Осколки вечности в Академии Судьбы - Елена Княжина

от такого, будучи в своем уме? — кряхтел отец, в нервном приступе перекладывая папки на столе. — Это я, Эрик. Я помру с привкусом крови заклятого врага на языке. Но это случится не скоро. Вечность спустя.

— Убл… убл… — не договорив, Эрик закоченевшим комом свалился на пол кабинета.

— Ублюдок? Ублиум? Ублажение? Что ты бормочешь, тварь? — отец осторожно подошел, наклонился. — Я надеюсь, тебе больно? Скажи, что больно. Молю! Мне было больно на том балконе… и страшно… Тебе страшно, Эрик?

— Мммм, — промычал вампир, усилием отворачивая лицо к ковру, чтобы папа не мог заглянуть в его глаза в последний миг.

Тело Эрика било судорогой, на пол изо рта капала густая темная слюна. Наконец его глаза закрылись, устав от узора пестрого индийского ковра.

Навсегда.

Осмелев, отец подошел и пнул вампирское тело. Раз, другой… Сильнее. Нагнулся, прощупал толстыми пальцами шею. Постучал по затихшей груди, послушал дыхание. И издал выдох облегчения.

Папа был свободен. От врага, от страха, от смерти… От сделки?!

Звонок невидимого колокольчика — и в дверь просунулась голова молодого индуса с белом.

— Обескровить, граф?

Казалось, один кивок — и услужливый парень с готовностью побежит за ведром.

— Нет. Его ценная жидкость отравлена, прикасайся осторожно. Он должен окаменеть… Видимо, у вампиров это длится дольше. Дождись, а потом сбрось со скалы, — хладнокровно инструктировал отец. — И вытри черные слюни с моего ковра, как управишься.

— Будет сделано, господин, — парень подобострастно поклонился. — Я схожу за чистящими…

— И позови Камала, — велел отец, отдергивая штору на окне и радуясь жаркому солнышку с той стороны.

Фигура в белом исчезла из поля зрения отца. Усевшись в кресло, банкир поправил мятые рукава и упер взгляд в неподвижное тело Валенвайда. Поискал в себе удовлетворение, нашел, ухмыльнулся.

Бренча четками, на входе появился Камал.

— Сделке конец? — догадался индиец.

— Она была не особо выгодной, — фыркнул папа.

— Пора заканчивать этот фарс и возвращать птичек в клетки…

— Рисковать не будем, — проворчал отец, почесывая запястье. — Печать свежая, едва поблекла. Дадим высшей магии пару часов, потом начинай заводить пленников обратно. Самых ценных вперед. От жары они станут только послушнее, ради воды сами в подвал побегут.

— Одна сейчас рожает, граф. Ее нельзя перетаскивать, можем потерять щенка при темном переносе, — пробормотал индус.

— Я никуда не спешу. Пускай рожает, сколько требуется, — великодушно разрешил Ланге. — Щенок мне нужен здоровым. Остальных заводи по одной и сразу в клетки, без лишних экскурсий. Будут сопротивляться, разрешаю применить «Зарангху» и гипноз.

Глава 26. Вера

Судьба милостивая, как же жарко!

Закатив глаза, я упала щекой на пылающий песок. Закашлялась, выбивая из легких пряную пыль.

Песок, песок, песок… Желтый, сухой и горячий. Мелкий, как пыльца, он находился повсюду, даже в воздухе. Налипал на губы, застревал в волосах, разъедал веки. Лип ко всему, прикипал намертво.

— Сюда, Ника. Повернись… Открой рот.

Кто-то ворочал мое тело, стряхивал грязь с лица, отлеплял от лба потные волосы. А потом вдруг на сухие губы полилась теплая вода, и я стала жадно глотать. Чуть не захлебнулась от внеплановой радости, но поток быстро прекратился.

Носовой платок, собравший несколько последних капель, прошелся по моим щекам, обтирая кожу. Наконец я смогла открыть глаза, и увиденное выбило из меня последний воздух. Надо мной склонялся Эмиль.

— Ты?! — в интуитивном порыве я попыталась отползти.

— Лежи смирно, Веро. И дыши давай, ага? Тебя судорогой било, ты выла на всю Индию, — прошептал сквозь зубы брат и, поднявшись с колен, пошел с флягой к Софи.

Какого тролля он забыл в нашем сумрачном шалаше?

— Он принес воду и лекарства, — тихо пробормотала Эвер, прислоняя меня к горячему стволу баньяна. — Не будем пока его убивать.

Она горестно облизнулась, намекая, что свою жажду она утолила бы иначе… Но не сейчас.

— Я выла?

— Звучало жутко. Точно волчица обернулась средь бела дня, — покивала Эвер, ловя цепким взглядом мое лицо.

Завесившись волосами, я опустила нос до самых колен. Вспомнила, почему выла.

Он ведь сказал… Сказал, что больше не оставит! Лжец, упырь, мудокрыл недоделанный!

Слезы разъедали глаза похлеще песка. Пряча лицо, я шмыгала носом и терлась о край сорочки, разыскивая на ней запах вампира… Он ведь так крепко меня держал. Всю ночь у своей груди.

Так это было прощание? Как глупо, как бессмысленно. Неужели Карповский прав, и Эрик устал от вечности? Искал смерти?

Не верю. Не верю, что он мог!

— Вероника, почему ты плачешь? Что ты видела? — напряженно спрашивала Эвер.

Ее лицо размывалось за мутной пленкой, кривилось в самых дурных предположениях. Сцепив пальцы в замок, я промолчала. Как о таком сказать?

Вот зачем он приходил… Попрощаться. Увидеть «перед тем как».

Перед тем как он убьется об моего папеньку?!

Вряд ли такой был план. Но риск… риск всегда возможен. Мой отец слишком хитер и чрезмерно алчен.

Что теперь толку от сделки, в которой Эрик получил только смерть? А папа — и жизнь, и пленниц, и послушное потомство полукровок, и графин крови трехсотлетнего вампира!

Разве это справедливо? Куда смотрит богиня Судьба?

Откинув волосы со лба, я всмотрелась в серую стену шатра. Край «шторы» как раз опадал на место, укрывая нас непроницаемыми чарами. Видимо, брат вошел только что, а тот тип в синем халате остался снаружи и плотно закрыл «дверь».

Склонившись над Софи, Эмиль вливал ей в рот воду. Держал за затылок, уговаривал не рычать… Волчица все равно рычала, плевалась руганью, но пила.

Я ничего не понимала. Ничего. Зачем Эрик умер? Зачем брат вошел?

Завинтив крышку на фляге, Эмиль встал и пнул ко мне тряпичную сумку. Узнаваемую, мою. Расстегнул молнию, перетряс содержимое и поставил мешок мне под нос.

— Ты это искала?

— Что? — я ошалело мотала головой, вытряхивая песок из волос.

— Это искала, Ника?!

— Д-да… Как ты сюда?..

За туманным заслоном махал руками маг в синем халате. Он что-то гневно кричал Эмилю, но в ушах стоял такой гул, словно рядом со мной зелье взорвалось. Наконец звон исчез, звуки стали чище, звонче.

— Ты сильно рискуешь, Ланге, вампирша голодная, как тролль. Надеюсь, это все ради щенка? — продолжал маг жесткую отповедь.

— Ммугу… разумеется, Пракаш… целителя нет, я за него… — бормотал брат, не оборачиваясь к напарнику. — Главный велел лично все контролировать.

— А где мой чай?

— Бездна, сходи сам! — рявкнул Эмиль. — Не видишь, у меня зверюга рожает? Или хочешь сюда, на мое место?

— Чтобы мне полруки оттяпали? — возмутился индус. — Не лез бы ты к ней…

— Делаю, что велено.

Дрожащими пальцами я порылась