Подарок для Медведевых - Ая Кучер

И, что страшнее всего, чувствую, как внутри становится спокойно. По-своему.

Они продолжают говорить. Как будто и не было тяжёлых вопросов. Как будто это обычная поездка.

И обычные разговоры троих братьев, которые… Ну, сбежали из-под стражи. Мелочи.

Кто таким не занимается, а?

— Сейчас по лесу пройдём, — говорит Арман, напряжённо глядя вперёд. — Маскировка под лесную охрану спасёт. Вывезет.

— Главное — не тормозить и не петлять, — добавляет Тимур. — Тут меньше проверок. Местные уже расслаблены, думают, что всё зачистили.

— А потом заляжем, — лениво тянет Рустам. — Дадим всем забыть. Пару месяцев — и хер кто вспомнит. Только особо ретивые мусора будут иногда ворчать. Ну и пусть.

Я перевожу взгляд на Рустама. Он вдруг хмыкает, бросает на меня взгляд в зеркало дальнего вида. Говорит с самодовольной ухмылкой:

— У меня, лапуль, был охуенный план. Просто идеальный. Но эти двое, — кивает на братьев, — всё обосрали!

Тимур тянет бровь. Арман только хмыкает.

— Подтверди, а? — просит Рустам, наклоняясь чуть ближе. — Ну ты же умная, лапуль. Скажи, что всё норм было продумано. Все пути, маскировки, прикрытия. Я ж не просто жопой сидел. Я работал.

Я не могу удержаться. Чуть улыбаюсь. Совсем немного. Ещё тепло внутри. Ещё гудит.

— Да, — шепчу. — Звучит… Не так ужасно.

— Вот! — Рустам ржёт. — Слышали?! Лапуля одобрила! Всё. Молчите теперь!

— Тебе бы только понатнуться, — бурчит Арман.

— Ну извини, что я, в отличие от некоторых, умею не только морду бить, но и думать, — щёлкает Рустам. — Ты бы без меня, братец, в той камере сдох.

— А ты бы без нас — от голода. Без жрачки побег организовал. Очень умно.

— Я хотя бы не за решёткой был. И вообще, я гениальный стратег. Меня бы в кино про побеги снимали.

— Только если в комедии.

Я смеюсь. Несмотря на ужасную ситуацию, я нахожу в их перепалках что-то спокойное и тёплое.

Даже чуточку умилительное.

Я провожу ладонью по лицу. Оно горит. Щёки пылают. Зеваю. Длинно. С приглушённым стоном.

Веки тяжелеют, плечи опускаются. Тело начинает поддаваться усталости.

— Спать хочешь, птичка? — спрашивает Тимур. — Отдохни. Всё же разобрали. Нормальные мы. Просто жизнь такая. Слишком много дерьма, и слишком мало вариантов.

Он ведёт пальцем по моей руке. Легко. Как будто чертит невидимый узор.

— Мы никому просто так не вредили. Только если по делу. Только если вынуждено. Но тебя, — он наклоняется ближе. — Тебя мы тронем, только в кровать укладывая. Или на стол.

— Стена хороший вариант, — подкидывает Рустам. — В общем, ты поняла.

Их голоса убаюкивают. Внутри всё спутано в клубок. Ещё не разгадано. Ещё не отпущено.

Я укладываюсь. Осторожно, будто в первый раз. Кладу голову Тимуру на колени. Сворачиваюсь клубком.

Медленно засыпаю.

Где-то на краю сознания — пальцы. Скользят по волосам. Осторожные, тёплые.

Путаются в прядях, зацепляются за корни, а потом легко проходят по всей длине.

Звучат голоса. Приглушённые. Мужские. Разговор — обрывками.

Машину чуть покачивает. Словно колыбель. Колёса пробираются по кочкам. Шуршат по лесной дороге.

Иногда стук — коряга, иногда всплеск — лужа под снегом. Всё это сливается в сон.

Я не просыпаюсь. Не хочу. Слишком хорошо.

И всё же…

Резко подскакиваю, когда понимаю, что машина уже не двигается. Резко сажусь, сердце колотится.

Мы приехали?! Я же не сказала адрес!

Я распахиваю глаза. И застываю.

Передо мной — не город. Горы.

Настоящие, дикие, величественные. Белоснежные пики поднимаются в небо, склоны уходят вниз, в долину.

Перед машиной — поляна, а дальше — резкий обрыв. Возле которого стоят мужчины, курят.

Я хватаю шубу, накидываю на плечи, вылетаю наружу. Снег хрустит под ногами. Мороз щиплет щёки.

— Вы что?! — вскрикиваю. — Что мы здесь делаем?!

— Ты же просила отвезти тебя домой, птичка, — произносит Рустам. — Мы и отвезли. Только ты не уточнила, чей именно дом. Так что мы привезли к себе.

Глава 33

К ним домой? К ним?! В горы?!

Я разворачиваюсь. Смотрю на мужчин.

Они стоят спокойно. Словно не сделали ничего экстраординарного. Просто завезли меня, блин, в зимнюю Нарнию.

— Это… Это…

Я заикаюсь. Руки поднимаются, потом опускаются. Потому что слов нет. Делаю шаг вперёд. Смотрю.

Не на мужчин, обойдутся. Я уже все глаза о них сломала. У меня теперь другие любимчики.

Горы.

Снежные, острые, как лезвия. Они тянутся ввысь. Воздух чистый, почти звенит. Лес. Камни. Широкая река внизу, замёрзшая, как зеркало. И дальше — снова горы.

Красиво. Настолько, что щемит в груди.

Хочется наорать на мужчин. Нельзя так похищать и привозить непонятно куда! И уходить от них тоже не хочется.

Потому что в этих поехавших глазах я чувствую больше тепла, чем дома.

Я запуталась.

Я хочу сбежать.

И хочу остаться.

Проклятье.

Рустам подходит, вплотную ко мне. Закручивает меня, ловко и резко. Мгновение, и я уже прижата спиной к его мощному торсу.

Я вскрикиваю, но не вырываюсь. Его руки ложатся на мой живот, ладони тёплые, широкие, сильные. Давят. Удерживают.

— Не дёргайся, лапуль, — шепчет в ухо.

Я вдыхаю резко. Он пахнет дымом, кожей, снегом и чем-то… Мужским. Тёплым. Безопасным. И пугающим одновременно.

Тело реагирует само. Сердце колотится, щёки горят. Спина впивается в его грудь. Руки не дают пошевелиться.

— Ты же сама трындела, что хотела в горы, — продолжает Рустам, усмехаясь. — Вот, пожалуйста. Персональный тур. Атмосфера, уединение, свежий воздух.

— Вы… — я качаю головой. — Я… Я не знаю, как на это реагировать вообще!

Тимур подходит ближе. Останавливается рядом. Его глаза изучают меня