Искушение Озеда - Виктория Эвелин

В груди у него зародилось мурлыканье, и он приподнял брови.

— Дай мне еще немного времени, и, держу пари, я мог бы стать ее новым любимцем.

Алекс разразилась мелодичным смехом. Он зазвенел у него в груди, усиливая интенсивность его мурлыканья. Он притянул ее к себе и впился в ее губы страстным поцелуем, пока они поднимались на второй этаж и неуклюже проковыляли в ее комнату.

Она ахнула, когда он схватил ее за талию и бросил ее на кровать, сорвав с себя рубашку, прежде чем она упала на матрас. Она хихикнула, подпрыгивая, и задрала платье кверху. Он только что провел несколько часов, любуясь ее обнаженным телом, но все еще не мог насытиться.

Он возился с застежками своих брюк и мысленно благодарил Богиню за каждый квадратный дюйм ее тела, который он видел. Сняв нижнее белье, она легла на спину, улыбаясь и полностью обнажаясь перед ним. Это проклятое стеснение снова сдавило его грудь. Жар пробежал у него от макушки до плеч при виде того, как она бесцеремонно раздвинула колени. В ее глазах сверкнул вызов.

Сбросив штаны, он расставил ноги в изножье кровати и взял себя в руки, наслаждаясь видом и тем как быстро расширились ее зрачки, когда она наблюдала, как он ласкает себя. Ее маленькие груди с темно-коричневыми сосками покачнулись, когда она сделала прерывистый вдох.

— Иди сюда, — потребовала она.

Его нога дернулась, чтобы подчиниться, но он не сдвинулся с места.

Она нахмурилась и раздраженно фыркнула, чтобы показать свое разочарование.

Четыре тонких ствола дерева поднимались к потолку в каждом углу ее кровати, служа столбиками. Потянувшись к двум столбикам в изножье ее кровати, он обхватил их ладонями и замер в ожидании, словно бросая молчаливый вызов.

Он никогда не смог бы проделать это с клеканской женщиной. Если бы его попросили доставить удовольствие, а он отказался, потребовав взамен свое? Что ж, для него бы это плохо кончилось. Но Алекс не была кликанианкой. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь придет в отчаяние из-за этого.

Она ухмыльнулась ему, и ее разум, скрытый за прекрасными карими глазами, заработал, решая, подчиняться ему или нет. Затем, наконец, она поднялась на колени и подползла к нему, удерживая зрительный контакт, в то время как ее тело раскачивалось из стороны в сторону в такт движению. Он пристально наблюдал, как она приближается к нему. Его сердце бешено колотилось в груди, а кровь пульсировала в его поднятых руках и члене.

Встав на колени на кровати перед ним, она посмотрела вверх.

— Ты думаешь, что ты такой ловкий (прим. Slick — скользкий, ловкий), не так ли?

Он издал смешок и наклонил голову, пока их дыхание не смешалось.

— Не достаточно скользкий (прим. игра слов), красавица.

Она попыталась подавить это, но улыбка, появившаяся на ее лице при этом намеке, была слишком широкой. Ему понравилось, что он смог выразить это.

Из его положения стоя ее взгляд доходил только до его груди. Она придвинулась немного ближе, целенаправленно проведя головкой его напряженного члена по низу своего живота и заставив его зашипеть.

На ее коже заблестел намек на его преякуляцию, и он крепче сжал столбики. Столбы были хороши для демонстрации его самоуверенной, расслабленной позы, но теперь они были единственными, что удерживало его от того, чтобы забыть об игре и наброситься на нее.

Подняв ладони, она провела ими по его груди, задев мизинцем сосок. Он втянул воздух и выдохнул, его мурлыканье смешалось с рычанием. Ее губы изогнулись. Она обхватила ладонями его спину и прижалась к нему еще теснее, покрывая нежными поцелуями его грудь и спускаясь вниз по животу.

Она издала короткий стон благодарности, когда добралась до его пресса, целуя каждый из них по очереди и широко разводя колени, чтобы опуститься ниже. К тому времени, как она лизнула почерневшую часть отметин на его бедре, он уже почти задыхался. Возможно, это была плохая идея; такими темпами он бы взорвался, как только она овеяла бы своим дыханием его член.

Словно точно зная, что она с ним делает, она остановилась и поймала его взгляд. С легкой улыбкой она взяла его в рот. Движение его бедер было неожиданным, как и поток проклятий, которые он издал, почувствовав, как ее язык кружит вокруг его головки.

Его руки задрожали от усилий не раздавить дерево в лепешку, но он не мог отвести взгляд. Ее темно-каштановые волосы волнами падали на спину, ресницы были опущены, щеки ввалились, когда она еще глубже втянула его в рот. Его пальцы так и чесались зарыться в ее волосы и почувствовать, как она покачивает головой взад-вперед, но он боялся, что сожмет ее слишком сильно.

Когда ее руки скользнули дальше по его спине, а ногти впились в его ягодицы, он понял, что она должна остановиться. Его рука молниеносно скользнула вниз и зарылась в ее волосы, как он и предполагал, но вместо того, чтобы почувствовать, как она двигается в его объятиях, он отстранил ее.

Она с хлопком выпустила его, тяжело дыша. Румянец залил ее щеки и грудь до самых сосков. Чуть крепче потянув ее за волосы, он заставил ее посмотреть себе в глаза. Она одарила его улыбкой.

— На вкус ты как солнечный свет.

У него вырвался хриплый стон, и он прижался губами к ее губам с такой силой, что их обоих вдавило в мягкий матрас. Ему нужно было оказаться внутри нее, прямо сейчас. Просунув руку между их телами, он обхватил пальцами ее лоно и застонал, обнаружив, что она уже истекает влагой и готова принять его.

Он приподнялся и схватил ее за бедра, собираясь перевернуть, но она остановила его, положив руку ему на запястье.

— Нет. Давай останемся в этой позе.

На мгновение его затуманенный похотью разум охватило смятение.

— Да?

Она приподнялась на локте и провела большим пальцем по его подбородку, казалось, очарованная этим. Ее брови сошлись на переносице.

— Да. Что-то не так? Не хочешь смотреть на мое лицо, пока мы будем это делать? — Она перевела это в шутку, но он заметил вспышку неуверенности за этим вопросом.

Обхватив ее лицо обеими руками, он поймал ее взгляд.

— Если бы я мог смотреть только на одну вещь, когда умирал, это было бы твое лицо. — Она закатила глаза и усмехнулась, явно приняв его искренний и очень серьезный