — Эта невозможная девчонка постоянно