Под защитой ректора - Мира Аллен

ответить что-то резкое, но вместо этого неожиданно тихо рассмеялся. И именно в этот момент всё изменилось. Резко. Без предупреждения. Улыбка исчезла с его лица мгновенно.

Кай замер у окна, не закончив движение. Бокал в его руке дрогнул, тонкое стекло жалобно треснуло под напряжением пальцев, и несколько капель вина скользнули вниз по ладони, смешиваясь с тонкими чёрными линиями магии, которые мгновенно проступили под кожей.

Ренар сразу выпрямился. Он слишком хорошо знал Кая. И сейчас увидел то, чего не видел уже очень давно. Настоящий страх. Не тот холодный расчётливый страх перед опасностью или войной. Не тревогу мага, почувствовавшего угрозу. Нет. Это было глубже. Личнее.

Кай резко поднял голову, будто пытался прислушаться к чему-то, недоступному остальным. Пространство вокруг него изменилось. Воздух снова стал тяжёлым, но теперь в нём не было той контролируемой силы, которую он показывал Совету. Эта магия была другой — живой, нестабильной, сорвавшейся вместе с эмоцией, которую он не успел скрыть.

Внутри что-то оборвалось. Мгновенно. Больно. Он почувствовал это так ясно, что на секунду перестал слышать всё остальное. Айя.

Её присутствие исчезло. Не ослабло. Не отдалилось. Пропало полностью. Связь, которую он сам до конца не хотел признавать, исчезла так резко, будто её вырвали из него вместе с воздухом.

Кай побледнел. Совсем немного. Но Ренар заметил. И этого оказалось достаточно, чтобы внутри тоже поднялось напряжение.

— Кай?

Тот не ответил сразу. Он продолжал смотреть куда-то вперёд, но уже не видел кабинет. Перед глазами вспыхивали обрывки: Айя в коридоре после ловушки, её взгляд, тихое «ты не понимаешь», шаг назад, напряжение в голосе — и теперь пустота.

Осознание пришло резко. Слишком резко. Она ушла сама. Эта мысль ударила сильнее всего. Не похищение, не нападение — решение.

Кай медленно закрыл глаза. На одно короткое мгновение. И в этот момент внутри окончательно сорвался контроль. Тьма рванула по комнате мгновенно. Свечи погасли. Стёкла задрожали так сильно, что по одному из окон пошла тонкая трещина. Магия ударила в пространство тяжёлой волной, заставляя воздух сдавиться от силы, которую Кай больше не пытался удерживать полностью. Ренар резко шагнул вперёд.

— Кай.

Голос прозвучал жёстче. Уже без привычной лёгкости. Но Кай его почти не слышал. Внутри поднималась ярость. Глухая. Тёмная. Опасная. На самого себя, на Совет, на Дарвена, на Айю. Потому что она снова решила всё одна. Снова соврала. Снова попыталась исчезнуть, будто это может кого-то спасти.

Кай резко открыл глаза. Теперь в них не осталось ничего мягкого. Только тьма и бешенство, которое он уже не скрывал.

— Нет.

Слово прозвучало тихо. Но от него по комнате снова прошла дрожь. Ренар напрягся ещё сильнее.

— Что случилось?

Кай резко двинулся к двери. Так быстро, что пол под ногами глухо треснул от всплеска силы.

— Она ушла.

Голос стал низким. Опасным. Каждое слово звучало так, будто удерживалось на последнем остатке контроля. Ренар нахмурился и сразу пошёл следом.

— Ты уверен?

Кай резко распахнул дверь кабинета. Коридор встретил их холодом ночного воздуха и тишиной академии.

— Да.

Он уже шёл вперёд быстрым шагом. Почти не замечая ничего вокруг. Мантия за его спиной резко двигалась от скорости, тьма всё ещё скользила по рукам, а адепты, случайно оказавшиеся в коридоре, мгновенно прижимались к стенам, чувствуя опасность раньше, чем понимали её причину. Ренар догнал его только у лестницы.

— Кай, остановись и подумай.

— Я уже подумал.

Он даже не посмотрел на друга.

— Она ушла к нему.

Эти слова прозвучали с такой уверенностью, что у Ренара внутри всё похолодело. Потому что он понял — Кай действительно верит в это. И сейчас он находится в том состоянии, когда способен разрушить половину Империи, лишь бы вернуть её обратно.

Они дошли до женского крыла общежития слишком быстро. Кай почти не замечал дороги. Коридоры академии мелькали перед глазами размыто — каменные стены, свет редких магических ламп, тени адептов, поспешно уходящих с пути. Он двигался резко, быстро, и пространство вокруг реагировало на его состояние. Воздух становился тяжелее, магия дрожала под кожей, срываясь наружу короткими всплесками.

Ренар шёл рядом молча. Сейчас любые попытки успокоить Кая были бесполезны. Он уже видел его таким раньше. Очень давно. И всегда после этого что-то ломалось.

Кай резко остановился у двери комнаты Айи. На одно короткое мгновение в коридоре повисла тишина. Будто сама академия задержала дыхание вместе с ним. А потом дверь распахнулась. Слишком резко. С такой силой, что ударилась о стену.

Мирелла вздрогнула. Она сидела на кровати Айи, сжимая в руках тонкий плед, и явно не ожидала увидеть на пороге Кая Блэквуда в таком состоянии.

Несколько секунд она просто смотрела на него. На тьму, всё ещё скользящую по его рукам. На жёсткое напряжение в плечах. На взгляд, от которого по спине пробегал холод.

Ренар вошёл следом и быстро окинул комнату взглядом. Пусто. Слишком пусто. Шкаф приоткрыт. На столе беспорядок. Несколько вещей исчезли. И это сразу подтвердило худшее. Кай медленно вошёл внутрь. Каждое движение теперь казалось опасным.

— Где она.

Голос прозвучал тихо. Но в этой тихости уже не осталось ничего человечески спокойного. Мирелла сглотнула. Она знала Кая как холодного ректора, которого боялась половина академии. Но сейчас перед ней стоял не ректор. Сейчас перед ней был мужчина, у которого забрали что-то важное. И это делало его страшнее.

— Она… ушла.

Кай не двинулся. Вообще. Только взгляд стал темнее.

— Куда.

Мирелла опустила глаза.

— Не сказала.

Ложь. Кай почувствовал это сразу. И Ренар тоже заметил, как резко изменилось выражение его лица.

— Мирелла.

Теперь голос Кая стал ещё тише. Опаснее.

— Не лги мне сейчас.

Девушка нервно сжала плед.

— Она сказала, что сама приняла решение.

— Что так будет лучше.

Кай резко отвернулся. Провёл рукой по лицу. Ярость внутри становилась всё тяжелее, всё труднее удерживалась под контролем. Он уже понимал. Айя снова решила пожертвовать собой ради других. Снова выбрала исчезнуть, не оставляя ему права выбора. Ренар подошёл ближе к Мирелле. Его голос, в отличие от Кая, оставался спокойным.

— Что ещё она сказала?

Мирелла медленно подняла взгляд. В её глазах смешались тревога и растерянность.

— Что всё было игрой.

Тишина ударила по комнате. Кай медленно замер. Мирелла сглотнула.

— Сказала, что ей нужно было внимание ректора… и она его получила.

Даже произносить это вслух ей было тяжело. Потому что она сама не верила ни единому