Хозяйка тёмного эльфа - Элис Айт

должна была встречать жена главы рода, в крайнем случае мать жениха. Однако сегодняшнее представление несколько нарушало правила. Мирале был вдовцом, как и его сын – отец Гаэля. Роль матери жениха сегодня играл глава рода – сам старик Мирале, как добрый дедушка, заботящийся о внуках.

Учитывая, что этим вечером нам предстояло встретиться сразу с четырьмя неженатыми мужчинами, потому что старший брат Гаэля, Иньего, тоже еще не женился, представление невесты, чья «мать» все еще оставалась без мужа, принимало пикантный оборот. Мирале благоразумно пригласил семьи других своих сыновей, с женами и дочерями, чтобы не плодить лишние слухи. Но, выходя из паланкина перед его домом, я невольно задумывалась: к какой невесте кто здесь на самом деле хочет присмотреться и кто будет настоящим женихом?

Хвала Эльметре Дарительнице, хранительнице домашнего очага, Ниса вела себя на редкость достойно. Она терпеливо вынесла все объятия от присутствующих девушек и женщин рода ан-Иршван, похвалила у каждой наряды, мило и вежливо отвечала на вопросы, даже самые бестактные, например, а где Диса и выздоровеет ли она, хотя мне самой отчаянно хотелось за такое стукнуть этих куриц по голове. В кои-то веки я прямо гордилась своей племянницей. Сразу видно – из рода ан-Сафат!

Ее быстро окружила ватага женщин, родственных Мирале, и увлекла показывать огромное поместье. «Экскурсия» должна была окончиться в садике внутреннего двора, где нас ждал столик с шербетом, кофе и сладостями. Где-то там, за деревьями, Гаэль упражнялся со старшим братом во владении мечом. Тренировка, конечно же, чудом пришлась именно на то время, когда дом посетила Ниса.

Щебечущая девичья стайка пыталась увлечь и меня. Ко мне, однако, относились с настороженностью. Если моя племянница входила в их круг – женщин, которые ничего не решают, а хранят очаг и воспитывают детей, то я, как глава рода, скорее принадлежала мужскому миру. Да и мне их заботы и болтовня были чужды. Не став стеснять родственниц Мирале своим обществом, я вежливо отговорилась плохим самочувствием и направилась сразу в сад пить шербет.

Я была уверена, что сорокалетний отец Гаэля и Иньего, достаточно тихий, начавший рано лысеть мужчина, составит мне компанию. Он не был главным наследником Мирале и не занимался торговлей, но наверняка нам бы нашлось что обсудить. Я бы побилась об заклад, что по меньшей мере меня попытаются очаровать – если мы обе с племянницей выйдем замуж за мужчин из рода ан-Иршван, тот станет несомненным лидером всей провинции.

На мое удивление, отец Гаэля извинился, как и я недавно, отговорился срочными делами, и ушел. Не успел он подняться, как на диванчик рядом со мной неожиданно устроился Мирале.

Я оглянулась. Снова по поразительному стечению обстоятельств мы оказались одни. Откуда-то со второго этажа слышался женский смех, а из-за деревьев доносился звон металла – похоже, чтобы впечатлить возлюбленную, Гаэль настоял на использовании настоящих боевых мечей вместо деревянных, тренировочных.

– Рад, что вы нашли в себе силы прийти, – сказал старик, окидывая меня внимательным взглядом. – Слышал, прошлой ночью на вас совершили нападение и вы были ранены. Причем магией.

– Упала в обморок от испуга, ушиблась, а охранник сам перепугался и придумал невесть что, – отмахнулась я.

– И как вы себя чувствуете?

«Отвратительно», – хотела сказать я. Отвратительнее некуда. Причем не столько физически, сколько от того, что все шло наперекосяк – и с Аштаром, и с Хашимом, и вообще. Средство Хведера, надо отдать ему должное, подействовало отменно. В теле сохранилась легкая слабость, но она была не четой тому, что я испытывала при пробуждении и что меня наверняка мучило бы еще добрую неделю, не поспеши северянин с исцелением.

– Сносно, – коротко охарактеризовала я свое состояние. – Вижу, вам доложили о произошедшем. Насколько детально?

Теперь огляделся уже Мирале.

– Леди Мелевин, не стоит ли нам пройти в мой кабинет?

– А будет ли это прилично? – я кивнула в ту сторону, откуда раздавались девичьи голоса.

Судя по всему, Нису увлекли в часть дома, где с галереи второго этажа было лучше всего видно, как Гаэль и его старший брат показательно лупят друг друга мечами. Тем не менее женщины могли скоро вернуться. Что они подумают, если обнаружат, что мы с их дедушкой где-то уединились?

– Мы главы двух родов, – спокойно ответил старик. – Неприличным поведением для нас будет считаться только одно – если нас застукают за интригами против королевской семьи. Но этого никогда не случится, поэтому нам и бояться нечего.

Я невольно вскинула на него взгляд и пристально всмотрелась в морщинистое лицо. С чего бы это Мирале упоминать заговор против короны? Вот уж в чем я точно никогда не собиралась участвовать! Просто так он это брякнул, не подумав, или что-то имел в виду?

В любом случае у меня выбора не было – в саду я не собиралась обсуждать встречу с беглым гашишшином, а подставить меня сейчас Мирале не рискнул бы. У меня было слишком много возможностей закопать его вместе с собой.

– Тогда идемте, – согласилась я.

Старик встал первым, галантно подав мне руку. Выглядело это достаточно забавно, потому что он одновременно придерживал свой излюбленный огромный тюрбан. Я сдержала улыбку, поблагодарила за помощь, и мы тоже поднялись на второй этаж, где располагалось рабочее место хозяина.

Зная о его пристрастии к пусканию пыли в глаза, я ожидала увидеть покои с роскошной отделкой, золото и драгоценную инкрустацию. И удивилась, когда ничего этого там не нашла. Кабинет, пожалуй, оказался даже слишком просто обставлен для богатого аристократа: шкафчик для документов, несколько полок, просторный рабочий стол и еще один поменьше, сбоку, для образцов шелка, парчи и другой ткани. Лишь тонкий ценитель обратил бы внимание на сладкий запах и заметил, что почти вся мебель изготовлена из ценного сандала, а ручки и некоторые другие ее детали – из не менее дорогой слоновой кости, привозимой из сердца Атлики. Сходу я бы даже не назвала сумму, которую пришлось заплатить за интерьер. Однако работать в таком кабинете было приятно – и от дела ничто не отвлекает, и глаз радует.

– У вас здесь красиво, – искренне похвалила я.

Мирале усмехнулся, усаживаясь на хозяйское место, за стол, и предлагая мне устроиться напротив, в широком кресле с подушками.

– Спасибо. Рад, что вы