Жена тёмного бога - Элис Айт

Аштар устремил взгляд в сторону города, хотя за деревьями его все равно было не видно. Я бы без колебаний поставила свои плантации на то, что в этот момент дроу думал о своей армии, которая ночью переправилась в столицу. Марид не подвел, все прошло хорошо, но мало ли что могло случиться с ночи?

– Отступать уже поздно, – твердо сказала я. – У нас нет выбора, кроме как следовать плану и лететь ко дворцу.

К моему удивлению, первым кивнул Элай, который с недавних пор взял за привычку во всем и всегда сомневаться.

– Мы предупреждены, а быть предупрежденным лучше, чем не быть предупрежденным, – он вдруг поморщился. – Нет, эту строчку в поэму включать не стоит.

– А по мне, она ничего, – утешила его я.

– Всем ты прекрасна, Мелевин, – отозвался принц. – Но чувства поэзии все же лишена.

Аштар прокашлялся, плохо скрывая за этим попытку не рассмеяться.

– Чем дольше мы медлим, тем больше у врагов времени подготовить для нас неприятности, – напомнил он. – Мэль, у тебя все необходимое под рукой? Как только мы опустимся перед королевским дворцом, у нас может уже не оказаться возможности что-то достать или поменять местами.

Я поправила шаровары и длинную тунику, проверив, насколько легко достать и задействовать артефакты. Мой сегодняшний наряд походил на мужской и не отличался шиком, но полет на драконе и вероятность предстоящего боя не давали большого выбора. «Богиня – это не об одежде, а о состоянии души», – мысленно проговорила я, успокаивая себя.

Интересно, а такая строчка достойна попадания в поэму? Нужно на досуге поинтересоваться у Элая.

– Готова, – ответила я Аштару.

– Отлично. Полетели, – скомандовал он.

Глава 23

Драконы там все же были. Когда мы приблизились к крепостным стенам, двое из них взмыли нам навстречу: красный и зеленый. Наверное, они узнали принца по редкому золотому цвету, потому что кружили рядом, не мешая и не преграждая путь. Элай, в свою очередь, не удостоил их вниманием и направился сразу к Эсаргосскому дворцу.

Столица размером превосходила Тайез. Настолько, что я испытала сильную тревогу, пытаясь охватить взглядом уходящие вдаль кварталы, которые давно выбрались за пределы крепостных стен. Нам едва хватило трех тысяч дроу, чтобы удержать Тайез. Какая численность понадобится здесь?

Город выглядел упорядоченнее Тайеза – по крайней мере, в центральных кварталах. Чем дальше, тем хаотичнее становилась застройка, местами превращаясь в трущобы, чья нищета бросалась в глаза даже с высоты. В самом сердце Эсаргоса, там, где сходились оси страны – ее главные тракты, возвышался холм, а на нем – королевский дворец.

Надим Завоеватель, захватив столицу, выкорчевал под корень монарший род, но этого ему показалось мало, и он снес до основания древнюю крепость в центре города. У государства появился новый король, а у столицы – новая «корона» из великолепного белого дворца. В солнечный день мрамор так сверкал, отражая лучи, что слепил глаза. Грандиозные арки и гигантские колонны уже поражали воображение, а ведь мы еще не приблизились к ним настолько, чтобы оценить во всей красоте.

Однако если дворец в Тайезе, где воедино сплавились традиции двух культур, мне нравился, то здесь великолепие имело привкус холодности, отчужденности. В архитектуре не осталось ровным счетом ничего сенавийского – это был прекрасный пример классического барайшатского стиля, настолько же чуждого нам, как и сами драконы.

Предок Элая мечтал построить новую империю, не уступающую Барайшату, откуда его изгнали. И ему бы это удалось, если бы не упрямство темных эльфов.

Мы приземлились во внутреннем дворе, таком просторном, что в нем могла бы выстроиться целая армия. Планировка отчасти напоминала дворец в Тайезе: идеальная геометрия усыпанных гравием дорожек, буйно цветущие декоративные растения, скамьи и ажурные беседки, только фонтанов насчитывалось больше, и к ним прилегали небольшие водоемы с яркими южными рыбками. Едва Элай опустил сетки с нами и мы выбрались из них наружу, туда заскочили три небольших обезьянки, которые принялись увлеченно перебирать их лапками в поисках корма. Макаки ни капли нас не боялись. Похоже, у короля здесь размещался еще и собственный зверинец с экзотическими животными.

Обезьянки оказались единственными, кого мы заинтересовали, хотя во дворе прогуливались эсаргосские аристократы, а у ворот стояла стража. Несколько любопытных взглядов – вот и все, чего мы удостоились.

Я задрала голову. Над нами продолжали кружить зеленый и красный драконы.

– Приятно, конечно, что на нас не бросаются с цепями, чтобы бросить в темницу и потом казнить, – заметила я. – Но все-таки почему стражникам абсолютно наплевать на то, что прямо у них под носом появились незваные гости?

– Показуха, – ответил Элай. – Одно из отцовских распоряжений – стража должна вести себя так, чтобы многочисленным посетителям дворца и иноземным послам не закралась мысль, будто у короля Сенавии может что-то идти не по плану. Кроме того, вон те два дракона в небе вполне способны быстро с нами расправиться, если мы сходу начнем громить дворец. Ну и, – он усмехнулся, – еще все спокойны потому, что в Сенавии всего два золотых дракона: я и мой отец. А он, судя по флагам на башнях, во дворце.

– Разве тебе, как принцу, не полагается бурная встреча? – удивилась я.

– Полагалась бы, если бы я предупредил о своем визите. Кроме того, меня отсюда выкинули не просто так, и мне наверняка будут всеми силами напоминать, что я не самый желанный гость во дворце, – как и всегда после превращения, Элай стоял голый и, пока я стыдливо отворачивалась, махнул рукой Аштару. – Подай мою одежду, пожалуйста.

– А мне казалось, в вашей семье принято расхаживать нагишом, – сказала я, вспомнив Аджану.

– Сразу после оборота – да, – согласился Элай, натягивая расшитые шаровары и рубаху. – Будь на моем месте отец или Хашим, они бы прошли до дворца, как есть, в чем мать родила, потребовали бы от слуг, чтобы те принесли одеяния, и дожидались бы, пока их не облачат.

– Тогда почему ты так не делаешь?

– По нескольким причинам: я не настолько спесив, мне не нравится играть по правилам моей семьи, и в этой одежде я произведу