Магия уюта - Дина Зарубина

Начальство госпиталя тряслось и молилось. Не приведи боги, сам король Даэнир явится. Преступление неслыханное! Чтоб на школу магов напали… не было отродясь такого в Кэллавейне! Детей было жалко, но себя было еще жальче.

Кардинал Валерио не замедлил, прислал тоже гонца с указанием, чтоб комар носа не подточил. Чтоб и питание, и лечение, и уход самый лучший были.

Но это же деньги! Все денег стоит. Даже мешок репы! Денег кардинал как раз и не прислал, зато угроз – полный мешок.

А тут менталисты! Все отделение полно маленькими менталистами, ведь ничего же не скроешь! Где взрослый промолчит, маленький обязательно вслух расскажет!

Пронесите, боги, короля Даэнира и всякую напасть от монастыря!

***

– Ну? – Лайса приплясывала от нетерпения, пока Венди тщательно мыла руки. Палец за пальцем.

Венди так же тщательно расчесалась, не спеша переплела косу, плеснула водой в лицо. Выражение у нее было… сложное. Умывшись, Венди снова начала мыть руки. Механически, уставившись в зеркало над умывальником.

– Рассказывай же! – взвыла Лайса.

Тут я вмешалась, усадила всех за ужин и велела не портить аппетит всякими страстями. Тушеная картошечка, фасоль и жареная рыба. Просто, но вкусно.

– Я тебя убью, – пообещала Лайса, хищно глядя на Венди.

Венди поставила локти на стол, закрыла лицо и долго молчала. Затем, через сто лет, отняла ладони от подвижного личика и посмотрела мне в глаза.

– Ты знала?

– О чем? – закричала Лайса, вскакивая.

– Догадывалась и подозревала, – кивнула я.

– Так вот, значит… – пробормотала Венди и начала рассказывать. – В доме верховодит донна Фиона. Никто не рыпнется без ее слова. Кухарка, экономка, горничные, лакеи, все боятся ее, как огня. Виола сидит под замком в своей комнате, ей носят еду трижды в день. Гулять выпускают только на полчасика, в сад, и там тогда три лакея возле ограды стоят.

– Зачем? – вытаращила глаза Лайса. – Она же... знатная донья, она и так не сможет перелезть! Не сумеет.

– Наверное, чтоб на помощь не позвала и записку не передала, – подумав, предположила я.

– Зачем ей звать на помощь? Она же у себя дома?

– А ты думаешь, это нормальное времяпровождение благородной, обеспеченной доньи на морском курорте? Где все флиртуют, развлекаются, знакомятся, ходят на танцы, в театр, ездят на морские прогулки? А старая ведьма держит ее дома, отпуская только раз в неделю на поэтическое сборище бесталанных девиц? На которых она молча пялится в пространство, не в силах сказать ни бе, ни ме?

Лайса приняла озадаченный вид.

– Да, и насчет «знакомятся», – сказала Венди. – Завтра званый обед. Кухарка проболталась, что ждут жениха Виолы. И судя по тому, как скалится старая жаба, жених этот разве что родителям нравится. Исходя из их понятий о счастливой семье. Виола рыдала в комнате два часа и отказалась гулять идти. Значит, счастье там так себе.

– Как же увидеть этого жениха? – наморщила я лоб. Сбежать с работы?

– Обед в три, значит прибудет он в два или чуть позднее.

– Устроим засаду? – Глаза у Лайсы загорелись.

– Посмотреть можно, а предпринимать что-то, не зная, с кем столкнемся, глупо. Вдруг это сильный маг? У него амулеты могут быть, личина, оружие.

Лайса недовольно скривилась.

– Ирма, ты же в полиции работаешь! Вызови наряд!

– Ходить на обеды не запрещено. Хоть к невестам, хоть просто к знакомым. И даже к незнакомым, все равно не запрещено! – возразила Венди.

– Но мы обязаны ей помочь!

– И кто это нас обязал? Да ей достаточно стишок написать, все по ее будет… Только она боится. Или не умеет. Или запугали так, что она дышать боится.

– Думаю, последнее. Ведьма запугивает ее, поэтому она молчит, и сама себе вряд ли поможет.

– Чем запугивает? – нахмурилась Лайса. – Не переглядывайтесь так загадочно!

– Птичек помнишь? Которые люди? Вот. Этого она и боится, – хмыкнула Венди.

– Виола – незарегистрированный тауматург, – медленно и раздельно сказала я.

Лайса рассмеялась.

– Птичек боится? Ой, не могу! Ты же говорила, раз в столетие! Редчайшие маги! Сокровище королевства! А тут какая-то глупая фифочка…

– Она сама не понимает, что случилось. – Вздохнула я. – А объяснить ей никто не может, потому что магов в ее семье нет. Считает себя преступницей и ждет наказания. На ее глазах ее друзья в птиц превратились! Я тебе стишок дам прочитать. Называется «Солнечные птички». Читай про себя. Это не просто слова.

– Так вы не шутите? – Лайса глазами, полными изумления, посмотрела на нас. – Но этого просто не может быть! Она же… всемогущая! Всесильная! Ей та ведьма на одно двустишие!

– Ее никто никогда не учил. О магии она не имеет никакого понятия. Талант, самородок. Попавший в подлые и нечестные руки.

– Ну почему? Почему не мне?! Ух, я бы! – Лайса с досадой ударила кулачком о стол.

31

– Ты занят, дорогой? – в дверь кабинета заглянула королева.

Могла бы и слугу прислать, но ее величество Эухения ненавидела дворцовые условности. От ее будуара до кабинета мужа сто шагов, сама сходит.

– Ничего не получается, – Даэнир вложил тонкую костяную закладку в толстый справочник и захлопнул его. – Не встречалось таких случаев в истории Кэллавейна. Уверен, и совет магов скажет то же самое.

Птиц поселили в оранжерее. Даэниру казалось, что они смотрят на него с упреком. Он же могучий черный маг, он король, к его услугам все маги королевства, и почему он их еще не расколдовал? Строгая секретность и клятва о неразглашении всех участников операции вопроса не решает. Одно дело – забавная умная птичка, другое – возможность превращать неугодных в птиц. А лучше в ослов, лошадей и других полезных, не хищных животных. В хищных чревато. Но лучше об этом даже не думать, потому что желающих заполучить такое заклинание окажется тьма-тьмущая. Превратил врага и живи спокойно, что тебе воробей сделает? Или даже не врага! Дядюшку, который зажился на свете, а племянникам жить хочется на всю катушку. И как тут расследовать, как доказать? И что вменять? Не убили же… а просто деликатно убрали помеху. Статью в Уголовное уложение придется вводить новую. И ведь прямо