Все, что мы не завершили - Ребекка Яррос

class="p1">— Ну погибнет так погибнет. — Констанс пожала плечами и продолжила копать землю маленьким совочком, подготавливая ямку для небольшого розового куста, который она забрала из сада родителей, когда ездила к ним на прошлые выходные. — Но лучше его посадить поскорее. Кто знает, как долго мы здесь пробудем. Может быть, Джеймсона снова переведут. Может, переведут нас. Может быть, только меня. Если вечно откладывать все на потом и ждать подходящего случая, жизнь пройдет в ожидании и я вообще не успею пожить. Так что, если он тут замерзнет, значит, такая у него судьба. Но мы хотя бы попытались.

— Тебе помочь? — спросила Скарлетт.

— Нет, я уже почти закончила. Главное, не забывай регулярно его поливать, но не слишком часто. Розы сами подскажут, когда их надо полить. Следи за листьями и укрывай куст потеплее, если ночью станет слишком холодно.

— Ты разбираешься в садоводстве в сто раз лучше меня.

— А ты в сто раз лучше меня сочиняешь истории. — Констанс пожала плечами. — Садоводству можно научиться, как математике или естествознанию.

— Ты прекрасно пишешь, — возразила Скарлетт.

В школе они всегда получали одинаковые оценки по литературе.

— Сочинения и рефераты — конечно. — Констанс снова пожала плечами. — Но выдумывать собственные сюжеты? Сочинять целые романы? В этом смысле ты гораздо талантливее меня. Кстати, если ты правда хочешь помочь, можешь развлечь меня пересказом своей истории, пока я буду сажать розы. — Она сформировала на дне ямки небольшой холмик земли и поднесла к нему корни куста, отмеряя расстояние до поверхности.

— Ну, это несложно, — улыбнулась Скарлетт. — На какой из историй и где именно мы остановились?

Констанс на секунду задумалась.

— На истории о дочери дипломата и принце. Кажется, она только что обнаружила…

— Записку, — закончила за нее Скарлетт. — Да, точно. И ей показалось, что принц собирается выслать ее отца из страны. — Она закрыла глаза и погрузилась в этот придуманный мир, чьи герои были для нее так же реальны, как и Констанс, сидевшая рядом.

В конце концов сестры легли на траву и стали смотреть на облака в синем небе. Скарлетт продолжила рассказывать свою историю, чтобы хоть ненадолго отвлечь Констанс от жестокой реальности.

— Почему он просто не скажет, мол, ему очень жаль, что все так получилось, и тогда они начали бы все сначала? — спросила Констанс, повернувшись к Скарлетт. — Так было бы проще для всех, разве нет?

— Да, так было бы проще, — согласилась Скарлетт. — Но тогда героиня не увидела бы, как он растет над собой, и не смогла бы понять, точно ли он достоин второго шанса. Путь к счастливому финалу, который они заслужили, должен быть трудным. У них у каждого свои страхи, свои недостатки и слабости, им надо их выявить, расковырять до крови, а потом преодолеть эти страхи и слабости, проделать большую внутреннюю работу и доказать, что они оба достойны любви и достойны друг друга. Иначе это будет история не о великой любви, а об обычной влюбленности. — Скарлетт заложила руки за голову. — Если бы не угроза беды, которая постоянная присутствует где-то рядом, мы бы не научились ценить то, что у нас есть.

— Я не ценила, — прошептала Констанс.

Скарлетт посмотрела ей прямо в глаза.

— Ты ценила. Ты любила Эдварда. И он это знал.

— Надо было не ждать, а выходить за него замуж сразу, как ты вышла за Джеймсона, — тихо проговорила Констанс. — И мы были бы вместе, пока он… — Она замолчала, глядя на кроны деревьев над ними.

Пока он не погиб.

— Я бы очень хотела забрать твою боль.

Это так несправедливо, что Констанс страдает, пока Скарлетт считает часы между увольнительными Джеймсона.

Констанс тяжело сглотнула.

— Это не важно.

— Нет. — Скарлетт резко села. — Это важно.

Констанс тоже села, но не обернулась к сестре.

— На самом деле не важно. Другие девушки, которые справляются со своей болью и забывают о прошлом, которые считают свои увлечения чем-то временным и преходящим… я их понимаю. Правда понимаю. Сейчас никто не застрахован от смерти. Самолеты падают каждый день. Постоянно происходят бомбежки. Нет смысла сдерживать свое сердце, если есть немалая вероятность, что завтра ты все равно умрешь. Надо жить, пока есть возможность. — Она окинула взглядом маленький сад. — Но я знаю, что никогда не смогу никого полюбить так, как любила Эдварда. Как люблю до сих пор. Сомневаюсь, что мое разбитое сердце может что-то дать кому-то другому. Кажется, в сто раз безопаснее читать о любви в книгах, чем любить самой.

— Ох, Констанс.

Сердце Скарлетт разрывалось от боли за сестру.

— Все нормально. — Констанс вскочила на ноги. — Нам пора собираться. Через час на дежурство.

— Давай я быстренько приготовлю поесть, — предложила Скарлетт. — У меня начали получаться простые блюда.

Во взгляде Констанс читалось вполне оправданное недоверие.

— У меня есть идея получше. Давай поужинаем в офицерской столовой.

— Ты мне не доверяешь! — Скарлетт изобразила обиду.

— Я доверяю тебе безраздельно. Просто не доверяю твоим кулинарным способностям. — Констанс пожала плечами, но ее дразнящая улыбка была искренней, что не могло не порадовать Скарлетт.

Сестры поужинали в офицерской столовой и пришли на дежурство даже чуть раньше. Оставили пальто в гардеробе и сразу направились в комнату обработки данных. Даже в их крошечном секторе работа кипела и днем и ночью. Можно только представить, что происходило на командно-диспетчерском пункте в штабе подразделения.

В коридоре им встретилась лейтенант Роббинс, начальница сегодняшней смены.

— А, Райт и Стантон, всегда ходят парой, — улыбнулась она. — Вам что-нибудь нужно до начала дежурства?

— Никак нет, мэм, — ответила Скарлетт.

Из всех начальниц, с которыми ей доводилось служить, Роббинс была самой лучшей.

— Отлично. И когда у вас обеих появится свободная минутка, мне хотелось бы поговорить о ваших служебных обязанностях. — Роббинс улыбнулась, и в уголках ее глаз собрались лучики тонких морщинок.

— Вы считаете, мы не справляемся? — медленно спросила Скарлетт.

— Наоборот. Я бы хотела, чтобы вы прошли курсы повышения квалификации и заняли должности старших планшетисток. Будет больше нагрузки, но я даже не сомневаюсь, что к концу года вас обеих повысят в звании и поставят во главе смены. — Она пристально посмотрела на сестер, явно оценивая их реакцию.

— Это было бы замечательно! — ответила Скарлетт. — Большое спасибо за оказанное доверие. Мы…

— Мне надо подумать, — перебила ее Констанс.

Скарлетт удивленно моргнула.

— Да, конечно, — улыбнулась Роббинс. — Надеюсь, ночная смена пройдет… тихо и скучно.

Сестры с ней попрощались, и прежде, чем Скарлетт успела расспросить Констанс о ее странном ответе, та открыла дверь и вошла в комнату обработки данных, где все посторонние разговоры были запрещены.

Скарлетт надела гарнитуру, заняла место