Сквозь Мрак - Леока Хабарова

Так-то!

Ник кружанул для следующей атаки, но тут же заметил «Скворцов» на хвосте. Не одного, не двух, а целую стаю.

Ожидаемо.

– Долго же вы запрягали, – хмыкнул Никлас и врубил форсаж в тот самый момент, когда чёрные птицы открыли огонь.

Пулемёты яростно застрекотали, бронированный фюзеляж цепануло разок-другой, но Ник быстро вышел из зоны обстрела: скорость решала.

– Ну, мальцы, сыграем в догонялки? – усмехнулся Ник, заложив резкий крен вправо.

«Скворцы» на то и «Скворцы», что вместо пилота за штурвалом синтетический разум. Купились без торга. Погнались. Да так споро, что почти вышли на линию огня. Почти…

Ник переключил тумблер, активируя ускорение, и разорвал дистанцию, плавно набирая высоту. «Скворцы» отстали. Ник хохотнул.

Азарт боя захлёстывал, кровь кипела, адреналин гасил чувство самосохранения, как ветер свечу. Ник готовился к решающему ходу…

Худо-бедно, вкривь и вкось он всё же установил цели для ракетной атаки, а после, окончательно уверовав в своё бессмертие, потянул рычаг управления на себя.

Машина с рёвом зашла в петлю, и Ник, высчитав секунды до верхней точки, вжал кнопку пуска.

– Получите и распишитесь, – выцедил, наблюдая за взрывами.

Жахнуло знатно. Но недостаточно: из пущенных восьми ракет попало пять от силы.

Ник выматерился, выровнял машину и бросился вперёд пологим пикированием: хватит игр. Пора разнести тут всё к чертям и крепко ухватить Мудрейшего за яйца. Пока старый мудозвон удерживает Крис, Граду Обетованному покоя не светит.

Ни на что особо не рассчитывая, Ник вышел в эфир.

– Ты хотел сделку, – сказал он, снижаясь. – Вот мои условия: отпусти девушку, или от обожаемого Града камня на камне не останется.

Дожидаться ответа Ник не стал. Вырубил к чертям хрипящую и булькающую от помех рацию. Было не до болтовни: потерявшие боевой порядок после ракетной атаки «Скворцы» стремительно его восстанавливали.

Нехорошо…

Ник развернулся и вдавил гашетку. Пушки откликнулись яростной свинцовой песней, но из атаки пришлось выйти – слишком высокая скорость не позволяла прицелиться как следует.

Потерянные секунды дорогого стоили: пока Ник набирал высоту, три «Скворца» образовали защитный круг, а ещё два начали резво снижаться.

«Готовят ловушку, стервецы», – сообразил Ник и, развернувшись, крепко сел одному из снижавшихся на хвост. Нагнал в два счёта и разнёс в щепки.

«Любо-дорого!» – порадовался Ник, но тут же выругался: показатель боекомплекта неумолимо стремился к нулю. Да как так?!

«Скворцов» всё ещё оставалось слишком много. Никлас уверенно сокращал дистанцию и коротко давал огня – ещё немного, и патронов не останется. Совсем.

Проклятье!

Ник взмок. Холодный липкий пот струился по спине. Заливал глаза. На каждом новом заходе сердце в груди начинало сбоить, но он повторял ритуал снова и снова: вираж, ускорение, критическое сближение, огонь. Ускорение. Сближение. Огонь.

Снова, и снова, и снова. Как заведённый.

«Скворцы», встав в полусферу, палили по нему почём зря. Ник не знал, долго ли ещё выдержит бронированная шкура нового друга. Минутный бой обернулся вечностью, а Кристиана…

Пресвятая матерь, сохрани ей жизнь!

Ник скрежетнул зубами. Особенно ретивый «Скворец» едва не заманил его в лобовую атаку, а потом резко ушёл, стремительно теряя высоту. Гад жался к земле, и Ник всерьёз рисковал разбиться, преследуя его. Он дал несколько залпов, но промазал: слишком далеко. Слишком быстро. Чёрт…

Беспилотный «Скворец», похоже, отлично соображал, что происходит, – нарочно вынуждал маневрировать. При огромной скорости на предельно низких высотах для реактивного штурмовика это бы стало приговором.

Ник это понимал. И поэтому…

Потянул ручку, набрал высоту и вывел машину в горку. Оказавшись над противником, расстался с последней ракетой.

От взрыва, кажется, затряслось само небо. Пламя и дым смешались, закрывая обзор. А может, это гасло сознание? Ник не знал. Он слишком устал. Слишком измучился. И слишком волновался за Кристиану…

Топлива почти не осталось. Боекомплект был расстрелян до последней железки. А «Скворцы»…

Сколько их ещё осталось? Семь? Восемь? Ник не помнил. А считать не хотелось.

Внезапно ожила рация.

«Мудрейший», – решил Ник и щёлкнул тумблером, занимая нужную частоту.

– А ты не так и безнадёжен, малец! – прохрипел наушник голосом Шторма. – Устроил птичкам форменную бойню, хе-хе! Приём.

Никлас медленно моргнул. Померещилось? Уж наверное! Фантомы, иллюзии, галлюцинации – в глубинах Мрака такое случается часто. Но всё-таки…

– Откуда вы здесь?

– Какая к чёрту разница?! – рыкнул Шторм. – Ты – пуст. Известно тебе это? Приём.

– Так точно.

– Тогда слушай сюда и делай что велю. Оставшихся чёрных возьму на себя. А ты выходи из боя и не отсвечивай. Спасай Кристиану.

– Я… не знаю, где она… – хрипло отозвался Ник. В глотке у него пересохло, язык еле ворочался.

– Зато я знаю! – другой голос. Знакомый и на редкость самоуверенный.

Ник не поверил ушам.

– Эрзац??

– Собственной персоной! – подтвердило существо. – И я уже отправил тебе данные о её местонахождении.

– К-куда отправил?

– Справа на сенсоре, – подсказал Эрзац. – Выручай Крис, а уж мы повеселимся на славу.

Смех Эрзаца смешался с басовитым хохотом Ивара Шторма.

«Вот те раз…» – подумал Ник и ткнул на панель.

Теперь он знал, где искать Кристиану.

Крис

В колбе, кажется, кончался воздух. Дышать становилось всё сложнее, в груди кололо, а голова плыла. Но Крис запретила себе терять сознание. Не теперь!

В воздухе над Градом Никлас Холф отчаянно сражался с целым полчищем врагов, и Крис, боясь лишний раз моргнуть, следила за боем во все глаза. Благо Мудрейший оставил экран развёрнутым.

Сердце замирало в груди всякий раз, когда Ник заходил на вираж, а от распоряжений Мудрейшего (старик раздавал их по телефону) в жилах стыла кровь.

Выслать ещё «Скворцов». Отрезать пути к отступлению. Загонять. Дожать. Вынудить истратить боекомплект и горючее.

Ник передал радиосообщение. Мудрейший его заслушал и разъярился так, что запустил многострадальное пресс-папье в зеркало.

От звона осколков Крис вздрогнула. Мудрейший заметил это и приблизился к колбе.

– Живой он тебя не получит, – прошипел злобно, но тут же взял себя в руки и сменил тон: – Мы ведь не в сказке, девочка. Не в синематографе и не в любовном романе. Ещё немного, и запас конденсата в машине иссякнет, это неизбежно, сама понимаешь. Холф разобьётся, и тебе придётся принять свою судьбу. Смирись.

Кристиана захотела плюнуть Мудрейшему в лицо… и плюнула. Слюна медленно сползла по стеклу колбы. Ну… хоть так.

Старик усмехнулся, довольный произведённым эффектом, и, видимо, решил закрепить успех.

– Ты никогда не вернёшься домой, хорошая моя, – проговорил он, прижав ладонь к стеклу. Мерцающая жидкость поднялась до талии, и Крис перестала чувствовать ноги. – Не увидишь друзей и отца. Никогда больше не