Игла. Сказ о сердце Кощеевом - Елена Анатольевна Кондрацкая

– Может, город – это иносказательно про лес? Сосны – чем не дома? – предположила Игла, забираясь с ногами на кровать.

Дар покачал головой.

– Здесь написано, что Белая царица, чтобы попасть в город, спустилась под гору. «Гора та с пустым нутром, как юноша с вырванным сердцем, лежала посреди мёртвого леса. И прошла Белая царица ту гору насквозь, обернулась к её чёрному, голодному чреву и в миг, когда солнце на прощание поцеловало землю, произнесла волшебные слова».

– Провалиться мне на этом самом месте, если это не оно! – воскликнула Ласка, чуть не выронив блин изо рта.

Сердце Иглы подпрыгнуло от радости. Пещера посреди леса, пещера, которая пронизывала гору насквозь, та самая пещера, в которой они находились прямо сейчас.

– А что за волшебные слова? – спросила она.

Радость на лице Дара выцвела.

– Тут не написано.

Игла тут же схватила книгу с заклинаниями и зашуршала страницами.

– Что произошло, когда царица их произнесла? – торопливо бросила она, не отрывая взгляда от книги.

– «Последний луч солнца обнажил то, что сокрыто во тьме», – прочитал Дар.

Игла задумалась, перелистывая страницы с заклинаниями то в одну сторону, то в другую, как будто от этого в них могло что-то измениться.

– Тут есть какое-то «заклинание прозрения». Единственное, что хоть как-то может подойти.

Дар просиял.

– Стоит попробовать.

Следующим вечером Дар, Игла и Светозар стояли на заднем дворе, у пещеры. Солнце где-то за вершинами сосен медленно клонилось к горизонту. Ласку решено было оставить с Мяуном – ни Игла, ни Дар не сомневались: что бы их ни ждало впереди, оно наверняка будет опасно, и Ласку подвергать опасности не хотели. Впрочем, уговаривать её пришлось недолго: Мяун быстро соблазнил её наваристыми щами и чесночными булочками. Для остальных он собрал узелок с едой, Дар принёс из кареты дорожную сумку, а Игла прихватила с собой лампу со светящимися кристаллами. Они не знали, как скоро получится вернуться и получится ли. Но о втором никто старался не думать.

Когда золото заката сменилось кровавым саваном тумана, Игла повернулась ко входу в пещеру и открыла книгу заклинаний:

Когда закат растопит грани

И день растает в глубине,

Пусть луч последний нитью станет,

Что проведёт меня по тьме.

Скользнёт сквозь камень тень живая,

Вскипит во мраке солнца знак.

Что спит во мгле, теперь, сияя,

Откроется – да будет так!

Дара вновь накрыло волной жара, как это случилось в горной пещере, но на этот раз он справился с наваждением почти сразу. Выдохнул, чувствуя, как багрец теряет магию, и прикрыл глаза, силой возвращая контроль над телом. Туман всколыхнулся, и алый солнечный луч вспорол его, скользнув по стене над входом. Засияла, наливаясь красным, вырезанная в камне и незаметная прежде череда точек и объединяющих их линий. Фигура по сути своей напоминала ту, что Игла видела прежде на карте, которую ей показывал Дар, но рисунок был совершенно другой.

– Созвездие Дракона, – пробормотал Дар, отвечая на незаданный ею вопрос.

Земля задрожала, обеспокоенно заблеяла коза. Игла покосилась на Светозара.

– Что? – тот развёл руками. – Это не я.

В тот же миг дрожь прекратилась. Игла повернулась обратно ко входу в пещеру. Над ним продолжало гореть созвездие, но казалось, что больше ничего не изменилось.

– Не вышло? – спросил Светозар, подходя ближе.

Дар направился к пещере. Игла подхватила лампу и пошла за ним.

Это больше не был дом Мяуна. Вместо привычного коридора теперь уходила глубоко вниз крутая каменная лестница. Игла подняла лампу, но света не хватило, чтобы увидеть, где она заканчивается:

– Ну вот. Опять в темноту?

– Город Вечной Ночи, помнишь? – усмехнулся Дар.

Игла вздохнула.

– И почему твои сёстры не могли отправить нас куда-нибудь, где светло? Хотя бы разочек.

– Надо будет поинтересоваться при следующей встрече, – шутливо отозвался Дар и первым шагнул во мрак. Игла со Светозаром переглянулись и заторопились следом.

Лестница казалась бесконечной. Лампы хватало лишь на небольшое пятно света, чтобы выгрызть у темноты с полдесятка ступеней. Справа и слева разливалась кромешная тьма. Игла протянула руку, надеясь опереться о стену, но нащупала лишь пустоту. Она остановилась, подняла фонарь и повела им из стороны в сторону, но ничего не увидела. Лестница будто висела посреди бесконечной пустоты. Игла оглянулась, но не увидела выхода: солнце уже село, и лес погрузился в ночь. По крайней мере, Игла понадеялась, что дело в этом, а не в том, что выход сам собой исчез.

Крутые ступени роняли мелкие камешки, те катились вниз, но не издавали ни звука. Чем дольше Игла спускалась, тем отчётливее ощущала тяжёлую, мёртвую магию, похожую на ту, которая наполняла нутро Полозовой горы. Но эта магия всё же отличалась: холодная, она оплетала тело склизкими влажными щупальцами, аккуратно ощупывала, выжидая момента, чтобы стреножить и утащить на дно. Вот она какая – магия Забавы. Игла утёрла рукавом лицо, прогоняя неприятное липкое чувство с кожи.

– Осторожно, лестница закончилась, – раздался спереди голос Дара.

– Что там? – спросил Светозар.

– Не вижу.

Свет упал на спину Дара, когда Игла вслед за ним сошла с лестницы на ровную мощеную дорогу. Вокруг было мертво и тихо. Если в подземелье и прятался сказочный город, то разглядеть его в кромешной мгле не представлялось возможным.

– Подбавь-ка света, дикая, – сказал Дар.

Игла кивнула и подула на кристалл, добавляя в него своей магии – тот засиял ярче, пятно света расширилось, но это не сильно помогло: вымощенная камнем дорога вела вперёд – и ничего больше не видать. Обменявшись настороженными взглядами, они отправились дальше. Звуки шагов и даже биение сердца казались оглушительно громкими в полной тишине. Игла даже невольно задержала дыхание, надеясь спрятаться от темноты, которая, ей казалось, внимательно следила за каждыми их шагом.

– Смотрите, дом! – прошептал Светозар.

Игла подняла фонарь – и правда: блестящий серый камень с двумя чёрными провалами окон. Но когда она подошла ближе, оказалось, что от дома осталась единственная наполовину обвалившаяся стена, за которой лежала груда камней и обломки черепичной крыши. Здесь же когда-то был разбит сад – о нём напоминали сухие скрюченные деревца. Рядом с одним домом нашёлся второй, третий и ещё много-много других, разрушенных и заброшенных. Ориентироваться в темноте было практически невозможно – пространство превратилось в настоящий лабиринт. Дар попробовал воспользоваться волшебным ножом, чтобы понять, куда идти, но тот уже довёл их до входа в подземный город и больше не желал указывать путь.

– Кажется, мы тут проходили, – с