Иномирная колючка его высочества - Юлия Зимина

Мы с Кирией непроизвольно переглянулись. В ее сапфировых глазах я увидел отражение своих собственных мыслей. Мы синхронно нахмурились, понимая, что Октавия загнала эту бедную девочку в безвыходную, жестокую ловушку.

Кирия медленно поднялась на ноги, сделала шаг в центр комнаты, оказываясь между мной и плачущей служанкой. Вся ее сонная мягкость исчезла без следа. Передо мной стояла собранная, жесткая леди, готовая взять ситуацию под свой полный контроль.

— Ты сможешь узнать, что именно Октавия хотела тебе подсыпать, так, чтобы об этом не узнала она сама? — Кирия посмотрела мне прямо в глаза, переходя к делу.

— Да, — твердо кивнул я. — У меня есть верный человек. Сделает всё втайне.

— Отлично. Тогда предлагаю следующее, — она говорила четко, расставляя акценты, как искусный полководец перед битвой. — Сейчас мы берем остатки порошка с ее губ, и ты отдаешь его на проверку. А ты, — она резко повернулась к Ории, заставив ту вздрогнуть, — умоешься, приведешь себя в порядок и скажешь Императрице, что всё сделала.

— Но... — Ория задохнулась от ужаса, ее глаза расширились до предела. — Как же...

— Послушай меня внимательно, — голос Кирии стал жестким, обрубая панику на корню. — С тобой пока всё в порядке. Нет никаких симптомов. Возможно, Императрица хотела подсыпать принцу не смертельный яд, а что-то другое. Или же этот яд действует не сразу. Если ты сейчас ей во всем признаешься, что не справилась, твоя семья точно пострадает. Скажи ей, что всё сделала. Это даст нам время. А когда мы выясним, что именно было в том порошке... тогда и будем думать, как действовать дальше. Поняла?

Ория смотрела на Кирию, а затем медленно, сглотнув слезы, кивнула.

— Хорошо, госпожа. Я сделаю всё, что вы скажете...

 

 

52. Непредвиденная химия

Кира

Ривиан, движимый совершенно логичным порывом добыть улики, схватил с мраморной полочки небольшой плотный лист бумаги, в который недавно было завернуто мыло, и решительно шагнул к Ории, потянувшись к ее лицу. У меня внутри мгновенно сработала сирена химической тревоги, щедро приправленная утробным рыком внутреннего собственника.

Во-первых, собирать неизвестный, потенциально смертельный алхимический состав, находясь в миллиметре от отравы — это грубейшее нарушение техники безопасности. Вдруг эта дрянь летучая или впитывается при малейшем контакте с кожей? Для Ривиана это был неоправданный риск. А вот моя Тьма уже доказала, что способна успешно подавлять и выжигать яды, так что мне проводить эти манипуляции было куда безопаснее.

А во-вторых... И это «во-вторых» полыхало в моем сознании куда ярче здравого смысла. Я просто не могла позволить, чтобы мой мужчина прикасался к губам другой женщины. Пусть даже в сугубо следственных целях.

— Подожди, — я резко вскинула руку, перехватывая запястье принца в опасной близости от бледного лица служанки.

Ривиан удивленно скосил на меня свои медовые глаза.

— Не трогай, — отчеканила я, оттесняя его бедром и бесцеремонно выхватывая бумажку из длинных пальцев. — Я сама. Мне безопаснее.

Я склонилась над замершей Орией. Действовала максимально аккуратно, словно сапер с бомбой. Краешком длинного ногтя смахнула белые крупинки с ее губ прямо на перехваченную бумагу. Сложила лист конвертиком и вложила в ладонь Ривиана.

Ория, наконец, получила разрешение умыться. Она тщательно сполоснула лицо и прополоскала рот холодной водой, отирая любые возможные остатки яда. Я тоже помыла руки от греха подальше.

Когда мы втроем покинули купальню и вышли в гостиную, девушка выглядела бледной, но уже не билась в истерике. Дворцовая выучка брала свое.

— Как ты себя чувствуешь? — еще раз, для надежности, уточнила я, внимательно сканируя ее взглядом.

— Х-хорошо, госпожа, — Ория судорожно сглотнула, нервно поправляя сбившуюся униформу. — Ничего не болит. Слабости нет.

— Отлично, — я кивнула. — Сейчас ты выйдешь за эту дверь, наденешь на лицо свою самую обычную маску и пойдешь к Императрице. Убеди ее, что задание выполнено. Ты должна быть идеальной актрисой, от этого зависит жизнь твоей семьи.

Ория сделала пару глубоких, прерывистых вдохов. Ее плечи расправились, взгляд стал осмысленнее. Она уже повернулась к дверям, но я окликнула ее:

— И еще одно. Как только отчитаешься перед ней, немедленно возвращайся сюда. Поняла? Ты должна быть рядом на случай, если тебе станет плохо.

Девушка посмотрела с благодарностью, а потом порывисто кивнула, низко поклонилась нам обоим и бесшумной тенью выскользнула из покоев принца.

Замок тихо щелкнул. В гостиной повисла тишина. Мы с Ривианом остались одни.

Воздух между нами стал тяжелым. Я знала, о чем он думает, потому что мои мысли текли в том же русле — пора прекращать этот затянувшийся балаган. Октавия совершила роковую ошибку. Оставила следы. Это был идеальный шанс схватить её за венценосный зад и сбросить с шахматной доски Империи. Такую возможность упускать было преступлением.

Я медленно обернулась. Ривиан стоял непростительно близко. Адреналин последних минут как-то отодвинул на задний план тот факт, что наследный принц был практически раздет. Длинный шелковый халат распахнулся, демонстрируя идеальный рельеф обнаженного торса. Пижаменные штаны сидели так низко на узких бедрах, что это граничило с провокацией.

Он смотрел на меня. Пристально. Серьезно. Так, словно пытался заглянуть в самую суть. В его медовых глазах не было привычной насмешки, только темное, пульсирующее пламя.

— Тебе нужно отнести порошок на проверку, — нарушила я тишину, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

В защитном жесте скрестила руки под грудью и тут же заметила, как потемневшийвзгляд Ривиана медленно скользнул вниз. Опустив глаза, я поняла, в чем дело. Мой собственный легкий халатик предательски распахнулся, открывая вид на тончайшую шелковую сорочку, сквозь которую в свете утреннего солнца безбожно просвечивало... вообще всё.

— Кхм! — я выразительно кашлянула и быстрым движением запахнула халат, завязав пояс на узел.

— Я мог сегодня проглотить яд, — произнес Ривиан хриплым, низким голосом.

Я замерла. В этих словах, сказанных так просто, скрывалась бездна эмоций.

Непоколебимый наследник Империи позволил себе минутную слабость. Ему нужно было поговорить. Осознание того, что смерть стояла в шаге от него, требовало выхода.

Но разговоры сейчас были непозволительной роскошью. Время играло против нас, и каждая минута промедления могла стоить Ории жизни. Вот только Ривиана успокоить как-то все же стоило.

— Я рада, что тебе удалось этого избежать, — искренне сказала я.

Сделала шаг вперед, вторгаясь в его личное пространство. Вскинула руку и положила ладонь на мужское плечо. Мышцы под моими пальцами были напряжены до предела, словно сжатая пружина, готовая сорваться.

Я подняла голову, заглядывая в его пылающие глаза.