Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

– Гардвейг со мной особо не делился.

– Что-то ты должна помнить. Даже если не делился…

– Он безоговорочно доверял Альтресу Лорту.

– Который сейчас в опале и удален из столицы.

– По требованию Эдоарда.

– И сама понимаешь, за дело. Ты в курсе этой истории?

– Да.

Милия понимала, что Лилиан права целиком и полностью. Все же не надо было подсовывать соседям протухшую рыбку за свежевыловленную, могло и хуже закончиться. И то, что все обошлось, вовсе не заслуга Гардвейга. Повезло. Просто повезло.

– Кто есть поближе? Граф Шантен, ты говорила?

– Да.

– Значит, ты рожаешь, а я ищу способ сначала доставить тебя и детей в безопасное место, а потом и в Летний дворец. Или – наоборот.

– Это как?

– Графа сюда, вместе с полком, и пусть заранее вешаются. Эдуард, если что, сможет сказать нужные слова? Повторить?

– Что – повторить?

– За родину, за короля! Что еще может сказать в такой ситуации ребенок? Остальное скажут за него…

– Сможет, – Берти стояла рядом. – Я уложила детей, сейчас с ними экономка. Пусть посидит пару минут… спасибо, дочка.

Лиля хмыкнула. Так ей эта дама напомнила родную и верную Марту. Хорошо хоть няня осталась сейчас в Ативерне, стара она по чужим странам-то шляться, кости и так ломит. Да и детей полно, есть за кем присмотреть…

– Потом поблагодарите. Когда хвост из ловушки вытащим.

– Если бы ты с нами не оказалась, я бы уже умерла, – просто сказала Милия. – Спасибо. Альдонаем клянусь, ни я, ни мои дети этого не забудут.

Лиля махнула рукой.

– Лучше маленький золотой, чем большое спасибо, договорились? О размерах благодарности – потом. А пока… Берта, есть тут какой-нибудь конюх, мальчишка, которого можно послать с письмом, или еще кто?

Берта переглянулась с Милией. Вот ни разу их этот цинизм не обманул, обе прекрасно поняли, что Лиля смущена до глубины души и нервничает. А так, отшутиться…

Она бы для любого человека сделала то же самое. Вообще для любого.

– Вроде как в конюшне есть парнишка, ночует там, по поручениям бегает, племянник конюха… я посмотрю.

Она ушла. Лиля вернулась к Милии.

– Ну-ка, дыши! Правильно дыши, нечего тут сачковать!

– Что? Фуххх! Такое? Фуххх! Сачковать?

– Лениться, говорю, не надо? У тебя процесс вовсю идет, давай, работай! План действий составили, теперь выполняй, а то перевози тебя, в родах-то!

И Милия послушно принялась тужиться.

***

Лиля присела к письменному столу хозяина. И лишний раз поблагодарила свои привычки.

Не выходить из дома без денег.

Без трусов – можно. Без макияжа можно. Обритой налысо – и то можно! Но деньги и какой-нибудь документ всегда должны быть с собой. Мало ли что?

Мало ли как?

Пусть это звучит некрасиво, ты никогда не знаешь, куда тебя занесет. И там могут сильно пригодиться деньги. Это первое.

А опознавать тело по документам всяко проще, чем без них.

Вот и у нее всегда с собой была определенная сумма.

Идешь в лес? Возьми с собой деньги. Идешь на бал? Возьми с собой деньги. Идешь… все поняли, да?

Сейчас у нее было десять золотых. Не много, но и не мало. Хватит и карету нанять, и…

Ладно. Карету – потом. А сейчас надо написать мастеру Сальси. Что писать? Вот уж не вопрос.

Лиля быстро забегала пером по бумаге.

Мастер Сальси!

К сожалению, мне придется воспользоваться вашей любезностью раньше, чем я предполагала. И вашим подарком тоже.

Умоляю вас приехать немедля, быстро и тайно, потому что положение мое хуже, чем у Руты и ее отца вместе взятых.

Искренне ваша.

Лиля.

Адрес, который на всякий случай дописан внутри конверта. Теперь накапать воска и прижать к нему подаренный кулон.

Ох, недаром говорят, что земля круглая. Как же оно все отливается, и хорошее, и плохое…

К письму приложена золотая монета, и Лиля лично вертит ей перед глазами сопляка. И они тоже становятся круглыми, и желтого цвета.

– Доставишь – получишь еще одну.

Вторая монета извлекается из кошеля.

– Да, госпожа. Сей же секунд отнесу. Мастеру Сальси, на Гончарную улицу.

– И учти, вторую монету я тебе отдам только после подтверждения.

– Какого?

А не дурак. Хорошо это – или плохо? А, кто ж его знает… сейчас, может, и неплохо.

– В городе что-то неспокойно, люди бегают… сам понимаешь. Искушение у тебя может быть. Так вот. Мастер Сальси должен прислать с тобой письмо. С его печатью. Или сам приехать, или прислать кого… скорее последнее, на месте разберетесь. Будет результат – будут деньги, понял?

Парень закивал.

Он понял, он все сделает.

И удрал в темноту.

А Лиля вернулась к Милии. Эх, никуда ей от акушерства не деться. А она-то мечтала людей резать… увы, кардиохирургов в этом мире еще столетия не появится. А вот рожать бабы будут во все времена и при всех проблемах.

– А ну, дыши!

***

В доме мастера Сальси не спали. Помилуй бог, когда это нормальный эввир спит, если в городе откровенно пахнет опасностью?

Этот народ привык спасать свою шкуру и спасаться бегством, как только запахнет жареным. И сейчас за окном не просто пахло – воняло.

Мастер Сальси смотрел туда и молчал.

Молчал и Крет, который стоял неподалеку, молчала Рута, прижимая к себе встревоженную Мири, молчали вирмане… впрочем, эти молчали меньше всего.

– Мастер Сальси? – Гэл первый нарушил тишину. Старый эввир повернулся к нему и благосклонно посмотрел на молодого вирманина.

– Я вас слушаю, юноша?

– Гэл, меня зовут. Мастер, нечисто в городе. Плохо… бунтом пахнет. Кровью и тревогой.

– Я это вижу.

– Тогда скажите, что мы можем сделать?

Мастер пожал плечами.

– Пока – ничего. Просто ждать, молодые люди. Просто ждать.

– Пока сюда не ворвется кто-нибудь, знающий о ваших богатствах?

– Нам есть, где спрятать женщин и детей. А уходить… Гэл, мы не сможем пробиться к воротам. В моем доме девять мужчин, шестнадцать женщин, восемь детей. Это нереально.

– И я должен поверить, что вы не припасли запасного выхода? На всякий случай?

Эввир вздохнул.

– Выход есть. Но пока мы не поймем, что происходит в городе, пользоваться им не стоит. Можем попасть…

– Из огня, да в полымя?

– Да… примерно так.

Гэл вздохнул.

– Главное, чтобы не стало потом слишком поздно. Мы отвечаем за виконтессу Иртон…

Мири хмыкнула, но спорить не стала. Гэл посмотрел на нее.

– Да, ваше сиятельство. И ваша мать с нас шкуру сдерет, если что. Так что извольте слушаться.

– Хорошо.

– Все будет хорошо, детка, – Рута погладила Миранду по голове. – И твои