История одной ненависти - Дара Бояринова

В холле, в коридоре, ведущем в кухню, и в самой кухне вдруг оказалось очень много людей. Все говорили одновременно. Кто– то громко и настойчиво что– то объяснял, кто– то отдавал резкие приказания. Но я не замечала всего этого, прислушивалась к ощущениям в пальцах, надавливающих на шею Альберта в поисках пульса.

Раз, два, три… Есть! Еле уловимый, неровный, но есть! Перекрикивая стоящий гомон, громко и четко сказала:

– Дайте мне телефон!

Кто– то протянул мне переговорник. Взяла и никак не могла сообразить, какой надо набрать номер.

– Тиночка! – позвал ее кто– то.

– Сейчас! Надо вызвать лекаря!

– Тина! – повторили более настойчиво. Почувствовала, как чья– то рука берет меня за подбородок и поднимает голову.

Увидела сидящего рядом на корточках Итана. Он заглянул мне в глаза и, тщательно выговаривая слова, произнес:

– Лекарь уже здесь! Смотри, вон там, видишь! – он повернул мою голову в сторону, и я увидела людей в салатных лекарских халатах.

Один стоял на коленях возле Альберта, второй пытался отодвинуть меня и занять моё место.

– Хорошо! Доктор, он ранен, ножом! – пыталась я объяснить им.

– Он видит, – ответил Итан, за руку поднимая меня с колен.

Лекарь, стоявший рядом, повернул меня к себе и заглянул в глаза.

– У нее шок. Тесса, срочно укол! – сказал он медсестре, которая вошла в кухню и поставила на стул большой медицинский ящик.

– Не надо, – ответил ему Итан, усаживая меня на стул.

– Надо, голубчик! Вы что? Такое пережить! Может запросто в ступор впасть, войти в тяжелую депрессию, не говоря о других последствиях!

– Не надо, мы сами, – ответил ему Итан и крикнул: – Ролан!

– Да здесь я, здесь! – протянул тот Итану стакан с коньяком. – Давно жду! Вы тут болтаете, а мисс плохо! Тиночка, выпей!

Взяла стакан, посмотрела на него, перевела взгляд на Итана.

– Выпей! – подбодрил он и подтолкнул мою руку, державшую стакан, к губам.

Послушно выпила, не почувствовав никакого вкуса.

Принесли носилки, на которые лекарь и какой– то человек, видимо шофер «скорой», положили Альберта.

– Бегом в машину! – приказал доктор.

– Как он? – спросила я.

– Жить, скорее всего, будет! Все не так уж плохо. Вы молодец, что не дали нож вытащить, думаю, вы ему этим спасли жизнь.

– Он не умрет? – уточнила я.

– Надеюсь, что нет! Организм, правда, ослаблен, но рана не самая опасная. А вам, милая, все– таки надо укол сделать.

– Не надо, – вяло отмахнулась.

– Ну, как хотите. Тогда напейтесь, снимите стресс, прописываю как лекарь!

– Спасибо вам, что так быстро приехали! – поблагодарила я.

Лекарь удивленно посмотрел на меня, перевел вопросительный взгляд на Итана, тот махнул ему рукой, мол, потом, всё потом.

– До свидания, мисс! – сказал лекарь и быстро вышел.

– Ролан! – позвал Итан.

Он сел рядом со мной, подвинув свой стул вплотную, не выпуская из своих объятий.

– Да здесь я! – буркнул Ролан, выставляя на стол початую бутылку водки и стакан.

Вокруг нас троих, сидящих за столом, суетились какие– то люди, что– то делали, переговаривались: я не понимала, откуда они взялись в моём доме, но меня это и не интересовало. Ролан налил еще полстакана коньяка и протянул мне:

– Тина, давай! Это антидепрессант!

– Давай, залпом! – поддержал его Итан.

Опять послушно выпила, как воду, не понимая, что пью.

– Лизи! – закричал Итан.

– Что? – отозвалась та.

– Лизи, здравствуйте, – поздоровалась я.

– Давай ее в ванную, смой с нее все это и переодень! – сказал Итан Лизи.

– Зачем меня переодевать? – удивилась я.

Мне никто не ответил. Посмотрела на всех троих, переводя вопросительный взгляд с Итана на Ролана, потом на Лизи. Потом опустила взгляд на себя и увидела, что вся одежда, руки, ноги перепачканы кровью.

– Да, Лизи, идем в ванную, ты мне поможешь… –поднялась, сделала два шага вперед и остановилась, потрясенно глядя на пол, где увидела большую красную лужу. – Богиня, сколько крови!..

Все дальнейшее помнила смутно, как размытую картинку или давно виденный и забытый фильм. Меня куда– то вели, раздевали, мыли под душем, одевали. Слышала, как Итан жестким тоном давал указания, куда– то торопился идти.

– Лизи, я тебя прошу, когда здесь ребята все закончат, приведите тут всё в порядок, а вещи ее выброси!

– Конечно, Итан! Уводи ее скорее, ты же видишь! – подгоняла его Лизи.

– Иди, Итан, иди! – замахал Ролан, –Мы разберемся! Сейчас Лара приедет, я ей позвонил.

– Вот и хорошо!

Итан схватил безвольную меня в охапку и потащил из дома. Я не сопротивлялась, не реагировала на происходящее. В голове по кругу ходили одни и те же мысли, я не отдавала себе отчет какие, только чувствовала, что они затягивают меня, как в омут, – я объясняла что– то Одри, повторяла ее слова, оправдывалась, и опять сначала – объясняла, пыталась вразумить, остановить, уговорить!

* * *

Итан гнал по улицам, не соблюдая никаких правил, торопясь привезти ее домой, спрятать от нее же самой, успокоить, вывести из состояния ступора. Он кожей, нутром чувствовал, что с ней происходит!

Она молчала!

Тина, зажав обе ладони между колен, слегка раскачивалась в такт своим мыслям и молчала.

Итану это очень не нравилось! Лучше бы плакала!

Он сосредоточился на дороге, обгоняя машины, всадников, экипажи и кареты, пролетая на красный там, где не было пешеходов. У него ходили желваки на скулах от напряжения и невозможности ей помочь в этом тягучем, пугающем молчании.

И тут Тина зарыдала! Слава тебе Богиня! Она плакала горько, громко, не вытирая текущих по щекам и попадающих на губы слез, безуспешно пытаясь что– то сказать, объяснить, вытолкать из себя слова!

– Сейчас, моя хорошая, сейчас! – успокаивал он ее. – Уже приехали! Ты плачь, плачь!

Итан бросил машину прямо под дверью подъезда, выскочил из нее и за руку выдернул Тину из салона, хлопнув дверцей и одновременно подхватывая Тину на руки. Он бегом промчался по этажам, быстро открыл квартиру, голосом отключая запирающий амулет, влетел в прихожую, ногой захлопнув за собой дверь, побежал в комнату, уложил Тину на кровать, снял с нее обувь