Фальшивая жена - Алекс Вон

Сидел он в кресле, небрежно откинувшись назад, бокал с темным вином в руке, и его взгляд был острым, как лезвие ножа. Он смотрел на меня с той грацией хищника, который ждёт, когда его жертва наконец сделает шаг.

— Прекрасная Лилиан Харпер, — произнес он с таким выражением, словно произносил проклятие.

Имя прозвучало в его устах как плевок, нанося удар по моему достоинству.

— Подойди-ка сюда. Порадуй своего хозяина, малышка.

Его слова были пронзительны. Все взгляды в зале мгновенно устремились ко мне, как если бы я была мишенью, выбранной в этой игре.

Усмешки.

Ожидание.

Дэниел, сидящий на другом конце зала, был неподвижен, но его внимание было сконцентрировано на мне. Его взгляд — холодный, безэмоциональный, как зимняя ночь. Девушка на его коленях тихо хихикнула, подчеркивая атмосферу снисхождения и безразличия.

Я сглотнула, но горло пересохло. Ноги мои налились свинцом, но, несмотря на это, я не сделала ни шагу.

Я стояла, гордо и прямо, с вызовом в глазах, которые смотрели на толпу.

Зал затих, но вскоре…

Смешки.

Сначала тихие, как шепот, они вскоре раздались громче, словно волна, накатывающая на берег. Смешки выбивались из уст пробуждая всеобщее веселье.

Я заметила, как его лицо начало меняться. Нахмурился. Губы сжались в тонкую линию — его маска спокойствия стала трещать, как старое стекло. Злость вспыхнула в его глазах — жгучая, неконтролируемая. Бокал в его руке задрожал от нарастающего гнева. Медленно он встал, будто поднимаясь из глубин своего холодного королевства, и все замерли.

— Я сказал… подойди, — его голос стал ниже, опаснее.

Я сжала кулаки. Красное платье впечатляло в своей яркости, жгло кожу, но я не шевельнулась. Пусть злится. Пусть все видят. Я не его кукла. Не игрушка. Не «малышка». И это шоу… Я не собиралась в нём участвовать.

Вдруг амбалы двинулись. Их тяжелые шаги гремели в тишине. Кулаки медленно разминали ноющую боль, хруст суставов отдавался в зале эхо.

Они подошли ближе. Слишком близко, вплотную. Я почувствовала их дыхание — горячее, с едким запахом перегара, пронзавшее меня, как иглы.

— Последний шанс, малыш, — прорычал один из них. Его голос был низким и угрюмым.

Я сглотнула. Слюна не шла. Горло пересохло, так, словно кто-то сжал его в тисках. Взгляд «сына» был ледяным, налитым ожиданием. Я могла бы сопротивляться. Продолжать стоять. Бросить вызов. Но в этот момент не было места героизму. Не сейчас. Не здесь. Я не могла позволить себе злить его ещё больше. Медленно я опустилась на колени, их внимание, словно цепкая сеть, сжималось вокруг меня. Зал затаил дыхание, и его реакция была мгновенна. Он мотнул головой, цокнув языком, как будто наказывал меня за то, что я недостаточно старалась.

— Не так, — произнес он, и пауза звенела, как натянутая струна, готовая разорваться. — Ползи ко мне на коленях, малышка.

Его слова ударили по мне, как пощёчина, оставляя отпечаток позора.

Все вокруг замерли. Ожидание повисло, словно поделенное на части пространство. Усмешки росли в зале, зыбкие, как тени.

Я посмотрела на Дэниела, его взгляд был сконцентрирован на мне. Глаза сузились, и он нахмурился, но он не вмешивался. Не останавливал. Его девушка провела рукой по его груди, но он и не заметил — его внимание было полностью сосредоточено на мне. Я сжала зубы, чувствуя, как ноги дрожат. Но я сделала это. Опустила руки на холодный паркет и, собравшись с силами, поползла. Каждое движение — будто нож в сердце. Я скользила по холодному полу под их взглядами, красное платье задралось, и я ощущала, как стыд охватил меня.

Ближе.

Ближе.

К его ногам.

Он смотрел сверху вниз. Его удовлетворение было явным. Улыбка медленно растянулась, как зловещая тень, плотно окутывающая меня.

— Вот так… хорошая девочка, — произнес он.

Зал не мог удержаться, взорвавшись аплодисментами и смехом.

Я остановилась, застыв у его ног, не поднимая головы. Дрожь пробивала всё тело, как удар молнии, оставляя следы стыда, но внутри… что-то твёрдое, холодное. Оно не сломалось. Это было не унижение. Это было оружие. Пусть думают, что сломали. Пусть празднуют. Я запомню каждое лицо. Каждый смех. Каждый взгляд. Особенно его. И Дэниела.

Я доползаю на четвереньках и останавливаюсь к нему под ногами, не поднимая головы.

— Послушная, сучка.

Он гладит меня как собаку по волосам.

— Если бы ты знала, как долго я тебя ждал.

Я решаюсь поднять голову и вижу, как он усмехается в оскале. — Но сейчас мы покажем нашим гостям, какая ты страстная. Покажем им, что я приобрёл.

Он начинает расстёгивать ширинку и ремень. Мои нервы на пределе, и я теряю сознание.

— Она потеряла сознание, — слышу голос Дэниела. — Ей нужно сперва отдохнуть.

Меня сразу же поднимают на руки. Потом я чувствую руки.

Это руки Дэниела.

Он спас меня и прижимает меня к себе.

Я в безопасности.

Он выводит меня из этой комнаты. И мы оказались снова в этой бетонной комнате. Я пошла к углу и опустилась на пол, обхватив руками ноги.

Он опустился рядом со мной и сел, оставив ноги на пол и облокотившись на них локтями. И после тяжёлого и длинного вздоха наконец начал говорить. Но с каждым его словом моё сердце разрывалось всё сильнее.

— Несколько месяцев назад я узнал о том, что женюсь на незнакомой мне женщине. Эта новость ввела меня в ступор. Всё, что происходило в моей жизни тогда, нельзя было назвать стабильным, но и мрачным тоже. Мои дни состояли из работы в офисе, где мой отец был владельцем этого здания. После загруженного дня обычно я шёл по барам и клеил случайных девушек. И поначалу мне стало предельно ясно, что жениться я не хотел ни при каком случае. Но после того как я узнал, что, женившись на Лилиан Харпер, дочери влиятельного бизнесмена, я получу от отца право на то, чтобы все его дела перешли ко мне, и ко всему прочему частично её наследство, мой мозг просто взорвался от такой удачи. Я был счастлив от мысли, что всего лишь потерплю некоторое время эту женщину, и у меня это всё будет. А когда она мне надоест, я просто отправлю её подальше куда-нибудь на море в отдельный пентхаус с хорошими деньгами и буду жить в шоколаде и припеваючи. Я был согласен с этим планом. Но… — я сглотнула и встретилась с ним взглядом и тут же отвела, потому что то, что я увидела в его взгляде, меня поразило. Дэниел смотрел так, будто я единственная во