Певчая птица и каменное сердце - Карисса Бродбент

Что-то не давало мне покоя.

Теперь рот вампира оказался у моего горла, и он трогал языком самые чувствительные части. То ли целовал, то ли пробовал на вкус.

У меня прервалось дыхание, но взгляд по-прежнему не сходил с той птицы – с той тени.

– Упрямая девчонка, – пробормотал вампир. – Как же заставить тебя остаться?

Он отодвинулся, чтобы посмотреть мне в лицо, и я вздрогнула.

Это было уже не лицо из моих воспоминаний. Сейчас на меня смотрел другой принц-вампир – вернее, король-вампир. Я и не думала, что так отчетливо запомнила лицо Азара. Каждый острый угол и каждый мягкий изгиб. Даже причудливый узор шрамов.

– Илие, так тебе больше нравится? – спросил он.

Рука его двинулась выше мне под юбку, и, когда пальцы стали гладить там, по всему телу пробежала сладкая дрожь. Я испытала потрясение: даже в одном этом прикосновении было больше внимания, стремления, чтобы я испытала удовольствие, чем я за все время получала от Атроксуса.

У меня задрожали ресницы, когда он поцеловал меня в шею и прошептал:

– Вот видишь, как хорошо я тебя изучил. Теперь не остановлюсь, пока ты не устанешь от наслаждения настолько, что будешь молить об отдыхе.

Палец скользнул в меня, и я ахнула, а его стон завибрировал на моем горле.

Его язык метнулся к углу моей челюсти, прижался к пульсирующей вене. Вторая рука поднялась по телу, и большой палец перекатывался по моему отвердевшему соску.

Все происходило легко. Мое тело открылось перед ним, как расцветающий бутон. Его член, твердый и напряженный, терся о меня. Его губы приблизились к моим.

– Позволь мне осквернить тебя, Пьющая зарю, – пробормотал Азар. – Пожалуйста.

Я вздрогнула.

Что же вытащило меня обратно в реальность? Странная, печальная интонация, с какой он произнес это «пожалуйста»?

Я пыталась вернуться в сознание. Где я? Что это было?

Такого со мной еще никогда не происходило.

Я открыла глаза. Вьюрок теперь сидел прямо над нами, разражаясь целой какофонией предостерегающих криков.

– Азар, – прошептала я и отстранилась от него.

Он тоже остановился, словно бы пробуждался ото сна, и заморгал, прогоняя из глаз туман желания.

Он говорил, что санктум Ума попытается нас затянуть. Что подсунет наживку.

Наживку. Мы были друг для друга этой наживкой.

У него расширились глаза.

– Илие, – прохрипел он.

И когда пробуждение настигло нас, Азар уже таял в воздухе, пытаясь крепче вцепиться в меня пальцами…

Но какая-то сила резко выдернула меня прочь, и наше странное, спутанное воспоминание распалось.

Глава двадцать четвертая

Кто-то выволок меня на берег. Кровь текла по лицу ручейками. Я закашлялась и сплюнула кровь на гладкую кость. Голова кружилась. Перед глазами все расплывалось. Рука сама поднялась к груди, которая пульсировала двойными ритмичными ударами. Якорь.

Азар.

Он где-то рядом. Это был он, в моих воспоминаниях, даже если и не собирался там оказываться – я не сомневалась, хотя и не могла объяснить, откуда это знаю. Хватило одной той секунды, когда наши взгляды встретились.

Мне надо было назад… надо…

– Мише! – Нежные руки схватили меня за рукав, чтобы я не бросилась обратно в море. – Остановись, ради богов! Пожалуйста, остановись!

Чандра.

Я была настолько изумлена, увидев ее, что чуть не ахнула. Чандра склонилась надо мной, тревожно нахмурившись; серебристые волосы развевались вокруг ее лица. За нами вздымались скалы. Впереди высился храм – нагромождение белых шпилей, которые как будто обмакнули в черное и красное. Храм стоял в точке слияния нескольких рек, и кровавые потоки вливались в сводчатые каналы под ним, словно бы предоставляя постоянный источник еды вечно голодному хозяину.

Было ветрено и холодно. Небеса волновались, на них волнами набегала темнота, брызги красного дождя рисовали кровавые кляксы на костяных участках почвы. Утесы и земля дрожали. И – о боги – призраки! Их здесь было немерено. Они ползли друг по другу, словно в бреду. Они выбирались из крови, брели по скалам, через далекие заброшенные руины, и оставалось лишь немного подождать, когда они двинутся на нас.

– Нам надо идти, – настойчиво проговорила Чандра. – Живее, девочка, – пока они сюда не добрались! Элиас поможет нам вылезти обратно наверх.

Чандра считала, что я упала. Она не знала, что я просто отпустила руку.

Мне стало обидно за Азара: неужели кто-то мог подумать, будто Элиас в состоянии перемещаться по Мортрину самостоятельно. Потом я обратила внимание на то, как жадно и с какой надеждой смотрит на меня Чандра, и решила, что, возможно, она прибежала спасать меня не из одного лишь человеколюбия.

Но тем не менее. Я оценила ее самоотверженный поступок.

– Я… благодарю тебя, но…

Якорь у меня на груди запульсировал, и я вскочила на ноги – слишком быстро, так что даже покачнулась. Сложно что-либо разглядеть, когда рядом волнуются призраки, а воды бурлят.

В голове сталкивались мысли о миссии, Атроксусе и святой цели, но все это пересиливал надвигающийся страх за Азара.

– Мне надо идти, – сказала я, но Чандра схватила меня за локоть.

– Куда ты, Мише? Это наш шанс обрести свободу. Атроксус послал нам свое благословение. Мы должны им воспользоваться!

Я невольно посмотрела на Чандру и поразилась тому, сколь пагубно сказались на ней трудности этого похода. Она выглядела не намного лучше мертвецов: крайне изнуренная и опустошенная.

У меня не хватило духу объяснить ей, что Атроксус не имеет к этому никакого отношения. Да и времени тоже не было.

– Ты иди, – ответила я. – А я справлюсь сама.

Но Чандра не выпустила меня. И строго заметила:

– Не надо погибать ради таких, как Азар! Он падшая душа. Оставь его. Ты не такая, как они. Ты дитя света. Пусть это тебя спасет!

Налетевший порыв ветра принес с собой знакомый лай. Сердце у меня подпрыгнуло. Я обернулась и увидела, как рядом с храмом со всех ног несется по краю берега Луче.

– Иди без меня, – сказала я и вырвала руку.

Но не успела я сделать и нескольких шагов, как землю снова сотрясла дрожь. Воздух раскололся от отчаянного крика Чандры. В ноздри мне ударил сладкий запах, который ни с чем нельзя спутать: то был запах человеческой крови.

Я обернулась и увидела, как Чандра бьется о землю под женщиной-призраком. Та выползла из воды и сейчас, рыча, заползала на мою спутницу, а с клыков у нее капало красное. Вторая призрачная женщина когтями помогала себе вылезти на берег, чтобы присоединиться к первой, и ее почерневшие пальцы уже сомкнулись у Чандры вокруг щиколотки.

«Ты их забрала, – прошипела первая. – Я тебя помню. Я