Одиннадцать огней Азеры - Лина Розен

Все растения в саду имели практическое значение. Ветви худой сеи служили одновременно источником древесины и поддерживали качели, смастеренные учениками из сломанного стула. Плоды сеевого дерева давали материалы для плетения нитей и дарили обитателям Ночной башни свой праздник цветения, одновременно похожий на аморийский и отличный от него.

Свободно растущие кусты роз позволяли ученикам делать чай, а наматы, служившие водным символом Собора Хаоса, – ароматное масло. Оплетающие стены Ночной башни салоры являлись ценным источником лекарственных ингредиентов и укрытием для тех, кто хотел побыть наедине с собой.

Заложив руки за спину, аделье Лейер стоял у левого пруда с прозрачной водой, наблюдая за неповоротливыми красными карпами, неторопливо рассекающими по дну. Он заметил Ардали, едва та вышла на мост, – такую же упрямую, как эти карпы, желающие продолжать плыть несмотря ни на что.

Хорошо, что она забыла о случившемся. Как знать, сумел бы он заполучить согласие девушки, помни она обо всем? Сведения торговца внушали опасения.

Аделье Лейер до сих пор не знал, кто опередил торговца. И, главное, как? Почти все известные ему яды действовали быстро. Дали же, по словам торговца, была совершенно здорова, когда просила помочь покинуть Фьери.

Его не покидала одна мысль. А что, если Дали не хотела возвращаться к нему? Что, если она вспомнила или узнала о чем-то, пока была в Амории? Что, если главной ее целью было попасть в Собор, и лишь по воле Хаоса она вновь оказалась в его руках?

Она, как красный карп, трижды пыталась уплыть и дважды возвращалась. Что ж, если между ним и Дали стоял кто-то третий, он намеревался сделать так, чтобы места для него не осталось. В дальнейшем он позаботится о том, чтобы девушка никогда не забывала о том, кто кормит ее.

- Та э рахе, – аделье Лейер воспользовался подслушанным приветствием, внимательно всматриваясь в девушку, чтобы не упустить ни единого изменения в выражении ее лица. Она узнала сказанные владельцем Дома перепутья слова, но они не оказали на нее того впечатления, какое должны были произвести на бывшего ученика. По крайней мере этого Дали точно не помнила.

- Аттера... ли, – ответила девушка, разделяя каждый слог.

Аделье Лейер улыбнулся. Ей стоило сказать: «Аттера ар», но плохое знание древнего языка Хаоса лишь подтверждало результаты первой проверки.

- Присядем, – он указал на качели и махнул рукой, отпуская приставленного хасилами проводника. Старший ученик отошел поодаль, скрываясь за ветвями салоры, но не покидая ночной сад совсем. Ардали села на качели. Хозяин Дома перепутья встал позади нее. – Ты хорошо спала?

Девушка не хотела лгать и говорить правду – аделье Лейер оставался для нее посторонним. Однако она не могла обидеть его молчанием.

- Агнета хорошо заботилась обо мне в эту ночь, – ответила она, рассматривая потемневшие кончики пальцев.

- Агнета – это старшая, которая присматривает за тобой?

Ардали кивнула. И почти тут же, вспомнив, что сидит к аделье Лейеру спиной, озвучила мысли вслух.

- Да, ее так зовут, – она запнулась на миг, прежде чем поспешила добавить. – А как прошла ваша ночь? Вы отдохнули?

- Ты волнуешься обо мне или пытаешься быть вежливой, Дали?

Девушка сжала ладонь. Разговор давался Ардали с трудом.

- Вчера вы выглядели встревоженным и уставшим.

Аделье Лейеру не нравилось, как девушка ускользала от прямых ответов, но пока ее вежливость устраивала его. Он наклонился к ней, слегка массируя тонкие плечи.

- Дали, ты ведь честна со мной? – спросил он

«Как часто вы говорите неправду, от одного до десяти?» – всплыл в памяти некогда заданный похожий вопрос. Ардали невольно обернулась, встречаясь с владельцем Дома перепутья лицом к лицу. Ладони аделье Лейера ощущались тяжестью.

Расстояние между ними было слишком маленьким, но девушка заставила себя остаться в том же положении. Владелец Дома перепутья придавал деталям большое внимание, а она все-таки обещала обет ему.

- Может ли быть иначе? – ответила она вопросом на вопрос.

Аделье Лейер улыбнулся. «Усмехнулся», – мысленно исправила Ардали. Улыбка мужчины была холодна.

- И все-таки ты не ответила, – владелец Дома перепутья убрал руки с девичьих плеч. – Ты расстроена из-за того, что в прошедший вечер я солгал?

- Вы солгали?

Девушка казалась удивленной. Аделье Лейер слегка толкнул качели.

- Дали, ты ведь знаешь, почему я сказал, что ты моя невеста, и просил хасила принять наш обет?

- Вы заботились обо мне. Хотели помочь задержаться в Соборе подольше.

- Верно. Меня обеспокоило, что ты отравлена. Я надеялся узнать, кто это был, но ты забыла, что случилось…

- Забыла, – пробормотала она, отводя взгляд. Невольное движение Дали сообщало о том, что девушка говорила неправду, однако ее слова наводили на мысль и о простой тревоге из-за случившегося. Аделье Лейер не понимал, что здесь вернее.

- Хочешь, я покачаю тебя, Дали? – предложил он.

- Хорошо, – Ардали кивнула, не слишком желая качаться, но не в силах отказать мужчине. Она наконец могла не смотреть в его глаза.

Владелец Дома перепутья натянул спинку качелей и отпустил ее. Мгновение облегчения, возникающий трепет, и девушка взмыла в воздух.

- Как ты попала в столицу? – аделье Лейер продолжил допрос, вынуждая Ардали отвечать на лету.

- Милийцы помогли.

- Как ты держалась все эти дни? – он подтолкнул со спины.

- Устроилась во Фьери.

Девушка сжала цепь, ощущая нарастающую тошноту. Владелец Дома перепутья снова толкнул качели.

- Ты никому не перешла дорогу? Не залезала в долги?

Почему он продолжает задавать вопросы? Почему не отстанет от нее?

- Нет.

- Торговец сказал, ты оставила в повозке вещи. Чем ты платила за кров и еду?

Ярость накрыла девушку, как волна – берег моря в шторм. Ардали остановила качели, вгрызаясь носочками туфель в землю.

Сильный порыв ветра сорвал с ветвей несколько плодов сеи, на лету раскрывая и превращая их в белый снег. Темное чувство сменилось растерянностью: а было ли это или только привиделось ей?

Воспоминание мелькнуло и рассыпалось в памяти, как сея. Несколько пушинок упали в раскрытую ладонь девушки. Она закрыла глаза, прислушиваясь к ощущению мягкости в своей руке.

Они сидели на лестнице, ведущей в Лилию со стороны сада, скрытые от посторонних глаз. Разноцветные отсветы от мозаики на арочном окне слабо проявляли их, расположившихся плечом к плечу.

-