Недосказанность. Вкус второго шанса - Татьяна Никольская

Здесь, на «Красной Поляне», воздух звенит от чистоты, а вершины Кавказского хребта укутаны такими белоснежными шапками, что от этой красоты слепит глаза даже через темные очки.

Мы арендовали большой уединенный шале из потемневшего от времени бруса с панорамными окнами на заснеженную бухту гор. Днём дети пропадали на трассах — Лизка, укутанная в горнолыжный костюм, под чутким руководством Максима осваивала сноуборд, то и дело падая в снег под его заливистый смех. А мы с Сергеем гуляли по заснеженным тропам, дышали чистым морозным воздухом и просто молча держались за руки, наверстывая упущенные десятилетия.

Единственное, почему я не хотела уезжать, — это наш домашний зоопарк. Оставить Багиру? Эта кошачья принцесса не привыкла к отсутствию людей. Сергей тоже переживал из-за Дэна — в гостиницу для животных собаку отдавать не хотелось, это же такой стресс для питомца. Хотел оставить Забродину, но тот с таинственным видом сообщил, что у него тоже планы на новогодние праздники.

Ситуация благополучно разрешилась для всех, когда мой бывший муж, с которым у нас до сих пор тёплые отношения, неожиданно сам вызвался помочь, заявив, что им с Людмилой как раз не хватает здоровой суеты в квартире.

И вот теперь, каждые несколько часов, в наш семейный чат прилетают его забавные видеоотчеты. На последнем видео Дэн, этот огромный, суровый пес, лежит на ковре в гостиной, покорно растянув лапы, а на его спине, вытянув на макушку, прямо между ушей, чёрные лапки, возлежит Багира, лениво подергивая хвостом. Игорь за кадром комментирует это своим неизменным профессорским тоном: «Эксперимент по межвидовому симбиозу проходит успешно, испытуемые перешли в стадию абсолютного сибаритства. Возвращаться к хозяевам отказываются». Мы с Лизой над этими роликами смеёмся до слез.

Сергей

Сюрпризы начались на третий день нашего отдыха. Мы с Ириной спустились в ресторан при отеле, чтобы заказать столик на вечер, и обнаружили за самым лучшим местом у камина… Алексея Забродина. Мой старый друг сидел в обнимку с Татьяной, они пили местную наливку и о чём-то так громко и весело спорили, что их слышал весь зал.

— Кузнецов! Ириша! Какими судьбами? — Алексей картинно округлил глаза, делая вид, что их появление здесь — чистейшая случайность. — А мы тут мимо проезжали, дай, думаем, в горы заскочим, воздухом подышим!

— Мимо проезжали? На Поляну через наш отель? — смеясь пожал я Забродину руку. — Ну ты и артист, Алексей. Мог бы просто сказать, что без нас соскучился.

Татьяна тут же заключила Ирину в свои объятия, что-то заговорщически шепча ей на ухо. Наблюдая за ними со стороны, я отметил, что между Алексеем и Татьяной, похоже, завязался свой бурный и шумный роман. Они подкалывали друг друга каждую секунду, Похоже, наша семейная любовная лихорадка оказалась заразной.

Вечером мы собрались всей нашей сумасшедшей компанией за одним большим столом. Огонь в камине трещал, создавая уют, дети, уставшие и довольные после целого дня катания, сидели в обнимку. Максим заботливо подкладывал Лизе лучшие кусочки запеченного мяса, а она светилась таким счастьем, которое бывает только у молодожёнов.

Когда принесли десерт, я слегка постучал вилкой по бокалу, привлекая внимание. За столом все притихли. Я посмотрел на Ирину, сидевшую рядом, перехватил её ободряющий взгляд и взял её за руку.

— Друзья, раз уж мы собрались все вместе, в таком составе, ставшим уже постоянным за последние три месяца, у нас есть важное объявление, — торжественно произнес я, чувствуя, как внутри ворочается приятное волнение, словно мне снова двадцать пять лет. — Мы с Ириной наконец-то определились. Свадьба назначена на четырнадцатое февраля. Так что, Алексей, готовь лучший костюм, Лиза, Макс — с вас организация оформления зала и музыкального сопровождения.

Что тут началось! Лизка визжала от радости, обнимая мать, Максим довольно похлопал меня по плечу, а Забродин тут же потребовал у официанта двойную порцию фирменной настойки, чтобы «смыть шок от официального возвращения Кузнецова в ряды женатых людей».

Ирина

Ближе к полуночи, когда шумное веселье внизу начало потихоньку утихать, дети отправились к себе, а Татьяна с Алексеем — в свои номера, мы с Сергеем вышли на веранду.

Небо над Поляной было таким чистым и глубоким, каким оно бывает только зимой — миллиарды крупных, ярких звезд рассыпались по черному бархату, казалось, до них можно дотянуться рукой. Легкий морозец мгновенно прихватил кожу, но нам не было холодно. Сергей накинул мне на плечи теплый шерстяной плед, уютно укутывая со всех сторон, и обнял сзади, прижимая к своей широкой груди.

В руках у нас были глиняные кружки с горячим глинтвейном. Пряный, густой аромат корицы, гвоздики и цитрусовых поднимался вверх вместе с белым паром.

Я сделала маленький глоток. Горячее вино приятно обожгло горло, разливаясь по телу. Я посмотрела на профиль Сергея. На его висках серебрилась седина, вокруг глаз залегли глубокие морщинки, но для меня он сейчас был тем самым Сережкой Кузнецовым, который когда-то обещал мне подарить весь мир на берегу озера. Только теперь он стал намного сильнее, мудрее и надежнее.

Сергей почувствовал мой взгляд, повернулся и нежно прижал к себе.

— О чём думаешь, Ириша? — тихо спросил он.

Я подняла глаза на сияющие звезды в чёрной бесконечности, крепче сжала в ладонях теплую кружку и улыбнулась. Самой счастливой и спокойной улыбкой за последние тридцать лет.

— Думаю о том, Серёжа, что жизнь — удивительная штука, — выдохнула я, чувствуя, как его руки крепче сжимаются на моей талии. — Мы потеряли столько времени из-за собственной глупости. Но знаешь… стоя здесь с тобой, я отчетливо понимаю одну вещь. Второй шанс в жизни — он, наверное, самый вкусный. Потому что теперь мы точно знаем ему цену.