Адептка вне закона, или Ректор, берегите нервы! - Анастасия Смирнова

class="p1">​На первом же пролёте мне преградили путь двое Ищеек в тяжёлой броне. Они нервно озирались, сжимая в руках боевые артефакты. Я не стала прятаться, а вынырнула из мрака абсолютно бесшумно.

​Первый конвоир даже не успел моргнуть, как лезвие ножа Каэля вошло точно в открытый стык доспехов на его шее. Я выдернула клинок с тошнотворным хрустом, одновременно разворачиваясь ко второму. Тот открыл рот, чтобы закричать, но я прыгнула вперёд, сбивая его с ног всем своим весом, и впечатала колено ему в грудь, ломая рёбра. Второй удар рукоятью ножа в висок навсегда погрузил его в темноту.

​Ни капли магии. Только звериная скорость и инстинкт убийцы.

​Перешагнув через тела, я пошла дальше. След из смрада привёл меня к массивным, окованным чёрным железом двойным дверям. За ними находился Главный Ритуальный зал.

​Сквозь щель между створками пробивался тошнотворный, пульсирующий фиолетово-чёрный свет. Оттуда не доносилось ни звука — заклинание полога тишины глушило крики. Но я чувствовала, как за этими дверями обрываются чужие жизни, втягиваемые в ненасытную утробу артефакта.

​Я прижалась лбом к холодному металлу. Гнев достиг точки кипения, превратившись в абсолютный, звенящий лёд.

​— Твоё время вышло, Вейн, — прошептала я.

​Я ударила ногой в тяжёлую створку двери с такой силой, что сорвало засов, и шагнула прямо в сердце тьмы.

Глава 29. Эпицентр шторма

​Ментальный кокон, заботливо сотканный из золотого тепла, был безупречен. Он убаюкивал, успокаивал измученное ядро и дарил иллюзию абсолютной безопасности. Но разум архимага, тренированный десятилетиями жесточайшего контроля и интриг, невозможно было обманывать вечно. Особенно когда дело касалось истинной пары.

​Элиас Вернер проснулся от неестественной, звенящей пустоты.

​Он резко открыл глаза в темноте бревенчатой избы. Рука, которая ещё недавно обнимала горячее, живое тело, теперь сжимала лишь скомканную, остывшую простыню. Место рядом с ним пустовало.

​— Роксана? — его голос прозвучал хрипло, но в нём уже начала зарождаться ледяная тревога.

​Ответом ему было лишь мерное посапывание Каэля у порога да тихое бормотание Марго во сне.

​Элиас мгновенно нырнул в свой резерв, пытаясь нащупать бинарную связь. И наткнулся на глухую, непроницаемую стену золотого огня. Она заблокировала его искру, отрезала от себя, оставив лишь приторное эхо фальшивого покоя.

​Осознание ударило по нервам с силой высоковольтного разряда. Она ушла. Ушла одна.

​В ту же секунду иллюзорный покой избы разлетелся вдребезги.

​Гнев Ледяного Короля не был похож на вспышку человеческой злости. Это была первозданная, слепая стихия. Температура в комнате мгновенно опустилась ниже нуля. Деревянные стены затрещали по швам от перепада давления, а стёкла на окнах взорвались мелкой крошкой, не выдержав удара изнутри.

​— Роксана!! — рык Элиаса сотряс избу, больше напоминая раскат грома.

​Во все стороны от его тела ударила волна концентрированного мороза и фиолетовых молний. Тяжёлый дубовый стол, за которым они ещё вечером строили планы, с треском разлетелся на щепки. Стулья отбросило к стенам.

​Каэль вскочил на ноги с арбалетом наперевес, ослеплённый спросонья, но тут же оказался прижат к стене невидимым магическим прессом. Марго с криком свалилась с дивана, инстинктивно закрываясь руками от летящих осколков посуды и льда.

​— Ректор! Какого чёрта?! — истошно завопила ведьма, пытаясь перекричать рёв магии.

​Элиас стоял посреди разгромленной комнаты. Его глаза светились ровным, пугающим фиолетовым светом. Серебряные волосы разметались по плечам, а от кожи исходил видимый пар. Он тяжело дышал, и с каждым его выдохом пол покрывался толстой коркой инея.

​Его взгляд метнулся к пустой вешалке у двери. Ботинок Каэля не было. Походной куртки — тоже.

​— Она заблокировала связь, — процедил Элиас. Каждое слово сочилось таким абсолютным, вымораживающим бешенством, что Марго невольно вжала голову в плечи. — Эта невыносимая, упрямая девчонка решила, что может пойти против Изольды в одиночку.

​Его собственное ядро всё ещё кровоточило после цепей Подавления, но сейчас адреналин и бинарный резонанс, оставленный Роксаной, работали как мощнейший стимулятор. Элиас прекрасно понимал, что такое «Сердце Скверны». Даже со всей своей звериной яростью Роксана шла на верную смерть. Огонь не может сжечь то, что питается самой жизнью.

​— Она взяла мой метательный нож и зелье, — хрипло доложил Каэль, с трудом отдирая спину от заледенелой стены. Южный маг сглотнул, глядя на истинное лицо Ледяного Короля. — Разлом... Она пошла к геомантическому разлому! Больше ей никак не попасть в столицу так быстро.

​Элиас даже не вздрогнул. Его ярость за долю секунды кристаллизовалась, превратившись в холодный, математический расчёт безжалостного палача.

​Он резко развернулся и поднял с пола свои сапоги, промёрзшие до состояния камня. Щелчок пальцами — и лёд осыпался.

​— Одевайтесь. У нас меньше минуты, — бросил он, натягивая на плечи порванную, пропитанную кровью министерскую рубашку и плотный плащ Каэля.

​— Элиас, постой! — Марго бросилась к нему, хватая за рукав. — Твоё ядро! Ты не выдержишь перехода через дикий портал без защиты! Тебя разорвёт на куски! Нам нужен другой путь!

​Ректор медленно повернул голову и посмотрел на ведьму. В его серых, как грозовое небо, глазах не было ни капли сочувствия к собственному телу.

​— Если с её головы упадёт хоть один волос, Марго, мне больше не понадобится это ядро, — ледяным шёпотом ответил он, и от его тона у ведьмы перехватило дыхание. — Я сравняю с землёй всю столицу. И если разлом попытается меня остановить — я заморожу его изнутри.

​Он отстранил руку Марго, подошёл к разбитому окну и выглянул в предрассветную тьму.

​— Где этот разлом, Каэль?

​— Три мили на восток, — быстро ответил отшельник, закидывая на спину колчан с болтами и подхватывая сумку с остатками алхимии. — Я поведу.

​Элиас молча вышиб остатки двери плечом и шагнул в снег. Его тело было изувечено пытками, его магия работала на пределе возможностей, грозя обернуться полным коллапсом резерва. Но Ледяной Король не чувствовал боли. Единственное, что билось в его сознании набатом, была мысль о дикой кошке, которая сейчас в одиночку шла в пасть к чудовищу.

​И горе тем, кто встанет между ним и его парой.

****

​​Ритуальный зал встретил меня не тьмой, а ослепительным, болезненным фиолетовым сиянием.

​В центре помещения, прямо под куполом из чёрного обсидиана, парил артефакт. «Сердце Скверны». Оно выглядело как рваный кусок застывшей ночи, пронизанный пульсирующими венами живого света. Вокруг него, словно в трансе, висели в воздухе обескровленные тела магов — тех самых, которых Изольда вытянула из камер. Их жизненная энергия тонкими нитями