После развода. Одна в ином мире - Мартиша Риш

И я побежал так, как никогда в своей жизни еще не бегал. Репейники хлещут по телу, обжигая его до волдырей. И зачем я только обернулся? Зачем поверил этой гадюке! Повезло еще, что человеческое тело после оборота вновь стало здоровым.

Колючки обнимают всего меня, кожа будто бы прожигается до костей, впереди едва видны крыши первых после поля домов! Кто вообще придумал засадить целое поле репейником? Впрочем, кажется, на худых землях сажают подобную дрянь, чтобы произвести чуточку масла. Репейник растет там, где ничто вырасти не способно. И в масле его будто бы собрана вся сила и вся живучесть этого растения, а не дрянь, отжатая из колючки! Внезапно дыхание перехватило, я будто б очутился в тисках.

— Заяц, я — твоя сытая совушка, — прошипел такой знакомый голос хитрой мерзавки. Она все выше поднимает меня от земли.

— Отпусти! — выдыхаю я через силу.

— Нет, ну это завсегда пожалуйста, но хозяйка расстроится, если тебя не найдет. Да и падать больно. С такой-то высоты. Обернуться ты сейчас вряд ли сумеешь, кругом все заметят нового дракона. Хозяйке расскажут, чего доброго.

— Держи крепче! Молю!

— Какие вы, мужчины, непостоянные в своих просьбах.

Виверна крепче сжала свои когти-крючья. Хвост зверя прошелся по моей спине словно тяжелая в зазубринах плеть. Случайно или специально? Она не понимает, что все следы заметит эльтем? На сегодняшний вечер у меня были совсем иные планы! Я хотел соблазнить...

— Вот не нужно думать так громко обо всяких мерзостях. Лысая человечья кожа, что может быть страшней?

— Страшней?

— Вы же не просто так скрываете тела под одеждой, а для того, чтобы звери не заметили насколько вы все облезлые и не стеснялись вас. Только лапки наружу из-под вещей и торчат!

— Хозяйка увидит раны...

— Обернешься и все исчезнет. Ой!

Мы резко вошли в кусты, виверна переместилась, подмяла меня.

— Ты что творишь?

— Гость! Увидят, что я несу человека в когтях, так сразу понаделают дырочек в крыльях. Рассказывай потом всем, что это такая новая мода!

— Какой гость?

— Лекарь местный. Стоит вон, с цветами в руках. Подарок нашей хозяйке принес, — в мое горло врезалась полоска ошейника, — Нет бы полтуши быка или овцу, ну хоть уточку пожирнее, в меня все равно больше не влезет. Так нет, букет цветов приволок. Сейчас еще сравнивать начнет их мерзкие головки с мордочкой нашей дроу! Они даже не черные и не коричневые! Тьфу, гадость одна.

Я, не чуя боли, отцепил от себя все когти виверны, сжал зубы покрепче и вынырнул из кустов. Лекарь! Да еще и с цветами! Он что, не понимает, в чей дом пришёл? Не понимает, что эльтем принадлежит мне! Или я принадлежу ей? Не важно! Тощий такой, не достоин даже сюртук носить, на нем костюмчик из тоненькой парусины.

Я выбрался из кустов, по тропке дошел до лекаря, кашлянул и положил руку ему на плечо. Мерзавец обернулся в притворном испуге, лицо вытянулось, в глазах появилась великая скорбь.

— Я принес не те травы.

— Зачем ты вообще их принес? Они не помогут!

— Чудовищно.

— Чудовищная ошибка, так вы хотели сказать?

— Я полагал, ромашка и противовоспалительный сбор помогут.

— Растопить сердце моей эльтем? Это невозможно.

— Я это так не оставлю, клянусь. Сейчас… Пусть травы не помогут, но при мне есть зелья и мазь.

— Любовные зелья? Черная магия запрещена!

— Почему любовные? С эльтем мы поступим иначе. Я не дам тебе погибнуть.

Молодой мужчина сунул руку в карман, начал торопливо перебирать в нем что-то, брезгливо отбросил букет на землю.

— Что вы делаете? — я смутно начал догадываться о благих намереньях лекаря.

— Лечить тебя буду и почти уверен, что вылечу. О великие боги! Это что? Госпожа подвешивала тебя на крючьях?

— Нет...

Голос виверны прошелся по разуму неслышно для лекаря, впрочем, как и для всех других.

— Молчи! Узнают, что я человека в когтях таскала, испепелят! Молчи! Я потом стократ отплачу.

Я сглотнул.

— Это сделала эльтем, я сам виноват, заслужил наказание. — Заслужил? Я обращусь к самому королю! За что она тебя так?

— Господин, умоляю, не нужно этого делать.

— Наш мир справедлив. Не бойся эльтем. Я помогу.

Парень качнул головой, сощурился, принялся откручивать крышку флакона, в нос мне ударил тоскливый запах походного лазарета. В нашем мире дегтем, этой черной жидкостью из деревьев, только лошадей лечат. Открылся второй флакон и меня затошнило. Выварка из костей, редкая гадость, удивительное укрепляющее здоровье средство для охотничьих псов. Великие боги, может, хоть что-нибудь этот лекарь не пытался вываривать? Запах пробирает насквозь, тело болит, хуже, как будто, и быть уже не может!

— Что здесь происходит? — тоненький голос хозяйки сбил меня с ног, я буквально рухнул на землю.

— Вы извели раба! Я сообщу королю! — интересно, он другие слова знает? — Что вы наделали?

Мне в губы попала капля мерзкого эликсира, я закашлялся от жуткого вкуса.

— Я?! Это вы сотворили! Избили и отравили моего невольника! Зачем вы вообще пришли сюда?

Шорох юбки, сбившееся дыхание, эльтем опустилась на землю рядом со мной, уложила ладонь мне на руку, окружила пьянящим душу ощущением заботы, своим нежным запахом. Лучшее мгновение моей жизни, если бы мне еще не было так дурно от зелья. Да и магия дроу уж слишком сильно клокочет вокруг, точно небо во время грозы.

— Отпустите его! Дайте мне помочь несчастному! Не смейте убивать у меня на глазах, — взвыл лекарь, пытаясь закрыть меня своим телом от мягкой и нежной ручки любимой женщины.

— Я — убивать? — госпожа вздохнула всей своей выступающей красотой прямо перед моим носом, ну что за соблазн?! — Зачем вы его до этого довели?

— Невольника нужно занести в дом, уложить на постель, покуда он не погиб. Немедленно.

— С этим я соглашусь.

— А потом мы сразу же отправимся к королю. Как его зовут?