Школа. Никому не говори. Том 6 - Руфия Липа

– Закрывай, – произнёс умник, а затем угрожающе продолжил: – Только учти: если Поспелова хоть чуток пострадает – спрошу вдвойне.

– Насрать. Я тебя всё равно ненавижу больше, чем её.

– Ну что ж, имеешь право. Дай ещё сигаретку!

Сэро бросил ему пачку вместе с зажигалкой, некоторое время помолчал, а потом вдруг оглушительно расхохотался:

– Мля, ну не могу!.. Какие же мы все придурки! «Санта-Барбара» отдыхает!.. Имир, а тебя, лошару, больше всех поимели!

– Слышь, вали купайся! – окрысился гордость школы, затянувшись никотином. – Потняком и ссаньём воняешь хуже гнойного бомжа!

Повеса сплюнул вниз, на землю, надменно усмехнулся и молча пошёл к лестнице.

Имир остался на крыше в одиночестве и с удовольствием выкурил пачку до последней сигареты, потому что его душа сейчас была спокойна как никогда. Отличник понимал – его авторитет в глазах Сэро бесповоротно рухнул. Он перестал быть для повесы опорной, непробиваемой невзгодами скалой, потому что брат увидел его по-настоящему слабым.

Собственно говоря, оба близнеца понимали, что, несмотря на долгий бурный разговор по чесноку, их отношениям не быть прежними уже никогда.

Глава 19

Довольная жизнью, Поспелова прекрасно провела выходные, ведь разговор с мамой, последовавший после встречи с повесой, прошёл как по маслу. Ожидания от понедельника были самыми радужными; их омрачало лишь воспоминание о потасовке с Тимоном, но девочка отмахивалась от неприятного послевкусия, как от надоедливой мухи.

– Почему тебя в пятницу в школе не было?! – коршуном подлетела к тихоне Алеся, едва она явилась на пороге учебного заведения.

– Прогуляла, – буднично ответила ровесница, изрядно удивившись её переполошенному тону.

Неформалка схватила одноклассницу за руку и, без объяснений, быстрым шагом, поволокла её в тёмный полупустой коридор возле директорской.

– Люба, ты прикалываешься?!

– Нет, – не вкурила она претензии, но занервничала, видя, как исказилось Алеськино густо намалёванное лицо. – Что-то случилось?

Исакова закатила очи.

– Реально не знаешь, что Сэро с Деном подрались?!

Поспелова широко разинула рот, выпучив глаза, а потом запоздало охнула, прикрыв его руками:

– Нет!.. Они не могли!.. Невозможно! – задыхаясь, выдавила она. – Почему?!.. Когда?!

– В четверг.

– Для этого должна быть серьёзная причина!

– Сцепились чуваки из-за тебя, – сочувственно пояснила Исакова, видя, что та не в теме. – Вся школа в пятницу стычку мусолила! Только и разговоров было, что Ибрагимов рожу закадычному другу из-за девки разбил! Парни никогда не ссорились, и вот здрасьте.

– Но я ничего не сделала плохого… Зачем Сэро так?!

– Приревновал! Он не знал, что вы с Деном встречаетесь!

Любу будто ушатом воды окатили.

– С ума сошла?! – гаркнула она. – Нет у нас отношений! Мы просто дружим! Какой придурок эту дрянь выдумал?!

– Э-э-э-э… – Алеська спуталась, смекнув, что её длинный неумный язык стал причиной чужого конфликта. – Без понятия!

– Ну и уроды! Сплетники чёртовы! – разозлилась тихоня. – Денис, надеюсь, не сильно пострадал?.. Ну? Чего молчишь?!

– Люба, Сэро избил его серьёзно… Лупил, как зверь, без жалости, даже когда Коробкин упал и отключился. Будто убить хотел! Жесть полная, веришь?!.. Знаю, что говорю, своими глазами видела! У Дена вместо лица осталась сплошная кровавая каша!

Поспелова вспомнила сбитые костяшки Ибрагимова: свежие, недавно присохшие жуткие ссадины неспроста в парке её напугали. Школьница затряслась как осиновый лист, от шока обвалилась о стену и медленно заскользила вниз.

– Как же так?!.. Зачем?! – Девочка разрыдалась. – Я ничего не знала! Какой ужас! Что мне делать?!

– Помнить, что на тебя положил глаз очень ревнивый пацан, – сочувственно произнесла Алеся, поглаживая её по спине. – Дракой Сэро предъявил на тебя права. А ещё понятно, что он способен за здрасьте распустить руки… Короче, ты за последние дни стала звездой дважды… Ну хватит рыдать, Любань! Успокойся, всё будет хорошо…

Последние слова прозвучали для тихони как приговор и окончательно лишили надежды на приятный исход случившегося.

Прийти в себя после Алеськиных новостей школьница не смогла. Осознание, что брюнет не только азартный игрок и непредсказуемый любитель экстрима, наконец-то дошло до её несмышлёной девичьей головушки, побывавшей и в воровских заварушках, и в потасовке на заброшке, но ни фига из этого не уразумевшей. Красавчик не просто дорого стоил – его цена была слишком высокой. Для Любы – неподъёмной. После услышанных новостей тихоня поразилась слепоте девчонок, бегавших за ним сломя голову.

Поспелова мечтала провалиться под землю. В стенах школы не было укромного уголка, где бы ей удалось почувствовать себя спокойно. Куда бы старшеклассница ни пошла, везде народ бесцеремонно таращился, шушукался да жадно заглядывал ей в лицо. Сидя на уроках, она ощущала на себе отравленный взгляд десятков пар изучающих глаз.

Атмосфера в 11 «А» говорила сама за себя: подростки недоумевали, впечатлённые, что десять лет проучились бок о бок с миной замедленного действия, в ус не дули, да ещё и беспечно пинали боеприпас, перепутав его с безобидной железякой. Драку с Тимофеем забыли обсуждать напрочь, потому что теперь она нафиг никому не свалилась.

Больше всего давались диву три отличницы – Уварова Ира, Гончаренко Нина и Таран Инна – актив класса, ученицы примерного поведения и по совместительству лучшие подруги. Школьницы наблюдали, как в их складном, весёлом коллективе всё изменилось и пошло наперекосяк. Вина в этом Поспеловой была бесспорна. Сначала как гром среди ясного неба на 11 «А» свалилась её дружба с Ибрагимовыми, а нынче ребята охреневали от Любкиного амплуа роковой девки. У каждого в «А» имелась прописанная роль. Всяк сверчок знай свой шесток. И вдруг Поспелова посмела из образа выйти – самостоятельно, без спроса и разрешения! Неслыханно!

Тихоня тем временем сходила с ума, трясясь от страха. Она оттоптала пороги соседских домов, пытаясь дозвониться Коробкину, но к телефону за неделю так никто и не подошёл. Овчинников бросил трубку, едва услышал её голос, и больше не принял ни одного звонка.

Близнецы в школе не появлялись, как девочка ни сторожила обоих у туалета, в коридорах, подле 11 «Д». Сказали, что Имир заболел, а с повесой было и вовсе ничего не понятно. Слухами полнились кулуары, но Люба, впитывая придуманный бред про Сэро, не сдавалась и продолжала надеяться. Три городские библиотеки изо дня в день встречали её отсутствием отличника. Будто в воду канул. Выход имелся – пойти к Ибрагимовым домой и откровенно поговорить, но школьница не нашла в себе сил побороть собственную трусость.

Дни протекали неприлично медленно, словно издеваясь над ней. Поспелова ждала, мучилась от неизвестности да металась от страха расправы. Единственное, что оставалось, – думать. И тихоня думала, подолгу и много.

Ей хотелось в один прекрасный будний день увидеть цыгана,