Хранитель талисманов 3 - Юлия Викторовна Давыдова

Берегини, да и князь с Вурдой едва справлялись с удивлением.

— Ты что думаешь, тебе кто-то поверит? — первым не выдержал Иван. — Тебе? Ты воевал с Алавией! С Воградом! С Рилевой! С Вулавалом! Уничтожил столько людей! Тебе убить тысячи — да ты даже не заметишь! И ты говоришь оставить тебе народ? Трияров? Которых ты уже потрепал!

— Уймись, князь, — тон, с которым это было сказано, заставил Ивана недовольно замолчать.

Мягкий рычащий голос, слетевший с губ хранителя, был насмешлив.

— То было сто лет назад, — небрежно отмахнулся Скарад. — Я простил их.

— Ты что?! — князь чуть не поперхнулся.

— Конечно, — повелитель остался невозмутим. — Те, кто был повинен в смерти моих воинов в сражении под Энсасером, давно мертвы, и дети их мертвы и даже внуки. Нынешнее поколение не виновато передо мной ни в чём. Неужели ты думаешь, что оставшись здесь, я истреблю их? Зачем мне это? Зачем мне пустые земли?

Иван ещё мгновения смотрел в чёрные глаза Скарада и жёстко произнёс:

— Оставь моего племенника и уходи на покой. Пока можешь. Пока я сам не вынул тебя из него.

Улыбка разомкнула губы повелителя:

— Рилевич, я помню, как упрямы и сильны твои предки. Ты явно их достойный сын.

Иван молчал, не зная, что ответить на это, а Скарад отвернулся от него и взглянул на старших берегинь:

— Что ж, я предлагаю вам то, за что вы боретесь, хранительницы мира — я предлагаю вам мир. Отдайте мне эту землю и её народ и просто уходите. Не пролив ни капли крови. Ни драконов, ни людей, ни трияров. Ах да...

Повелитель остановил взгляд Никиты на Арнаве:

— Ты можешь оставить мужа со мной, лазурная дева. Думаю, он примет твой выбор. Но если любишь его, то останешься с ним. И если решишь именно так, то принеси с собой талисман, который он создал.

Гинева, услышав это, сощурилась:

— Зачем он тебе?

— Для защиты, — Скарад взглянул на берегиню. — От вас. Остальные талисманы мне больше не нужны. Власть, которую они дают, принадлежит вам. Но и вам и мне нужен паритет. Талисман хранителя, если нападёте на нас, станет нам щитом.

— А что помешает использовать его в обратную сторону? — Гинева сложила руки на груди. — Если нам придётся защищаться от тебя?

Повелитель наклонил голову, насмешливо глядя исподлобья.

— Ничего, — мягко произнёс он. — Но как я и сказал — паритет. Будем равны, госпожа. Каждый будет знать, что воевать друг с другом бесполезно и каждый защищён. Разве хранительницы мира не хотят равенства и безопасности для всех? Или вам надо больше? Надо, чтобы другие оставались слабее вас и уязвимей?

Гинева вздохнула с тихим рычанием, а Скарад усмехнулся:

— Берегиня, нет никого в мире, кто знал бы вашу натуру лучше меня. Не играй со мной. Я предлагаю то, что тебе не нравится, но ради мира и равновесия в нём, подумай об этом. Может, настало время что-то менять?

Повелитель поднёс руку к медальону на груди, и образ, сияющий в воздухе, рассеялся. Связь распалась.

Ещё мгновения никто не мог ничего сказать.

— Невероятно! — вспылил наконец Иван. — Я всё мог представить, но не это! Ни одному слову не верю!

— Мы кое-что упустили, — хмуро сведя брови, задумалась Гинева. — Не узнали у него, что он будет делать, если мы не поступим так, как он хочет.

Брада невесело усмехнулась:

— Разве ты не знаешь?

Гинева кивнула, подозвала командира драконов и спросила:

— Сколько заложников в городе?

— Мы насчитали около трёх тысяч, — ответил оборотень. — Размещены на видных местах. Люди сидят на улицах под небом.

— Это для нас, — тяжело вздохнула берегиня. — Чтобы мы знали, сколько невинных может погибнуть при нашей атаке.

— Очень умно, — мрачно заметил Иван.

Скараду не надо было ничего говорить. И так всё понятно — если драконы начнут атаку, первые, кого мазуры поднимут на свои конечности, как живой щит — это люди, оставшиеся в городе. Эта кровь будет на руках берегинь. И все, кто сейчас ждёт своей судьбы на полях возле Темрюра, это увидят. Атаковать город нельзя. Это очевидно.

— Что будем делать? — вынужденно спокойно спросил Вурда.

Гинева и Брада явно были в растерянности. Что бы ни задумал Скарад, одно ему точно удалось — замедлить принятие решений. Берегини сомневались.

— Мы должны подумать, — напряжённо сказала Гинева.

— Нельзя оставлять ему эту землю, — вырвалось у Ивана. — Это же Скарад.

Арнава молчала, и дыхание оставалось тяжёлым.

— Вы видели? — тихо спросила она. — Как он менялся, говоря? Или я так хочу этого, что мне показалось?

В какие-то мгновения лицо хранителя и его глаза светлели, и так было похоже, что смотрит Никита. Но Арнава боялась принять это за самообман. Может, она просто искала в глазах своего мужа то, чего нет — его самого.

— Ты заметила, — задумчиво сказала Брада и Арнава вздрогнула.

— Вы о чём? — не понял Рир.

— Это довольно странно, — подтвердила Гинева. — Похоже, что Скарад не подавил хранителя. Никита с ним и наблюдает, но не может вмешаться.

— Как он говорил... — Арнава взглянула на Рира и повторила: «Рир, приди ко мне. Я тебе кое-что покажу».

— Это сказал Никита? — оборотень спросил с искренней надеждой.

Арнава закрыла глаза на мгновение, осознавая эту мысль, и вытерла влагу с мокрых ресниц кулаком.

— Он здесь, — хрипло вздохнула она. — Заклинание держит его сознание в плену Скарада, но он здесь.

— Не торопись, — заметила Гинева, — это может быть уловкой, чтобы заманить тебя к нему.

— Я и так пойду к нему, — твёрдо сказала Арнава. — Что бы ни было, я не уйду отсюда. Мой муж здесь, и я буду с ним.

Рир к её словам добавил:

— Я пойду с тобой.

— Да не торопитесь так умереть, — зарычал на обоих Вурда. — Может, Скарад вас звал, чтобы на глазах хранителя убить! Собрались они к повелителю Мрака. Он нас всех за нос водит. Неужели, думаете, что чувства хранителя он хочет уважить? Надо понять, что ему по-настоящему нужно!

— Медальон Никиты ему нужен, — уверенно ответила Арнава.