Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

— Да нет, — пожимаю плечами. — Нам действительно сложно. И осваивать магию приходится иначе, не как вам, за это спасибо ректору Ферсту.

Они не находят что мне ответить, поэтому почти весь путь мы продолжаем молча. И в этом молчании до меня очень четко доносятся слова Джуны:

— Я там была и прекрасно все видела, — говорит она. — Вы даже не представляете, как она крутила хвостом перед Никосом. А как профессора заметила, так и зыркала, так и зыркала. Мне так стыдно, что она моя сестра! Я вам больше скажу! Два года назад она…

Глава 67

Стерва. Хотя что я от нее ожидала? Что она поступит честно и сдержит слово? Никогда она такой не была и никогда не будет. Но дать ей договорить я не могу.

— А не обалдела ли ты, Джуна? — чувствую, как ледяная ярость закипает внутри, заставляя бурлить мою силу.

Опасно… Очень опасно — я так и подорвать могу, если совсем не сдержусь. И что будет после этого, я не хочу знать.

Над нами раздается клекот Ори: он чувствует нестабильность моих магических потоков, беспокоится. Вокруг собирается все больше студентов, потому что наверняка многие читали эти желтые газетенки и теперь ждут подтверждения или опровержения. А вообще, просто сплетен.

Джуна усмехается, наклоняет голову набок и делает шаг ко мне расслабленно, будто является королевой в этой ситуации. Знала бы только она, насколько близка к тому, чтобы быть взорванной.

“Дыши, Алисия, дыши! Уже меньше трех дней, и ты сможешь послать эту дуру куда подальше без страха и риска”, — пытаюсь я уговорить себя, глубоко дыша.

Ори пикирует вниз, предупредительно цепляя Джуну за волосы. Та громкой вскрикивает:

— Убери от меня свою злобную птицу! — верещит она, когда замечает, что орел идет на второй заход.

— Кто тут еще злобный, — огрызаюсь я.

— Ты… Ты… Потаскушка! И теперь все об этом знают! — выпаливает Джуна.

Я уже собираюсь высказать ей все, что думаю, как из-за моей спины выходит Хорл.

— Придержи язык, бледная Крукс, — рычит он.

Остальные ребята из пятерки окружат меня так, как это делают каждый раз на пробежке. Они прекрасно знают, что я могу себя защитить, но это им не мешает быть защитой для меня не от магии, а от толпы и несправедливых обвинений.

— А иначе что? Будешь защищать свою подстилку? — моя сестра расходится не на шутку.

Взгляд выхватывает из толпы то заинтересованные лица, то шокированные, все больше слышится шепотков. Они обсуждают меня, то, что “они-то думали, а на самом деле”. Как легко верят в гадкие сплетни, пренебрегая более надежными источниками. Просто потому, что поверить в плохое — проще. Зависть так не съедает.

Я нахожу нестабильных ребят. Видно, что происходящее им не нравится, они сочувствуют мне, но выйти на мою защиту — не выйдут.

— Иначе мы засунем твой язык тебе в задницу, — раздаются одновременно два очень знакомых голоска. — Сама же знаешь, какую чушь ты несешь. Мы знаем. Ребята знают. Все, кто хоть чуть знаком с Алисией, знают. А ты, называя себя ее сестрой, стараешься как можно больше вывалять ее в дерьме. Самой не стыдно?

Эмма и Элла выходят с разных сторон окружающей нас толпы и с прищуром смотрят на Джуну. Удивительно: они младше ее минимум на четыре года, а сейчас она кажется маленькой. Наверное, впервые я вижу фамильяров близняшек, и они, на удивление, разные! У рыжей — огненный феникс, а у блондинки — белоснежный грифон. Внушительные такие фамильяры, однако… Не удивительно, что я их не видела: где их держать-то?

Кажется, Джуну это тоже впечатлило, потому что она пятится, с ненавистью глядя на меня и, судя по взгляду, уже продумывает следующий шаг.

— А куда ты пошла-то? — вклинивается Хлив. — Может, все же просветишь, как было на самом деле? А Хорл скажет, насколько ты завралась.

Та группа девчонок, с которой она стояла, как будто сама собой рассасывается, не остается ни одной! Зато Джуна теперь — сосредоточение всеобщего внимания. Все ждут, что же она скажет.

— Она… — сестра спотыкается на слове. — Я…

Мне становится настолько гадливо смотреть на то, как она попеременно краснеет и бледнеет, что уже дико хочется уйти поскорее. Мне не нужны ее признания и ее унижение. Мне было бы достаточно, чтобы она просто закрыла свой поганый рот и дала сдать экзамен.

Но вот не даст же.

— Алисия пришла туда с Никосом, — цедит Джуна сквозь зубы. — А потом вместе с профессором Вальгердом помогла защитить всех от опасного артефакта. Я правда не видела, что было дальше, но та картинка из газеты… — ей приходится набрать воздух в легкие, чтобы признать это: — вранье и подделка.

По толпе проносится гул, и теперь все смотрят на меня. А мне уже все равно. У меня проблем хватает и без их качелей “кому верить”. Все верят в меру того, как им позволяет совесть.

— Я вижу, вам завтрак уже не нужен?

Звучит голос, от которого у меня раньше бы кровь в жилах застыла. Но теперь я, с одной стороны, привыкла, а с другой — чувствую, что это наведенное ощущение. Профессор Ругро идет к нам по аллее от входа в преподавательскую столовую.

В голосе не было ни гнева, ни угрозы, но напряглись все.

— Настоятельно предлагаю всем пойти набивать свои желудки, — говорит он, и спорить совсем не хочется. — А то вдруг еду перестанут выдавать раньше.

Намек тут же понимают, и начинают расходиться. В тишине. Даже не обсуждая ничего из только что произошедшего. Эмма и Элла ловят мой взгляд, подмигивают и, объединившись, уходят в сторону учебных корпусов. Чувствую, как в носу начинает щипать, а к глазам подступают слезы благодарности.

Вот вроде ничего особенного, но моя вселенная, в тесноте которой я жила долгие годы, где кроме меня был только Фрейд, как будто становится намного шире, помогает дышать свободнее.

Парни не двигаются с места, пока Ругро не оказывается рядом с нами.

— Свободны, — коротко приказывает он им, но ребята смотрят сначала на меня.

— Я в порядке, скоро приду, — мягко улыбаюсь я, надеясь, что они