Путь наложницы: перезагрузка - Татьяна Новикова

Он попытался вспомнить. Празднество. Послы. Вино. Густое, тёмное, с непривычно сладким послевкусием. А потом… жар. Нестерпимый жар, разливающийся по телу. Кто-то вошёл в покои.

«О нет…» — Память начала возвращаться обрывками, и Жэнь Хэ почувствовал, как холодеет.

— Скажи хоть, как всё прошло? — спросил он тихо, уже боясь услышать ответ. — С послами? Я… я ведь не наговорил лишнего?

Мин Е смотрел на него с выражением, в котором смешались раздражение, беспокойство и что-то вроде сочувствия.

— Послы разошлись довольными, ты… вы, Ваше высочество, были безупречны. До определённого момента. — Он тяжело вздохнул. — А потом удалились в покои и… — взгляд снова скользнул к девушке в углу, — Приказали страже пропустить чтицу.

— Чтицу? — переспросил Жэнь Хэ, чувствуя, как паника медленно подползает к горлу.

— Госпожу Цао Юнь, — уточнил Мин Е, кивая в сторону девушки.

Жэнь Хэ повернулся к ней. Она сжалась ещё сильнее, будто хотела провалиться сквозь пол.

— Госпожа Цао… — медленно повторил он. — И она… всю ночь…

— Провела здесь. Да, — коротко подтвердил Мин Е. — О чём уже знают все евнухи, половина стражи и, вероятно, добрая часть дворцовых служанок. К полудню об этом будет судачить весь дворец.

Жэнь Хэ закрыл глаза, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями, в которых смешалась и ярость и стыд и отчаяние.

«Ми Лань… тоже знает?» — мелькнула паническая мысль.

Конечно знает. Если об этом знают евнухи и стража, если слухи уже ползут по дворцу, она не может не знать. Жэнь Хэ откинулся обратно на кровать и натянул одеяло на голову.

— Ваше высочество? — голос Мин Е прозвучал с нотками недоумения.

— Не хочу, — глухо пробормотал Жэнь Хэ из-под одеяла. — Не хочу об этом думать. Вообще не хочу существовать прямо сейчас.

— Ваше высочество, — повторил Мин Е более строго, — Прятаться под одеялом — не выход.

— Ещё какой выход, — возразил Жэнь Хэ, крепче сжимая края одеяла. — Отличный выход. Просто останусь здесь навсегда!

— И это надежда и опора нашего государства, — пробормотал Мин Е, качая головой. — Госпожа Цао, подайте-ка мне кувшин с водой.

Девушка вздрогнула, но послушно потянулась к столику рядом с кроватью. Одеяло соскользнуло с её плеча, и стало очевидно, что под ним она обнажена. Цао Юнь поспешно прикрылась, её щёки вспыхнули ярким румянцем, но она всё же протянула тяжёлый глиняный кувшин Мин Е.

Жэнь Хэ замер под одеялом: «Зачем ему вода?»

Послышался лёгкий шорох, звук передвигаемой керамики, а потом тихий испуганный всхлип. Жэнь Хэ не мог понять, что именно происходит снаружи его импровизированного укрытия.

— Мин-цзы, зачем тебе… — начал он, высовывая голову из-под одеяла.

И в ту же секунду холодная вода обрушилась на него проливным дождем. Он ахнул от неожиданности, рывком вскакивая на ноги.

— Ты… — начал он, отфыркиваясь и сбрасывая с лица мокрые пряди волос.

— Рад, что вы наконец поднялись Ваше Высочество, — В голосе Мин Е не было ни капли раскаяния. — Теперь нужно решить, что делать с этой… ситуацией.

Вода промочила волосы, стекала по лицу, спальное одеяние противно прилипло к коже. Постель под ним тоже была насквозь мокрой. Жэнь Хэ почувствовал, как злость вспыхивает внутри, но не на Мин Е, а на того, кто все это.

— Вино, — проговорил он, сжимая кулаки. — Может быть что-то было в вине?

— Афродизиак, — кивнул Мин Е. — Я уже проверил остатки в кувшине. Кто-то хотел, чтобы это случилось.

Жэнь Хэ медленно повернулся к девушке. Она сидела, прижав колени к груди, и дрожала. От страха или от холода, он не мог сказать.

— Госпожа Цао, — обратился он к ней тихо. — Ты… помнишь, как попала сюда?

Она кивнула, не поднимая глаз.

— Я… я принесла вино Вашему высочеству, — прошептала она. — Стража пропустила меня. А потом… потом вы… — голос её сорвался.

— Кто дал тебе кувшин? — спросил он.

— Служанка, — ответила Цао Юнь. — Нин Сюин. Она хотела пройти сама, но стража её не пропустила. Но она настаивала, что вы сами ее позвали, приказав принести вина, и они отдали кувшин мне.

Нин Сюин, двоюродная сестра Жень Бая по материнской линии… Так вот кто стоит за всем этим. Вопрос только: она сама все это придумала и провернула, или ее кто-то надоумил?

— Не важно кто это подстроил, — Мин Е понизил голос. — Весь дворец уже в курсе. Если не объявить её официально…

— Знаю, — оборвал его Жэнь Хэ. — Знаю.

Он посмотрел на Цао Юнь. Испуганная девушка, которая оказалась не в том месте не в то время. Которая теперь заплатит за чужие интриги своей репутацией или жизнью.

Выбора не было.

— Госпожа Цао, — начал он, и его голос звучал устало. — То, что произошло, не было твоей виной. Но последствия… — он сделал паузу, — последствия будут.

Она подняла на него глаза, полные слёз.

— К полудню весь дворец узнает, что ты провела здесь ночь, — продолжил Жэнь Хэ.

Цао Юнь побледнела ещё сильнее.

— Есть только один способ защитить тебя, — Жэнь Хэ почувствовал, как что-то сжимается в груди, болезненно и необратимо.

Это был конец для него и Ми Лань. Даже если она простит, даже если поймёт — между ними встанет эта стена. Стена из компромиссов, наложниц, долга перед государством. Она заслуживала большего, заслуживала того, кто выберет её, только её. А он… он не мог себе этого позволить. Возможно, никогда не мог.

«Прости меня, — мысленно произнес он, и это было похоже на прощание. — Прости, Ми Лань. Ты заслуживаешь лучшего мужчину».

— Я объявлю тебя своей наложницей. — Вместе с этими словами глубоко в груди кольнула боль, острая и пронзительная.

Слёзы текли по щекам Цао Юнь, но она кивнула.

— Благодарю… Ваше высочество… — прошептала она.

Жэнь Хэ отвернулся, не в силах больше смотреть на неё.

— Мин-цзы, — обратился он к другу. — Созови министров. Я сегодня же объявлю официально. И найди Нин Сюин, возможно ее кто-то надоумил. Нужно понять кто стоит за этим.

Жэнь Хэ отвернулся. Взгляд упал на стол, где стояли кувшины с водой, а в голове мелькнула озорная мысль. Он медленно подошёл к столу и взял кувшин, а затем на мгновение обернулся к Цао Юнь. Их взгляды встретились. В её глазах мелькнула игривая искорка. Девушка едва заметно кивнула.

— Страж Мин! — внезапно воскликнула она встревоженным голосом. — За окном… кажется, кто-то подслушивает!

Мин Е мгновенно развернулся к окну, рука потянулась к мечу. И в этот момент холодная вода обрушилась на него сверху.

— Обливать принца холодной водой — это государственное преступление. — фыркнул Жень Хэ, — А за государственные преступления полагается наказание.

— Простите, страж Мин, мне, видимо показалось. —