Сера - Калли Харт

поклялся защищать живых от этих мерзавцев. Возможно, в последнее время мне не удавалось строго придерживаться этой клятвы… — Его кошачьи глаза неестественно засветились. — Но я определённо её не нарушил.

Лицо Лоррета оставалось непроницаемым. Он встретился взглядом с Фоули, и многое, казалось, прошло в молчании между ними. Это был личный момент. Эти двое не виделись целую вечность. Им предстояло многое обсудить, и мне совсем не нравилось, как быстрые, странные глаза вампира постоянно скользили в мою сторону, словно он следил за каждым моим движением.

— Я пойду куда-нибудь ещё, — сказала я Лоррету. — Буду откровенна: мне довольно неловко. И я не хочу оставаться, когда они узнают, откуда взялся весь этот мусор, и придут проверять башню.

Лоррет рассмеялся, но поднял руку.

— Подожди минуту, Саэрис. Вот. Возьми это.

Он протянул книгу, пыльная, с потрёпанной обложкой, на которой серебристым тиснением было выведено название, которое я прежде не замечала:

Элементарные руны и их предназначение.

Полное руководство по алхимии.

Я взяла её.

— Ты слышала Алгат. Она запретила тебе выносить это из библиотеки, — резко воскликнул Фоули.

Я опустила взгляд на книгу, затем снова посмотрела на него и холодно улыбнулась.

— Так же как ты не имеешь права мной командовать, я не принадлежу ей. Она Хранительница Записей. Я королева всего Санасрота. Я возьму эту книгу и любую другую, которую сочту нужной. Если у неё с этим проблемы, пусть придёт и скажет мне это в лицо.

Высокомерие не давалось мне естественно. Оно было как новая мышца, упрямо отказывающаяся нести тяжесть, но меня не будут упрекать такие, как он. Фоули фыркнул, словно жалея мою наивность. Он собирался что-то сказать, но его глаза зацепились за название книги в моей руке и вспыхнули.

— Зачем тебе эта книга? — потребовал он.

Его взгляд пылал, когда я встретила его. Почему мне нужна эта книга это его, мягко говоря, не касалось. Он пытался меня убить, и я была на девяносто девять процентов уверена, что он всё ещё попытается, даже зная теперь обо мне всё, что знает. Тем не менее Лоррет смотрел на меня так, будто надеялся на цивилизованный ответ, и я не хотела его разочаровывать.

Я тяжело вздохнула и объяснила:

— Я алхимик. Я связана с Кингфишером божественными узами. Мои руки покрыты рунами, и я не знаю, что они означают и как контролировать магию, которую они направляют. Моя сила нестабильна, отсюда и гигантская дыра, из которой Лоррет только что тебя вытащил. Так что, да, моя жизнь сейчас довольно сложна. И я ещё оказалась в мире, где все хотят моей смерти, и… — Я нахмурилась, пытаясь прочесть выражение лица вампира. — Что? Что с тобой? Почему ты так на меня смотришь?

— Ты алхимик?

— Да.

— Руны настоящие?

— Они настоящие.

— Это не просто татуировки?

— Нет. Слушай, к чему ты клонишь? У меня кузница, которую нужно посетить.

— Когда ты в последний раз спала?

Я моргнула от неожиданного вопроса.

— Простите?

— Алхимикам требуется много сна, чтобы регулировать свою силу. Их тело должно отдыхать, чтобы эффективно использовать магию. Ты выглядишь так, будто не отдыхала неделями.

— Вау. Спасибо. — У вампира действительно был талант быть вежливым. Моя кожа сейчас была фарфоровой, бледной и безупречной. Под глазами не было мешков. Глаза блестели. Лично я считала, что выгляжу неплохо для того, кто только что прошёл через ад и вернулся, но, по мнению Фоули, я выглядела ужасно. Он, должно быть, прочитал раздражение на моём лице, потому что отводил взгляд, опуская подбородок. Единственное что от него стоило ждать в качестве извинений.

— Когда я только обратился, я тоже не спал, — признался он. Мне показалось, что это вовсе не тема, о которой он любит говорить. — Моё тело не чувствовало усталости. Я был беспокойным. С некоторыми это бывает. Но отдых важен даже для вампиров. Я усвоил тяжёлый урок, если не давать отдых телу и разуму, последствия могут быть серьёзными.

Беспокойной. Именно так я себя и чувствовала. Я не могла усидеть на месте.

— И как мне заставить себя заснуть, если моё тело просто не позволяет этого? — спросила я.

— Не знаю, что подойдёт именно тебе, — ответил он. — Я понял, что сначала мне нужно было войти в состояние транса, чтобы обмануть тело. Это помогло.

— Состояние транса? И как ты этого добился? — Мой разум был оглушительно шумным. В голове одновременно носились сорок разных мыслей, сталкиваясь друг с другом. Идея заставить их замолчать хотя бы настолько, чтобы войти в транс, звучала абсурдно.

— Найди точку и зафиксируй на ней взгляд, — сказал Фоули. — Постарайся слышать только то, что происходит в комнате вокруг тебя. Позволь глазам потерять фокус. Плыви. — Он разжал пальцы, подняв ладонь вверх. — Это нелегко. Но магия разума достойное дело как для королев, так и для крестьян. И особенно достойное занятие для алхимика. Некоторые виды магии рефлекторны. Они приходят человеку сами, как дыхание. Но магию алхимиков можно только обуздать.

Он будто посвежел. В глазах мелькнула искра интереса, которой раньше не было. Лицо его открылось, словно разгладилось. Он стал выглядеть моложе. Менее злым.

Я собиралась задать вопрос, но Лоррет опередил меня. Наклонившись через стол к своему другу, он сказал:

— Мы надеялись, что ты вспомнишь что‑нибудь об алхимиках. От своего деда.

Вампир улыбнулся впервые с тех пор, как повалил меня на землю. Когда я была человеком, я, вероятно, не смогла бы разглядеть узорчатые завитки, выгравированные на покрытых золотом клыках, но в последнее время мои чувства стали куда острее. Узор был сложным и прекрасным. Трудно было отвести от него взгляд.

— Я учился у него, да. Но, как я уже говорил, последние тысячу лет у меня в компании были лишь книги и звёзды. Я знаю их всех, как свои пять пальцев.

— Тогда ты поможешь нам? — Лоррет был сдержанным мужчиной. Он умел держать эмоции под контролем даже в лучшие времена, но сейчас казалось, будто он охраняет их особенно тщательно. Почти как будто не хотел, чтобы Фоули понял, насколько сильно нам нужна помощь. — Сможешь помочь нам разобраться, как запечатать её руны?

Мне неприятно было просить у него хоть что‑то, учитывая то, что он только что сотворил, но Фоули был первым, кого мы