Мой Рим - Верона Виера

– Вы можете хоть иногда улыбаться, Верон? – Лена протягивает еще один бокал и кивает в сторону Ромашки. – Ходите с кислыми минами. У нас все-таки свадьба, а не похороны!

– Прости, Ленусь… ты права! – лучезарно улыбаюсь и обнимаю ее.

– Поговорили?

Неуверенно киваю. Если это можно назвать разговором.

* * *

В дороге до банкетного зала мы снова молчим.

– Может, на время банкета объявим перемирие? – неожиданно спрашивает Ромка. – Потанцуешь сегодня со мной? Мне не очень хочется объятий всевозможных тетушек.

– Уверена, там много молоденьких красоток, у тебя будет выбор.

– А что, если я вижу только тебя?

– Значит, у тебя что-то со зрением.

Ромка усмехается:

– Да блин, Верон… ты видела, как меня пожирает глазами ведущая? Умоляю, мне нужна твоя помощь.

Я делаю вид, что сомневаюсь и думаю над его предложением.

– Хорошо, – отвечаю без особого энтузиазма.

Мне тоже неохота танцевать с подвыпившими мужьями, братьями и дальними родственниками невесты или жениха. А таких, на минуточку, собралось около пятидесяти человек.

Машина подъезжает к ресторану, а Ромка продолжает пытать своими вопросами:

– Ты что, реально удалила мой номер?

– Да, – не понимаю его удивления.

– Зачем?

– Хотела вычеркнуть тебя отовсюду.

Считаю это вполне логичным, по-другому никак не забыть. Машина тормозит у главного входа, и водитель выходит покурить.

– Да уж… – провожая его взглядом, он задумчиво трет висок. – То есть ругаться с тобой – все равно что тушить огонь бензином. Ты сразу сжигаешь мосты?

– Только когда мой парень называет меня шалавой.

– Я так не говорил.

– Говорил! Просто другими словами.

Смотрю на него с вызовом, надменно, а сама непроизвольно спускаюсь к губам. Он следит за моим взглядом и осторожной улыбкой намекает, что не против.

– Я скучаю по твоим поцелуям, Верон.

Он медленно тянется ко мне, но внезапный стук в окно рассеивает флер романтики, и я нажимаю на кнопку, опускаю стекло.

– Вас долго еще ждать? – Ленка, округлив глаза, сверлит меня, а потом переключается на Ромку. – Я понимаю, вам надо… но свадьба у нас, а не у вас!

Сашка за ее спиной молчаливо поддакивает: качает головой, жестикулирует, что пора, и показывает нам смешные пантомимы удушья о том, что с его женой лучше не спорить. Не сегодня, это точно.

– Простите! – молю глазами обоих и открываю дверь.

Ромка выходит со своей стороны.

– Что-то я уже боюсь туда идти… – приблизившись, он указывает на количество людей возле входа в ресторан: там родственники и гости, больше двадцати человек. Среди них замечаю родителей и Карину.

Пропустив жениха и невесту вперед, Ромка сгибает локоть, предлагая услуги кавалера. Его галантность подкупает. Жаль, что она не распространяется на слова.

Помедлив, соглашаюсь и внутренне досадно улыбаюсь тому, как быстро забываю обиды. Пара взглядов, касаний, осторожных слов, и ты уже не «девушка с низкой социальной ответственностью» в его устах, а истеричка, что сжигает возможные шансы на примирение.

Лену и Сашу встречают родители с караваем в руках и по традиции предлагают откусить, а после напутственных речей жених и невеста выпивают бокалы шампанского и бьют их. Осколки со звоном разлетаются в стороны, все кричат «Горько!».

Я улыбаюсь своим родителям, и мама, заметив меня рядом с Ромой, многозначительно подмигивает. Возможно, уже прикидывает бюджет на нашу с Ромкой свадьбу. Мотаю головой, даю понять, что между нами так… временно. А вот Карина сама не своя. То ли потому, что Никиты нет рядом, то ли что-то случилось.

Зайдя в здание, я отстаю от Ромки и гостей, цепляю сестру за руку:

– Карин, зависть – плохое чувство! Чего такая сердитая?

Она останавливается и растерянно смотрит в глаза, не решается что-то сказать. Потом резко выдыхает, будто в руках ее рюмка водки, и тянет меня в сторону:

– Пойдем в туалет.

– Верон! – Ромка окликает, остановившись на входе в банкетный зал.

– Подстрахуй! Я сейчас, – прошу понять и следую за Кариной.

Она постоянно оглядывается и, как шпионка на задании, изучает обстановку. Боже, столько осторожности в ее движениях! Боюсь представить, что случилось, морально готовлюсь к худшему.

В туалете эта маньячка дожидается свободную кабинку, и мы запираемся в тесной коробке.

– Да что случилось, Карин? – наблюдаю, как она, волнуясь, открывает свою маленькую сумочку из черного бисера. – Ты что, агент ЦРУ?

Пытаюсь сбить ее таинственность, ожидая, что достанет удостоверение.

– Хуже! – с этими словами она протягивает мне тест на беременность.

– Нее, я это трогать не буду… мне зачем?

– Да, дура, это не тебе. Смотри!

Прикусив нижнюю губу, она разворачивает маленькое окошко на тесте в мою сторону. На нем две полоски, и насколько я знаю – это положительный результат.

– Только не говори, что ты стырила у кого-то в институте или, куда хуже, – купила, чтобы так женить на себе Никитоса?

Она может, я знаю! Ума хватит на такие манипуляции.

– Совсем дура, не понимаешь? – Карина прислушивается к звукам в соседней кабинке и, поняв, что там никого нет, впивается ногтями в мое запястье. – Это мой! Утром сделала… у меня в сумке еще пять таких!

В ее глазах паника.

– Обалдеть! А он знает?

– Нет еще. Я с ним уже три дня не виделась, он меня избегает. – Она выбрасывает тест в урну и тянет мою руку к себе, вглядываясь в мои глаза. – Что мне делать, Верон? Мама меня убьет!

– Ну… я не знаю, если честно. Рассказать правду. Всем! Тебя же не через форточку продуло, а есть конкретный человек. Пусть как мужчина предлагает решение.

Что я могу еще сказать? Спрашивает, будто у меня своих детей семеро по лавкам, и все по залету.

– То есть Никита не придет на свадьбу? – внутри себя радуюсь тому, что не нужно будет прятать взгляд и переживать насчет возможной драки, но все равно беспокоюсь за Карину.

Она пожимает плечами.

– Одно не пойму, вы что, не предохранялись? – стараюсь не осуждать сестру, а пытаюсь понять, откуда у нее такая беспечность. – Я, конечно, не специалист в этом вопросе, но…

– Я жду от тебя поддержки, а не осуждения! Что мне делать?

– Расскажи ему, посмотри на реакцию… а там решите… что-нибудь.

Хотя могу предугадать его реакцию – это не я и ребенок не мой, попробуй докажи!

– В любом случае я буду рядом, Карин. И родители, думаю, тебя поддержат.

Как мне еще ее подбодрить? Сказать, чтобы послала его подальше и одна воспитывала ребенка? Или что ему плевать на нее. Пусть поступает как мужчина и женится! Хотя это худший вариант – жить с человеком, который тебя не любит.

– Все