Друг отца. Под кожей греха - Anna

Я согласился. Так действительно будет лучше.

— Адриан, помнишь моего знакомого психотерапевта? Я пришлю тебе номер. Свяжись с ним, может, он подскажет что-нибудь. Состояние Стейси — это ненормально.

Гений.

Естественно, блядь, ненормально.

Главное сейчас — не сорваться.

Синклер старается. И, если честно, я вообще должен быть ему благодарен.

— Присылай.

— И ещё. Камера, которая смотрит на входную дверь, ведь работает? Посмотри запись сегодняшнего утра. Может, заметишь что-нибудь странное.

Точно. Камера.

Сбросив вызов, я открыл ноутбук и запустил систему видеонаблюдения.

Злость на самого себя вспыхнула с новой силой, стоило увидеть всё собственными глазами.

К чёрту переговоры.

К чёрту партнёров.

Я должен быть рядом с Анастейшей.

Набрал её номер. Казалось, гудки тянулись бесконечно. И вот наконец послышался её мягкий, заспанный голос.

— Я так по тебе соскучилась.

Думал, что звонок хотя бы немного снимет груз с плеч… Но вместо облегчения стало только хуже

— Я тоже соскучился, моя девочка, — сдавленно произнёс, проведя ладонью по лицу. — Обещаю: больше никогда не оставлю тебя одну. Сейчас же куплю билет на ближайший рейс.

— Я так рада… — промурлыкала она. — Без тебя холодно. Очень.

Мысленно выругался и плотно сжал губы. Желание было одно, мучительное и невозможное прямо сейчас: оказаться рядом и больше никогда не отпускать её.

Пока подбирал слова, Анастейша снова погрузилась в сон. А я, как идиот, вместо того чтобы действовать, просто сидел и слушал её дыхание.

Через какое-то время связь оборвалась, оставив пустоту, которую могла заполнить лишь она.

Поставив перед собой ноутбук, зашёл на сайт, решительно настроенный выполнить обещание и прилететь как можно скорее. Проверил наличие билетов — ни на сегодня, ни на завтра, ни в экономе, ни в бизнес-классе мест нет. Словно даже авиакомпании решили сыграть против меня.

Захлопнул крышку ноутбука и раздражённо откинулся в кресле.

— Сука… серьёзно? — прорычал сквозь зубы. — Всем вдруг срочно понадобилось из Милана в Нью-Йорк?

Руки непроизвольно сжались в кулаки. Стены этого чёртового номера давили, не давая вздохнуть. Схватив пальто с вешалки, резко вышел из отеля, надеясь, что холодный ночной воздух хоть немного приведёт мысли в порядок.

Уже на улице, двигаясь в неизвестном направлении, связался с психотерапевтом, о котором упоминал Синклер. Коротко и по делу изложил всё, что произошло.

Он выслушал и только потом перешёл к выводам:

— Если опираться на ваше описание, это похоже на острое тревожное состояние, близкое к панической атаке. Вероятным триггером стало чувство оставленности и отсутствие значимой поддерживающей фигуры в критический момент. Поведение указывает на попытку восстановить контроль: повышенная настороженность, проверка безопасности, потребность в присутствии «защитника». Состояние могло усилиться на фоне эмоционального истощения, нарушения привычного ритма жизни и внешних стрессовых факторов. В психотерапевтическом контексте подобная реакция типична для людей, переживших ранние утраты или не имевших надёжной опоры в детстве.

— Раньше с ней такого не случалось, — сказал я.

Или случалось? По крайней мере, Стивен никогда не упоминал ничего подобного. Стоит ли поговорить с ним?

— У людей, переживших травму в раннем детстве, подобные реакции могут проявиться спустя годы, — спокойно продолжил он. — Иногда даже в зрелом возрасте. Всё зависит от обстоятельств, которые запускают механизм. Понимаете? В любом случае я рекомендую очную консультацию. Но прежде — сделайте электроэнцефалограмму. Мне понадобятся результаты.

Зои всё-таки удалось оставить свой след в психике Анастейши.

— Чёртова сука, — прорычал, убирая телефон в карман.

Поднял глаза и наткнулся на неоновую вывеску местного бара. Резкая, почти физическая потребность выпить накрыла внезапно — не раздумывая, толкнул дверь и вошёл внутрь.

Было шумно. Музыка глухо билась где-то под рёбрами — раздражала, но одновременно помогала не думать. Я прошёл к барной стойке, не оглядываясь по сторонам, и сел, оперевшись локтями о холодную поверхность.

— Виски. Без льда, — коротко бросил бармену.

Пока он наливал, я машинально сжал кулаки, проверяя, не дрожат ли руки.

Дрожали. Слабо.

Первый глоток обжёг горло.

— Мистер Кроуфорд?

Знакомый голос раздался сбоку. Я медленно повернул голову и столкнулся взглядом с Бёртоном — ублюдком, из-за которого пришлось оставить Анастейшу и тащиться в эту чёртову страну.

— Не ожидал увидеть вас здесь, — добавил он, криво улыбнувшись.

Кровь мгновенно закипела. Пальцы сжали стакан до белых костяшек, и я, не повышая голоса, процедил сквозь зубы:

— Развернись и уйди. Иначе сегодня твоё лицо станет мишенью.

Анастейша

Я стою на крыльце своего маленького дома в родном городе и не могу понять, как сюда попала. Всё вокруг кажется одновременно знакомым и чужим — будто мир раскололся и меня затянуло в другую реальность. Взгляд цепляется за детские качели — те самые, которые отец убрал, когда мне было четырнадцать. А теперь они снова здесь, словно меня без предупреждения вернули в прошлое…

Вдруг детский крик рвёт тишину. Сердце ухает в груди, и я мгновенно вбегаю в дом. Внутри — высокая женщина, её лицо искажено гневом. Я делаю шаг ближе и вижу маленькую девочку, лет пяти. Она держится за щёку с яркой красной отметиной, слёзы блестят в полумраке, а дыхание быстрое и прерывистое.

Я… узнаю эту девочку.

Это ведь я.

— Ты мне всю жизнь испортила! — кричит женщина, тыча пальцем в ребёнка. — Ненавижу тебя! Отродье! И твоего папочку — тоже!

— Отвали! — рвусь к ней, пытаясь оттолкнуть женщину, но рука проходит сквозь её тело.

Меня не видят.

В ту же секунду малышка, будто всё-таки почувствовав моё присутствие, шлёпнула женщину по ноге — отчаянно, неловко, как умеют защищаться дети. И тут же бросилась к входной двери.

— Ах ты тварь! — прорычала женщина и резко схватила ребёнка за рыжие волосы.

Мы закричали одновременно. Боль. Я тоже её чувствую…

Пальцы сжались на шее девочки. Я начинаю задыхаться вместе с ней. Мир расплылся, цвета потемнели, а воздух будто исчез.

Я открыла глаза, жадно втягивая воздух. Несколько минут лежала неподвижно, а потом всё-таки приподнялась и включила свет.

Сон. Всего лишь сон… но такой реальный, будто всё происходило наяву. И эта женщина… кто она? Мама?

Сердце забилось тревожно и быстро, на лбу выступили крупные капли пота, а голову будто зажали в тиски.

Вдох. Выдох. Как учил профессор.

Снова вдох — и выдох.

Всё хорошо. Это просто сон. Я в доме Адриана. Здесь мне ничего не угрожает.

Вдруг раздался звонок в дверь.

Кто это?

Я вскочила с кровати и почти бегом рванула вниз, забыв даже взглянуть на внутренний монитор.

Распахнула дверь… и на мгновение потеряла дар речи.

— А вот и я! — весело произнесла Мия, стоя на пороге. — Сегодня у нас